Пляж острых ощущений - Ольга Степнова

— Редакция, — запыхавшимся голосом сообщила мне в трубке девушка.

Я улыбнулась: все так, как я себе представляла. Может быть, там по коридорам бегает и сам Михальянц?

— Мне Михальянца, пожалуйста, — попросила я девушку.

— Которого? — вдруг уточнила она.

— Их что, два?! — всерьез испугалась я.

— В принципе, один, но он вечно отсутствует. — Кажется, девушка была не прочь поболтать, пошутить и отвлечься от общего редакционного дела.

— Не смешно, — сказала я девушке. — Может, поищите, все-таки, самого знаменитого в городе засранца?

— А-а, вы и это знаете, — засмеялась она. — Зачем он вам?

Я поздравила себя с первой победой. Если меня так игриво спрашивают, зачем мне Михальянц, значит, есть шансы быть им услышанной. Пусть даже ушами этой веселой девушки.

— Да так, — протянула я и покосилась на Бэлку, оставшуюся уже в одних стрингах. Она самозабвенно кривлялась на маленьком столике, но никому не было до нее дела — ни плавным клиентам, ни Эрику Клэптону.

— Тут одна небезызвестная в городе особа разбушевалась, — тихо сказала я. — Сначала разгромила пол-зала, а теперь голая на столе отплясывает.

— Что за особа? — заинтересовалась девушка.

— Но вы же не Михальянц! — возмутилась я. — Это его тема.

— Все мы тут немножечко Михальянцы, и в некотором роде засранцы, — самокритично заметила девушка. — Говорите, выкладывайте, где, кто, что, как, почему. Может быть, даже получите материальное поощрение от самой читаемой в городе газеты.

Я вздохнула и сообщила ей, что по такому-то адресу, из рук вон плохо ведет себя известная светская львица и тонкая штучка Бэлка Шарова. Что она вдрызг пьяна, абсолютно раздета и выделывает такое!..

— Мерси, — сказала девица и отключилась.

— Отбой, Шарова! Передохни! — крикнула я Бэлке, но она вошла в раж и извивалась с энтузиазмом, непозволительным для непрофессионалки. Она чувствовала себя в этом «Эге-гей»-клубе, словно в женской бане. И Эрик Клэптон этому ощущению многозначительно подпевал.

* * *

Как он очутился в зале, я так и не поняла. Заметила только, что за одним из столиков появился новенький. Перед ним даже стоял коктейль, хотя я точно видела, что бармен никого не обслуживал: он усердно ликвидировал следы разгрома за своей стойкой.

Новенький был хорош, как греческий бог. У него были темные волосы, выразительные черные глаза, в которых отсвечивало интимное освещение зала, рост и фигура атлета. Скорее всего, он появился со стороны служебного входа и Бэлке нужно будет прошерстить кухонных тетушек на предмет взяток и пропуска в зал посторонних людей. Впрочем, не было никакой гарантии, что этот красавчик и есть Михальянц.

Новенький вдруг нажал какую-то кнопку в мобильнике, потом снова, и снова, пока до меня не дошло, что он фотографирует кривляющуюся на столе Бэлку.

Шарова, видимо, ощутила присутствие в зале стопроцентного мужика, потому что вдруг стушевалась, прикрылась руками и быстро напялила свой сарафан. Спрыгнув со столика, она подбежала ко мне.

В этот момент к Михальянцу подвалил женственный мальчик. Он интимно присел рядом с красавчиком-репортером, бросив руку на спинку стула, на котором сидел Михальянц. Не выразив недовольства, Михальянц начал доброжелательно болтать с парнем.

Настала моя очередь щелкать фотокамерой мобильного телефона.

— Получилось?! — шепотом спросила у меня Бэлка.

Я не ответила. Я делала снимок за снимком. Мальчик все теснее жался к красавчику Михальянцу, а Михальянц вполне лояльно отнесся к желаниям мальчика.

— Надо же, — прошептала Бэлка, — откуда он взялся? В зал никто не входил. Я предупредила Володю на входе, чтобы он впустил того, кто начнет совать ему деньги за вход, но он не открывал дверь!

— Похоже, он зашел через кухню.

— Вот гады, уволю, — без злости сказала Бэлка. — Надо же, а красавчик какой! Но, похоже, потерян для женского общества. Как ты думаешь, он успел меня сфотать?

— Думаю, что успел.

— Катастрофа.

— Не надо было так увлекаться. Договорились же — дебош символический!

— Когда еще так побезобразничаешь для пользы дела! — вздохнула Бэлка.

Михальянц с партнером не обращали на нас никакого внимания. Они болтали, и дистанция между ними все сокращалась. События вечера потеряли динамику и это мне не понравилось.

— Михальянц!! — крикнула я на весь зал только лишь для того, чтобы удостовериться, что в зале есть этот гребаный Михальянц.

Красавчик встрепенулся, повернулся, скинул с себя вялую руку мальчика и направился к нам.

— Присаживайтесь, — кивнула я ему на свободный стул.

— Б-б-б-б-лагодарю. — Михальянц заикался, как заезженная пластинка. Я сделала над собой большое усилие, чтобы не расхохотаться. Кажется, Бэлка сделала то же самое. Она хрюкнула и закрыла раскрасневшееся лицо ладонями.

— Это вы мне зво-во-вонили? — Нет, заикался он ненатужно, легко, будто баловался.

— Я, — призналась я. — Это я вам звонила.

— Зачем?

— Разве вы не сделали для газеты потрясающих кадров?

— Сде-де-де-делал. Не сомневайтесь, они непременно появятся в утреннем выпуске. Так за-за-зачем вы меня сюда вытащили?

— Вы не довольны поводом?

— Бред, а повод. — Он пожал атлетическими плечами и покосился на притихшую Бэлку. — У вас отличная фигура, — счел нужным он сделать ей комплимент.

— Как вас зовут? — спросила я.

— За-за-за…

— …сранец? — рискнула предположить я.

Он засмеялся, кивнул.

— Папа дал загсу большую взятку, чтобы меня так запи-пи-писали.

Надеюсь, это была шутка. Но из нее я сделала вывод, что обидеть его невозможно.

— Видите, какие отличные снимки? — Я протянула ему свой мобильник и пощелкала кнопкой, листая снимки, где он сидел в обнимку с женственным мальчиком. — Если вы согласитесь мне помочь в одном деле, я их сотру. Если не согласитесь — отдам конкурентам, изданию «Блиц». Они с удовольствием опубликуют фото с самыми гнусными комментариями.

Михальянц откинулся на узкую спинку стульчика и захохотал. Смеялся он тоже, как будто бы заикаясь, повторяясь на слоге «ха-ха». Прохохотавшись, он сходил к барной стойке, взял там с молчаливого согласия бармена бутылку ликера, вернулся и, отвинтив пробку, сделал пару длинных глотков.

— Как вы думаете, ле-ле-ле-леди, человек с таким именем, как у меня, может бояться быть скомпрометированным?

Я думала, конечно, что нет, но промолчала.

В более глупую ситуацию я в жизни не попадала.