Две линии судьбы - Анна Васильевна Дубчак

Вера умрет, то и мне тоже не жить. Надо было действовать! Тем более что все как бы само собою складывалось в мою пользу. То есть мой план мог сработать в любую минуту. Я подлила сулему в вино, Соне — лошадиную дозу, но и мне самой тоже пришлось принять яд… Правда, сделала я это, лишь убедившись в том, что Сонина соседка Люба нас уже увидела — ослабленных. Потому что лежать несколько дней с сулемой в желудке — сами понимаете… Ну а дальше все и вовсе пошло как по маслу. Главная моя задача заключалась в следующем: убедить всех в том, что я не собираюсь принимать наследство! Пусть меня посчитают идиоткой, зато я останусь вне подозрений. И, по-моему, я вела себя вполне правильно.

Глафира подумала, что она впервые чувствует себя настолько отвратительно. Вероятно, и Лиза переживала далеко не самые хорошие минуты. Получалось, что, пока они вяло допрашивали свидетелей и барахтались в каких-то нестыковках, убийца был постоянно рядом и хохотал им в лицо! А вот Гурьев, не сказав никому ни слова, сразу же отправился в Сургут и выяснил, что настоящая Валентина Козельская исчезла! Вместе с нотариусом. Видимо, весь шум поднялся именно в нотариальной конторе, откуда нотариус Тамара Владимировна Ванеева отправилась на встречу с гражданкой Козельской в санаторий «Кедровый лог» — и не вернулась. Может, нашлись свидетели, подтвердившие, что они видели, как молодая женщина вела под руку новенькую пациентку по территории санатория к машине, похожей по описанию на машину Ванеевой, и что они сели в эту машину и выехали по направлению к лесу… Может, и трупы уже нашли? И никогда никто не вычислил бы убийцу всех этих трех женщин, если бы Гурьев не отправился в Сургут!

— Скажи, Дима, как ты вообще ее нашел?!

— Встретил в лифте того подъезда, где проживала Соня Козельская и где последнее время жила ее «тетка Валентина». Мы с ней вроде бы случайно познакомились, и я, услышав трогательную историю провинциальной девушки, родной сестры покойной, предложил ей свои услуги юриста.

— Ты караулил ее все это время у Сониного дома? — спросила Лиза с легкой досадой в голосе.

— Конечно! Должна же она была появиться в своей новой, принадлежавшей теперь уже ей по закону, квартире в новом качестве — будущей хозяйки. Соседям она наплела бы, что дверь ей открыла тетка Валентина, которая как раз в это время «собирала вещички», чтобы освободить квартиру. Откуда бы Вале знать, как отнесется к ее присутствию в квартире новоявленная племянница — Женечка? К тому же если рассуждать логически, то должна же была Женя Козельская убедиться в том, что ее родственница не прихватила с собою Сонино добро! Да и вообще, не в гостиницу же ей было идти! К тому же после того, как придурковатая «Валентина» показала нам тайник, ей надо было перепрятать драгоценности, а их исчезновение свалить все на ту же тетку. Так, Женечка?

— А вы еще не передумали купить у меня этот прибор для пряностей? — усмехнулась «Валентина».

— Знаешь, ты просто отлично сыграла свою роль! С самой первой минуты, как встретила меня в лифте, ты играла блестяще. Так достоверно изобразить, что ты видишь меня в первый раз! Ты вела себя потрясающе естественно. Да у тебя просто дар перевоплощения! — воскликнул Дмитрий. — Но не проще ли было бы не заговаривать со мной, «не заметить» меня?

— Не проще. Да и вернуть мой собственный тембр голоса тоже было не просто. Но, с другой стороны, мы все, по материнской линии, похожи… И это облегчало мою задачу. А обратилась я к вам по той лишь причине, что вы показались мне лицом заинтересованным, в вас я увидела своего первого покупателя. Я продала бы вам эту «перечницу» и на эти деньги начала бы новую жизнь. Когда я еще продала бы другие ценности — неизвестно. Да и опасно все это. Мне нужен был такой человек, как вы, Гурьев, чтобы с вашими связями найти и других солидных покупателей — за границей. Вот и весь расчет! К тому же я была уверена в том, что вы меня не узнаете. Как не узнали меня эти женщины — ваша жена Лиза и Глафира. И что теперь будет? — Глаза ее погасли, а уголки губ словно опустились. Видно было, что Женя тяжело переживает свое поражение. — Что? Вы меня сдадите? Или мы все-таки договоримся?

Ее явно только что осенила эта новая идея, и мгновенно лицо Жени изменилось, глаза ее засверкали.

— Ну же, соглашайтесь! Я дам каждому из вас по табакерке — и разойдемся! Все равно же теперь все пошло прахом, и все мое имущество перейдет в руки государства… Это то, чего я боялась больше всего.

— Я рад, что ты не успела перепрятать коллекцию, — сказал Гурьев изменившимся голосом. — Тем более что наследница-то есть…

— Что?! Как это?!

Гурьев подошел к окну и пригласил всех присутствующих последовать его примеру. Там, за окном, был разбит небольшой сквер, и на скамейке сидела женщина. Неопределенного возраста. Стриженые каштановые волосы, темные очки, серый костюм и туфли-лодочки.

Женя резко отшатнулась от окна и закрыла лицо руками.

— Нотариус Ванеева умерла на месте, а вот тетя твоя, Валентина Козельская, осталась жива: ты ее только ранила! Их обеих быстро обнаружили. К счастью, нашлись такие люди, я имею в виду врачей из «Кедрового лога», которые приняли горячее участие в судьбе этой несчастной женщины. Ведь ей всего-то двадцать семь лет! Я очень надеюсь, что, когда утрясутся все формальности и Валентине удастся наконец получить Сонино наследство, она с умом распорядится им и в первую очередь займется своим здоровьем. А уж я ей лично в этом помогу, будь спокойна! Ну что, Женя-Женечка, хочешь с ней встретиться с глазу на глаз? Прямо сейчас? Здесь?

— Не-е-ет!!!! — закричала Женя. — Пожалуйста, не надо…

— Хорошо, как хочешь.

С этими словами Гурьев подошел к Жене и незаметным ловким движением защелкнул на ее запястьях наручники. После чего достал телефон и принялся кому-то звонить…