Сон в руку - Полина Дельвиг

По плану, составленному еще в Москве, от озера Липно до Чешского Крумлова туристы должны были идти пешком. Однако в связи с ночными событиями переход пришлось отменить. Деланян, Ример и Даша попросту не выспались, пани Чижиковой не позволяли возраст и обувь, а о Викторе Семеновиче и говорить не приходилось. Бодрость излучал только розовощекий Гоша, но и он категорически отказывался идти, тем более в сопровождение эскорта своих детей на мотоциклах. Кроме всего прочего, ему безумно хотелось знать, что же именно произошло, пока он спал.

В холле гостиницы все молча дожидались, пока Даша рассчитается с портье. Настроение у большинства было подавленное, за исключением разве что близнецов, объевшихся «киндерами», и Полетаева, поглядывавшего на свой «Порше».

— Удачной дороги вам, дамы и господа, — вежливо улыбнулся он. — Я буду в Чешском Крумлове немного раньше вас. — Думаю, минут на сорок. Успею и пообедать…

— Для нас будет большой честью принять вас еще раз, — поклонился ему служащий гостиницы.

— Пребывание у вас доставило мне немалое удовольствие, — ответил эфэсбэшник, протягивая щедрые чаевые.

Он послал Даше прощальный поцелуй и, насвистывая, направился к сверкающей машине.

— Чего он за нами таскается? — Гоша с нескрываемой завистью рассматривал темно-синее авто. — Ехал бы себе и ехал…

— А тебе-то какая разница? — Катя пыталась привести в божеский вид перемазанных шоколадом детей.

Супруги затеяли вялую перепалку.

— Так, заканчиваем выяснять отношения, берем свои вещи и бодрой рысью на поезд! — Даша из последних сил старалась казаться веселой и полной жизненных сил. — Догоняйте!

Перед отъездом Полетаев великодушно предложил перевезти мотоциклы и тяжеленные рюкзаки Гоши и Виктора Семеновича в своем роскошном автомобиле, поэтому задача путешественников существенно облегчилась. Гоша нес рюкзак жены, она и Даша тащили рюкзачки близнецов, а все остальные вещи распределили между собой мрачный Деланян, весело насвистывающий Ример и ненавидящий весь мир, кхекающий пан Прохазка.

По дороге сестры перебрасывались ничего не значащими фразами, мужчины хранили молчание, и только Виктор Семенович, стараясь припадать на ушибленную ногу как можно незаметнее, волочился за теткой Римера в прямом и переносном смысле слова. Чижикова на ухаживания реагировала благосклонно. Она расцвела, как могла, и время от времени кокетливо обмахивалась хвостом животного, породу которого Даше так и не удалось выяснить.

Даша с явным неудовольствием наблюдала картину сватовства туриста.

— А что жена Виктора Семеновича? — тихо шепнула она на ухо кузине.

— Какая? — рассеяно переспросила Катя.

— Что какая? — в свою очередь не поняла Даша.

— Какая именно его жена тебя интересует?

— Он был женат несколько раз?

— А ты думала! Кто такого паразита долго терпеть будет? Мать Игоря уж насколько была святая женщина, так и то не выдержала. Забрала сына и сбежала… А Виктор Семенович был женат еще четыре раза…

— Четыре раза?! — вскрикнула Даша громче, чем следовало. Почетный турист умолк на полуслове и бросил на нее испытующий взгляд. — Четыре раза? — повторила она восторженным шепотом. — То есть всего пять?

— Да, но каждый раз не долго — пару лет, не больше. Он хоть и завидный жених, но… противный очень. Дрянь человек.

— Я смотрю, ты его не жалуешь, — засмеялась Даша и злорадно покосилась на раскрасневшуюся Чижикову. — Тогда пусть обнюхивают друг друга. Они этого заслужили.