Человек в витрине - Хьелль Ола Даль

— Понятия не имею!

Гунарстранна вздохнул:

— Не пытайтесь меня обмануть! Вы не могли не знать. Ведь вы изображали ее, изображали конкретную женщину. Наверняка вы спрашивали его, как она выглядела, как вела себя… Вы должны были войти в роль!

— Я в самом деле понятия не имею, кто она была.

— Но ведь вам, наверное, очень хотелось спросить! Женщина, похожая на вас, только с длинными черными волосами, с родинкой на лице… Да, вы с ней очень похожи. — Гунарстранна помолчал и негромко продолжал: — Сейчас я кое-что вам скажу. У меня есть ее фотография.

Гро Хеге Вюллер побледнела и с сомнением покосилась на инспектора. Гунарстранна заметил, что она держится как-то неуверенно, скованно. Такого раньше не было.

— Вы похожи на нее, — без выражения продолжал Гунарстранна. — Я это заметил… еще на похоронах.

— Я вам не верю! — прошептала она и гораздо более уверенным голосом высказала свое предположение: — Вы блефуете!

Гунарстранна откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и стал наблюдать за ней. Неуверенность все больше овладевала его собеседницей. Выждав немного, он спросил:

— Зачем мне вас обманывать?

— Где фото?

Он похлопал себя по нагрудному карману:

— Здесь.

— Покажите!

Гунарстранна сам не знал, стоит ли показывать ей старый снимок.

— Или мне нельзя ее видеть?

— Да зачем она вам?

— Покажите, пожалуйста, — безапелляционно потребовала Хеге.

Гунарстранна лукаво улыбнулся:

— Хотите понять, хорошо ли вы справились с ролью, удалось ли вам перевоплотиться в нее?

— Нет! — отрезала она.

— Точно? — Гунарстранна холодно улыбнулся. — А как же две ваши реплики? Они ведь наверняка имеют к ней какое-то отношение!

— Вы покажете мне фото, если я скажу вторую реплику? — взмолилась она.

— Хорошо.

— «Я люблю тебя».

— Что, простите?

— Это и была вторая реплика: «Я люблю тебя». — Хеге Вюллер закрыла глаза и словно перенеслась в другой мир. И снова что-то в очертании ее профиля, мягко подсвеченного лампой, лишило инспектора дара речи. Он сидел точно громом пораженный. Хеге медленно открыла глаза. Они с Гунарстранной посмотрели друг на друга. — Фото! — напомнила она.

Инспектор сунул руку в карман и достал оттуда фотографию, которую нашел в кабинете Есперсена. Не показывая ее своей собеседнице, он смущенно кашлянул и спросил:

— Вы уверены, что хотите на нее взглянуть?

Они снова посмотрели друг на друга. На несколько секунд в ее голубых глазах мелькнула неуверенность; она стала такой хрупкой и беззащитной, что у Гунарстранны защемило в груди. Он понял, что она все заметила и что ей стало неприятно. Гро Хеге Вюллер отвернулась и прошептала:

— Да… вы правы, наверное, лучше мне ее не видеть.

Он не шелохнулся.

— И что же? — спросила она в замешательстве. — Это все?!

Гунарстранна провел пальцем по губам и спросил:

— Вам не показалось, что в тот день что-то пошло по-другому?

— Знаете, у нас каждый раз все было по-другому… Хотя… По-моему, в тот день Фольке был какой-то… грустный. — Голос у нее сорвался.

— В каком смысле грустный?

— Он плакал, — ответила Хеге. — Немного, совсем чуть-чуть. А такого раньше никогда не случалось… Не знаю. Мне показалось, он был печальнее, чем всегда. Он был… каким-то притихшим и немного рассеянным.

Гунарстранна внимательно посмотрел на нее. Она была где-то в другом месте. Потом как будто вспомнила, где находится, — казалось, она вынырнула из воды. Даже поморгала глазами, словно не сразу смогла сфокусировать на нем взгляд.

— Что было потом? — негромко спросил он, убирая фотографию назад, в карман.

— Мы уехали вместе, на такси.

Гунарстранна молчал.

— Со склада, — пояснила она. — Из Энсьё.

— Куда вы поехали?

— Сюда.

— Вы оба?

— Я вышла здесь, он поехал дальше. Наверное, к себе домой.

— Кто заказывал такси?

— Он.

— Когда вы приехали к нему на улицу Бертрана Нарвесена, вы ничего не заметили?

Хеге быстро обернулась через плечо:

— А сейчас что вы имеете в виду?

— Ничего. Я просто так спросил, а вот вы, судя по вашей реакции, действительно заметили что-то необычное.

Она не ответила. Инспектор поднялся, отодвинул стол и присел перед своей собеседницей на корточки.

— Вам нечего терять, — негромко сказал он. — И приобретать тоже нечего. Раз уж сказали «А», говорите и «Б» — таковы правила. Поверьте, я знаю правила игры, я играю в нее полжизни. Не лгите мне! Значит, водитель был вашим знакомым?

Она опустила глаза и быстро спросила:

— Как вы догадались?

— Не тяните время! — раздраженно бросил Гунарстранна. — Отвечайте! Вы знакомы с водителем?

— У склада стояло такси.

— Черт побери, отвечайте!

— Его зовут Ришар. Он живет в этом доме… он водит такси. — И сердито добавила: — Я не лгу!

Гунарстранна тихо вздохнул и сел в кресло.

— Вы сами попросили этого таксиста отвезти вас на склад Есперсена в Энсьё? Или он случайно вам подвернулся, когда вы собрались ехать?

— Я попросила его подвезти меня, потому что он был у меня, когда позвонил Фольке.

— Он был здесь, у вас… с вами?

— Да.

— Вы с этим таксистом были здесь одни?

— Да.

— Почему же вы сразу не сказали?

— Не знаю.

— Вы живете с ним?

— Нет.

Инспектор бросил на нее недоверчивый взгляд. Она сделала вид, что не заметила.

— Ришар… А как его фамилия?

— Экхольт. Его зовут Ришар Экхольт. Он работает в вечернюю и ночную смену. Как-то он подвез меня домой и дал свою визитную карточку. Потом я еще несколько раз просила его подвезти меня. Знаете, вечером или ночью иногда трудно бывает дозвониться до такси. К тому же со знакомым ехать как-то спокойнее. Ну да, несколько раз я вызывала его. А он вбил себе в голову, будто влюблен в меня.

— Вы в тот день еще видели Экхольта?

Хеге промолчала.

Гунарстранна нервным движением провел пальцами по губам.

— Поймите, ответ на этот вопрос имеет непосредственное отношение к делу.