Выход есть всегда - Марина Серова

Именно ее враг, жестокий и коварный, был единственным, чье выражение лица она не видела. Она все еще боялась, но уже не его самого. На ее стороне был весь зал, а на его — только прокурор. Варвара боялась раньше времени выдать, что готова рассказать правду.

— Ваша честь, — обратился к судье прокурор, — у меня есть вопросы к подсудимой.

— Котлярова, встаньте! — Судья стукнула своим молотком по столу, и Варвара поднялась.

— Скажите, Котлярова, зачем, — прокурор назвал дату убийства, — вы вернулись в офис?

Кое-кто в этом зале ожидал, что Варя скажет: «Валерий Михайлович попросил меня об этом, но зачем, не объяснил. Я подумала, что это по работе, и пришла».

— Кулик попросил меня, — произнесла она и взяла паузу, чтобы спросить себя, готова ли она изменить показания. Ответ был положительный, поэтому Варя продолжила: — Купить смартфон и SIM-карту на мое имя. Валерий Михайлович дал мне денег и попросил принести покупки в тот же день.

— Телефон предполагался в качестве платы за интимные услуги? — спросил прокурор, заставив присутствующих в зале вздохнуть то ли от удивления, то ли от возмущения.

— Нет, что вы! — возразила Варвара. — Валерий Михайлович просил купить телефон для себя.

— Разве у директора фирмы не было мобильного телефона? — Прокурор повернулся ко вдове.

Но в следующий момент Котлярова сказала:

— Был, но мне показалось, что его прослушивали, поэтому он решил приобрести новый телефон с SIM-картой на чужое имя.

— Это всего лишь домыслы. Я протестую! — вскипел прокурор.

— Протест отклоняется, — произнесла судья. — Гражданка Котлярова, объясните, почему вы решили, что Кулика прослушивают.

— Дело в том, что Валерий Михайлович изложил мне свою просьбу не в устной форме, а на бумаге. Он написал, какой именно аппарат ему нужен, а также симку какого оператора надо купить. Еще он дал мне деньги — 10 тысяч.

— Ваша честь, хочу заметить, — снова подал голос прокурор, — что при обыске на месте преступления не было обнаружено нового гаджета.

— У меня есть вопросы к моей подзащитной, — произнес Суворов. Получив разрешение, он спросил: — Варвара Сергеевна, скажите, вы выполнили просьбу Кулика?

— Да.

— Где именно вы покупали телефон и оформляли SIM-карту? — уточнил адвокат, на что Варя дала подробный ответ.

— Ваша честь, я считаю необходимым сделать соответствующий запрос в салон связи, — заметил госзащитник.

Сотрудники фирмы загалдели, обсуждая новый поворот событий.

— Тишина в зале! — Судья стукнула молотком по специальной подушке. — Котлярова, расскажите суду, куда вы дели покупку.

— Я принесла и телефон, и SIM-карту в офис, — сказала она, заметив, что ее враг не на шутку занервничал. Нет, она по-прежнему не видела его лица. Только ноги. Он сидел в первом ряду, поэтому ей хорошо было видно, как его ноги «забили чечетку». — Вахтер Максимов, возможно, видел, что у меня был в руках фирменный пакет салона связи.

— Из материалов дела следует, что Максимов умер от сердечного приступа, — заметила судья. — Котлярова, продолжайте! Что было дальше? Вы отдали директору фирмы телефон?

— Нет.

— Почему?

Варя уже не видела, а только слышала, как ноги человека в первом ряду отстукивали чечетку. Вероятно, он тем самым предупреждал ее, чтобы она молчала. Но Котлярова твердо решила рассказать правду.

— В дверях директорского кабинета я встретилась… — ее голос предательски осип. Варвара хотела произнести фамилию, но не могла. Взглянув на отца, а потом на Василия, она вновь обрела решимость и наконец-то сказала: — С Шумиловым Алексеем Петровичем.

Тот вскочил с места и закричал:

— Да что вы ее слушаете! Меня тогда вообще в Тарасове не было! Я был в командировке в Воронеже.

— Гражданин Шумилов, напоминаю вам о необходимости проявлять уважение к суду, — заметила секретарь.

— Извините. — Алексей Петрович сел на место.

— Котлярова, продолжайте, — попросила судья.

— Да, я тоже думала, что Шумилов был в командировке, и очень удивилась, увидев его. Но и он был поражен не меньше, увидев меня. Он посторонился, пропуская меня в директорский кабинет. — При этих словах Алексей Петрович встал и направился к выходу, но полицейский не дал ему возможности выйти.

— Пропустите меня! У меня несварение желудка! — закричал он.

— Гражданин Шумилов, вернитесь на место! — призвала его судья. — Если у вас есть неопровержимое алиби, то вам не стоит так волноваться.

— Да, у меня есть алиби! — подтвердил Алексей Петрович. — Но мне все равно надо выйти. Физиология, понимаете?

— Вам придется потерпеть. Котлярова, продолжайте!

— Я увидела на полу Валерия Михайловича, — сказала Варвара, уже ничего и никого не боясь. — Он не шевелился. На груди у него было красное пятно. Оглянувшись, я увидела пистолет, который Шумилов наставил на меня.

— Бред! — выкрикнул тот с места. — Она сумасшедшая!

Зал охватила громогласная волна обсуждения произошедшего.

— Тишина в зале! — Судья снова застучала молотком.

Когда все угомонились, Варвара продолжила:

— Испугавшись, что Шумилов выстрелит в меня, я стала умолять его, чтобы он не делал этого, иначе мой сын останется круглым сиротой. Шумилов опустил пистолет и попросил меня рассказать о сыне. Я сказала, что ему два с половиной года, что он остался в Дольске. Алексей Петрович хотел знать подробности — как его зовут, где именно он живет и с кем. Я все рассказала, хотя не понимала, почему Шумилов так подробно всем интересуется. Когда он все узнал про Тимура, то сказал, что готов пощадить меня, если я признаюсь в убийстве Кулика. А чтобы я не передумала, он возьмет в заложники моего сына. Стоит мне только изменить показания, он убьет Тимура.

Котлярова впервые взглянула на Шумилова. Он сидел, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. А ухмылка на его лице так и кричала: «Говори-говори, все равно я выйду сухим из воды! У меня ведь неоспоримое алиби. А тебе придется вернуться в камеру, и еще неизвестно, доживешь ли ты до утра». Варвара засомневалась, правильно ли она поступила, изменив показания.

Адвокат дал ей передышку, попросив судью разрешить ему задать несколько вопросов Ольге Кулик. Ему разрешили.

— Скажите, Ольга Витальевна, давно ли ваш супруг был знаком с Шумиловым?

— Давно, они вместе учились в институте.

— Вы что-нибудь знаете о семье Шумилова, его родственниках?

— Протестую! — подал голос прокурор. — Это не имеет непосредственного отношения к делу.

Судья отклонила протест, дав возможность вдове ответить.

— У Алексея Петровича есть младший брат, Александр. В молодости они были так похожи, что их даже путали…