Крушение - К. Л. Тейлор

– Брайан! – Я делаю вид, что недовольна, но по улыбке на его лице понимаю, что он не будет препятствовать моей поездке в Лондон. Даже удивительно, как легко он купился на мою безыскусную ложь. Я теперь могу ехать хоть к черту на рога, но с разрешения Брайана.

– Поздновато уже, да? – Брайан бросает взгляд на дедушкины часы. – Этот мюзикл… ведь уже семь часов! И к тому времени, как ты доберешься до вокзала, ты не успеешь приехать раньше, чем к половине девятого. И это в лучшем случае.

– Знаю, – говорю я. – Я и сама удивилась, но мы будем мчаться на такси по Вест-Энду, чтобы успеть к девяти. Шоу начнется позже обычного, потому что один из ведущих актеров должен сегодня же успеть на эфир к Джонатану Россу.

Ложь моя просто ужасна, и любой, кто хоть чуть-чуть смотрит телевизор, легко ее раскроет, потому что знает, что все эти эфиры записываются заранее. Но – к счастью для меня – Брайан почти не смотрит телевизор. Брайан не только считает, что от этих телеэфиров гниет мозг, но и переживает, что телевизор жрет слишком много энергии.

– Хорошо, – он кивает, соглашаясь с каждым моим словом, потом смотрит, как я встаю и демонстрирую наряд для выхода в свет. Вот самое откровенное коктейльное платье из всех, что у меня есть.

– Молодец, подготовилась, уже оделась – до того, как я пришел, – говорит он удивленно. – Можно подумать, что ты поехала бы туда в любом случае – независимо от того, дам я согласие или нет.

Тут обязательно нужно дождаться, пока Брайан улыбнется, чтобы нам обоим стало ясно, что он шутит. И вот она его улыбка, ура. Ничто не предвещало этого вечера вообще, и я подумать не могла, что Брайан согласится меня отпустить в Лондон, но последние несколько дней припадков у меня не было, и потом я знаю, как хорошо он относится к Джейн.

– Ты сегодня принимала таблетки? – спрашивает он, посматривая на стакан воды на кофейном столике возле меня.

– А как же.

– И ты чувствуешь себя нормально? Тебе не кажется, что тебя встревожит переполненный людьми транспорт или что-то в таком роде? Ты уже довольно давно не была в Лондоне. А сейчас этот город живет в бешеном темпе…

– Брайан! – я улыбаюсь мужу. – Я ездила в Лондон всего пару месяцев назад. За это время он не мог так уж сильно измениться.

– И то верно, – он опять смотрит на часы. – Джейн заедет за тобой или мне тебя подвезти на станцию?

Я беру сумочку, перекидываю жакет через руку, надеваю туфли на каблуках.

– Спасибо, дорогой, но через пару минут приедет такси.

Брайан берет в руки газету, слегка трясясь от смеха.

– Хорошо тебе провести вечер, Сью!

Я пересекаю комнату, присаживаюсь у его кресла и целую мужа в лоб. Он удивленно смотрит на меня, его голубые глаза изучают меня.

– А это за что?

– За тебя. Я тебя люблю.

Дедушкины часы в углу комнаты отсчитывают секунды, а мы с мужем смотрим друг на друга. Словно мы очень давно друг друга не видели.

– Даже после всего, что случилось с нами? – спрашивает он очень осторожно и мягко.

– Вопреки, я бы сказала. И несмотря на.

Он гладит мое лицо, аккуратно проводит пальцем по скуле.

– Сью, я все же тебя не заслуживаю.

Кладу свою руку поверх его руки.

– Еще как заслуживаешь.

Вижу свое отражение в его зрачках. Вижу, как его глаза бегают при взгляде на меня, туда-сюда, туда-сюда. Я выгляжу уставшей и обеспокоенной, и еще мне кажется, что мне миллион лет. Когда все это случилось со мной? Почему я так быстро состарилась? И когда успел состариться он? Не вчера ли мы гуляли рука об руку по греческому берегу и рассуждали о нашем общем будущем?

– И я тебя очень люблю, – шепчет Брайан. – Не знаю, что бы я делал без тебя. Я не вынесу, если с тобой что-то приключится. Я потеряю себя. Совсем и окончательно себя потеряю.

Душа моя наполняется теплом, и я прижимаю руку к самому сердцу, потому что спокойно вынести такое признание невозможно.

– Брайан, я тебя никогда не оставлю, никуда не денусь.

– А я-то думал, ты поедешь в Лондон! – Он убирает руку от моего лица и заливается смехом. – Бедный старый «Билли Эллиот»! Мне кажется, он тоже жаждет повидаться с вами. Вы такая привлекательная особа, миссис Джексон.

Я поддаюсь его настроению и тоже начинаю смеяться, потом подхожу к одной из занавесок и выглядываю на улицу. Могу побиться об заклад, что я слышала, как только что подъехало такси. А вот и желтая полоска борта, и водитель гудит, давая знать, что прибыл.

– Не засиживайся допоздна! – спешу я сказать, вылетая из гостиной. – Я буду очень поздно, не забудь!

– Пришли эсэмэс, если попадешь в беду.

В беду? Поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него и понять, что он имел в виду, но он уже уткнулся в газету. Видимо, это был дежурный, ничего не значащий комментарий.

* * *

Жаль, я не взяла с собой Джейн. С ней мне не было бы так дискомфортно: сорокатрехлетняя тетя стоит в очереди на вход в один из самых модных ночных клубов Лондона, в толпе желающих туда попасть, и каждый в этой толпе – ровесник моей дочери. Охрана внимательно изучает очередь, останавливается на мне, но потом продолжает изучать малолеток дальше.

Я ожидала, что буду чувствовать себя почти раздетой в не доходящем до колен маленьком черном платье от Джона Роша (на плечах оно изящно расшито блестками), но мне вообще не стоило беспокоиться. По сравнению с другими молодыми женщинами, вырядившимися словно на маскарад, я была практически в спортивном костюме. Раньше я только на пляже видела столько голых женских тел. На улице едва ли теплее, чем плюс пять, но этим оголенным красавицам, кажется, ни капли не холодно! В то время как я сразу надела жакет, стоило мне только сойти с поезда на станции. Жалею, что не взяла с собой пашмину.

– Простите? – говорит кудрявая блондинка, стоящая сразу за мной. – Сколько сейчас времени? У вас есть часы?

Взгляд этой блондинки из-под накладных густых ресниц устремлен куда-то через мое левое плечо, но мне ясно, что говорит она со мной, потому что за плечом у меня только стена.

– Сейчас половина одиннадцатого, – говорю я, загипнотизированная ее декольте и надутыми ботоксом губами. Она вся пропитана искусственным загаром, оттенок кожи напоминает цветом дорогую дубовую мебели в нашей гостиной. Косметики на лице так много, что кажется, словно ее наносили из специального распылителя. У нее волосы до талии и так сильно начесаны, что она стала похожа на героиню Фары Фоссет.

– Пасибки, – ее густо подведенные глаза мягко поблескивают.

– Вы сюда часто приходите? – Я сама в ужасе кривлюсь от собственной неловкой попытки завязать беседу.

– Каждый уик-энд, – теперь эта красотка сверлит взглядом затылок какому-то молодому парню, который стоит на три человека впереди меня.