Фам фаталь - Валентина Демьянова

поперек, с головы до ног вымазалась сажей и ничего не нашла. Осмотр мешков с цементом результата тоже не дал, и я бы совсем пала духом, если бы не лопата. Старая штыковая лопата, испачканная землей. Ничего необычного в ее присутствии в сарае, где хранится садовый инвентарь, конечно, нет, но меня удивило место, где она стояла. Грабли, тяпка, коса – вся эта дребедень громоздилось справа от двери. Вполне понятно: зашел в сарай, протянул руку – и вот он, нужный инструмент! А лопата была прислонена к стене в самом дальнем углу, рядом со штабелем досок. Глядя на нее, в голову приходила мысль, что в том месте что-то копали, а потом лопату отставили и ушли. Плохо только то, что на утрамбованном земляном полу следов копания видно не было. Я оттащила в сторону одну доску, другую и поняла, что эта работа мне не нравится.

– Вы здесь с охранниками? – спросила я Павла Ивановича.

– Конечно!

– Зовите их сюда. Нужно доски на другое место переложить.

Без единого возражения бывший покровитель извлек из кармана мобильный телефон и коротко приказал:

– Оба ко мне! Быстро! Я у сарая.

Ребята явились буквально через две минуты, полные решимости дать отпор каждому, кто станет им поперек дороги. Они готовы были к любой неожиданности, но только не к лицезрению моей перепачканной сажей физиономии. Увидев меня, парни в буквальном смысле окаменели, ведь наш с Павлом Ивановичем конфликт для его окружения не был секретом. К их чести, нужно это признать, от столбняка они оправились быстро и вскоре уже бодро перекидывали доски на новое место

Когда все было расчищено, у самой стены открылся довольно большой участок вскопанной земли. Создавалось впечатление, что сначала там была яма, а потом ее небрежно засыпали и сверху прикрыли досками.

– Копайте, – приказала я.

Парни бросили вопрошающие взгляды на хозяина и, получив в ответ одобрительный кивок, принялись за работу. Долго трудиться им не пришлось, вскоре лопата что-то зацепила. Оказалось, что это кусок мешковины, а через несколько минут мы поняли, что нашли труп.

– Что будем делать? – хмуро спросил охранник.

– Ментов вызывать? – предположил другой.

– При чем здесь милиция? – раздался встревоженный голос от двери.

Оказывается, Римма уже вернулась, услышала последнюю фразу и всполошилась.

– При том, что у вас тут труп, – бесхитростно сообщил один из охранников.

Женщина подбежала к яме, глянула в нее и потрясенно вскрикнула:

– Русик!

Поддержать ее мы не успели, и она без чувств рухнула на землю.

– Вынесите девочку на свежий воздух, это зрелище не для слабонервных, – сердито приказал Павел Иванович, потом повернулся ко мне и разочарованно протянул: – И ради этого ты здесь крутилась? А я-то сначала не поверил, думал, что-то стоящее разыскиваешь.

– А разве помочь найти пропавшего мужа не стоящее дело?

Павел Иванович сердито фыркнул:

– Это оставь ментам. Твой профиль – антиквариат.

– Раньше. А теперь я переквалифицировалась.

Мужчины вышли, а я осталась возле ямы. Вид разлагающегося трупа – не самое приятное зрелище, но мне было интересно узнать причину гибели. На лице и теле видимых повреждений не было, скорее всего, Руслану проломили затылок. Я нашла на полу толстую щепку и принялась аккуратно разгребать землю вокруг присыпанных землей волос. Неожиданно палка опять за что-то зацепилась, но разобрать, что же это такое, мешала голова мертвеца.

Я вышла на улицу и увидела, что Римма уже пришла в себя. Хоть и бледная, но стоит на ногах.

– Там еще что-то есть. Нужно тело сдвинуть.

– Умом тронулась, – возмутился охранник. – Да менты нам за эту самодеятельность головы поснимают. Как мы им наши художества объясним?

– Об этом потом думать будем, а сейчас двигайте к яме.

Если бы не патрон, они бы точно послали меня куда подальше, но он кивнул, и ребята пусть неохотно, но подчинились. Пошла даже Римма, хотя я и отговаривала. Как только тело было осторожно перенесено в сторону, я опустилась на корточки и стала щепкой разгребать землю. Круглый предмет оказался черепом. А потом открылся и весь скелет. Длинный скелет взрослого человека.

– А это кто? – ахнула Римма.

– Думаю, ваш дедушка. Леонид Кайсаров.

– Но Лиля всегда говорила, что он погиб под бомбежкой!

– Ничего другого ей и не оставалось, – пробормотала я.

После всего увиденного Римма опять почувствовала слабость, и мы с Павлом Ивановичем повели ее в дом. Ребятам же было приказано остаться и тщательно прочесать прилегающую к садовому домику территорию.

Расположились мы по уже сложившейся привычке в столовой. Оставив Павла Ивановича с тихо плачущей женщиной, я отправилась на поиски кухни. Найти ее труда не составило, потому что дверь выходила в холл. Пока в электрочайнике закипала вода, я стояла у окна и перебирала в уме события дня. Запутанно все сложилось! Я явилась в дом узнать о судьбе похищенных Леонидом Кайсаровым картин. Появление бывшего патрона заставило меня сделать вид, что я озабочена поисками Руслана. И, будто в насмешку, судьба, в которую я свято верила, подсунула мне его труп. Не могу сказать, что такой разворот событий оказался для меня неожиданным. Нечто подобное я предполагала. Потому и удалось под проницательным взглядом бывшего шефа держаться столь естественно. Голову я этим трупом Павлу Ивановичу прилично задурила. Он вроде поверил, что ничего, кроме поисков пропавшего мужа Риммы, меня не интересует, но надолго ли? Если останусь в городе, он поймет, что дело нечисто, и из виду меня уже не выпустит. Должен же он поквитаться за мою проделку с портретом Ватто! А уехать даже на время я не могла. Как оставить поиск картин?

Чайник закипел, и я потащила его в столовую. Там за время моего отсутствия ничего не изменилось. Римма по-прежнему сидела в уголке и тихо плакала. Павел Иванович, заложив руки за спину, стоял у окна.

– Чай готов! – жизнерадостно возвестила я, стараясь хоть немного разрядить тягостную обстановку.

Фраза повисла в воздухе. И Римма, и Павел Иванович остались к моему появлению безучастны. Потерпев фиаско, я пожала плечами, бухнула чайник на стол, а сама устроилась в кресле. Не хотят – и не надо! Я, что могла, сделала, а дальше пусть поступают, как им заблагорассудится. Я в клоуны не подписывалась!

Наверное, мы так бы и сидели в полном молчании, ожидая, пока ребята шефа обыщут участок, но тут гулко хлопнула входная дверь.

– Лиля!