Яблоко Монте-Кристо - Дарья Донцова

– Верно, не повезло мне, столько в больницевремени провела, а не сумела доносить, Игорька потом до нормального весадоводили, в специальном боксе. Видела бы ты его сразу после появления на свет!Просто мышонок!

Люба сначала поверила Зое, но потом ей, тожеюной маме, бросились в глаза некоторые, мягко говоря, странности.

В три месяца Игорь хорошо сидел, в шестьпопробовал ходить! Супруг Зои, Андрей, молодой парень, не удивлялся, у него небыло опытной мамы, которая бы принялась «дуть» сынку в уши:

– Не может младенец девяноста дней отродуусаживаться в кроватке, хорошо бы ему на этом сроке голову научиться держать!

Отсутствовал у отца и опыт общения сноворожденными, а вот Люба сразу поняла суть происходящего. Ясно, по какойпричине Зоя легла на сохранение на малом сроке и почему Игорек родился якобынедоношенным. Никакой он не вундеркинд, а самый обычный младенец. Еслипредположить, что Зоя выходила замуж уже беременной, то всяческие странностипопросту отпадают. Игорь уселся не в три месяца, а в шесть, попытался пойти вдевять, никакого шокирующе раннего развития.

Сначала Люба удивилась, многие девушки идут вЗАГС уже в положении. Сейчас, слава богу, двадцатый век, никто согрешившей досвадьбы невесте двери квартиры дегтем не вымажет. С чего бы Зоя устроила стольмасштабный спектакль? Ведь в дело явно были вовлечены врачи роддома, в которомпоявился на свет Игорек. А то они не видели, что приняли доношенного ребенка!Да и районный педиатр получила роль в постановке, она, не моргнув глазом, пелаАндрею:

– Ваш сын просто уникум! На редкость развитыймальчик. Впрочем, среди недоношенных подобные случаи часты. Вот на моем участкетрое подобных! В годик уже говорят!

Ну, предположим, Зое было стыдно передоднокурсниками, соседями, и Любе она тоже постеснялась рассказать правду. Нозачем просить педиатра говорить глупости Андрею? Не успел вопрос возникнуть вголове Любы, как на него мигом нашелся адекватный ответ: парень обманут женой.Зоя забеременела от другого мужчины, который не хотел или не мог жениться наней, вот и пришлось ей спешно выскакивать замуж за первого попавшегося!

Сообразив, что к чему, Люба не стала ни с кемделиться догадками. Работкина, несмотря на крайнюю болтливость, сообразила:лучше держать язык за зубами. Зоя еще не раз понадобится подруге, похоже, у нееогромные связи.

Полетели годы. Зоя и Люба продолжали дружить.Первая по-прежнему помогала второй, Зоя абсолютно не нуждалась. Теперь Люба ужене сомневалась: у Вяземской есть всемогущий любовник, иначе чем объяснить еестабильно хорошее материальное положение? Зарплатой? Премиями? Заботой коллегдавным-давно скончавшихся родителей? Лишь такой идиот, как Андрей, мог поверитьподобным сказкам! Еще Любу обижало молчание Зои – Вяземская не собираласьоткровенничать с ней, но ведь отношения у женщин сложились теснее некуда!Работкина-то выплескивала все и, естественно, ожидала от Зои такой жеоткровенности. Одно время Люба злилась, но потом, поразмыслив, решила: так –значит, так! Не надо намекать на свои подозрения, Зоя сделала Любе много хорошего,следует простить Вяземской желание сохранить тайну. В конце концов, Люба тожеиногда замалчивала кое-что. Вот на днях Работкина купила Соне по случаюкрасивые и недорогие сапожки, а на вопрос Зои: «Где ты такие отрыла?» –спокойно ответила:

– Соседка предложила, ее дочери малыоказались.

Некрасиво, конечно, но уж очень Любе нехотелось, чтобы Вяземская приобрела Игорю такие же, обувь «унисекс» могла легкоподойти и мальчику, будут дети словно инкубаторские.

Я молча слушал Любу, пока ничего нового она несообщила, впрочем, не удивили меня и ее слова о болезни Игоря. Но затем Любаначала рассказывать удивительные вещи.

Когда врач намекнул Зое, что для выздоровлениясына необходимо родить еще одного ребенка, Вяземская в слезах примчалась кподруге и, упав на кровать, принялась рыдать. Сквозь слезы она выдавала такойдикий текст, что Работкина лишь хлопала глазами.

Никаких родителей у Зои нет, вернее, онигде-то были, только Зоенька их не знала, воспитывалась до двух лет в детдоме,откуда ее взяла бездетная пара, простые люди: шофер и домработница. Виктор иНина. Виктор служил водителем у Ивана Николаевича, своего ровесника,занимавшего очень высокий пост.

Когда Зоя, нервно оглядываясь, сообщила, ктотакой Иван Николаевич, Люба лишь ойкнула. Иван, в советские годы крупныйпартийный функционер, был женат и имел дочку Вику, ровесницу Зои.

Чтобы Вика не скучала летом, отец приглашалЗою на три месяца на дачу. Дочери шофера вменялось дружить с Викой, подчинятьсяей во всем, уступать первенство в играх, а взамен она получала подарки: хорошуюодежду, вкусные конфеты и замечательные игрушки.

Зоечка не боролась за пальму первенства,отдавала ее Вике весьма охотно. Зоя была тихим, неконфликтным, послушнымребенком, наверное, поэтому она не подняла крик, когда Иван Николаевич ночьюпришел в ее спальню. В тот год Зоечке исполнилось четырнадцать лет, но она ужебыла вполне сформировавшейся девушкой.

Ивану Николаевичу Зоя отдалась добровольно.Хорошо одетый, красивый мужчина нравился ей намного больше одноклассников, а раносозревшая девочка частенько думала о мальчиках.

То памятное лето Зоя провела простозамечательно. Днем она весело играла с Викой, ночью забавлялась с ИваномНиколаевичем. О маме Вики, Ирине Михайловне, Зоя не размышляла, женщина былабольна, постоянно каталась по курортам, пила минеральную воду, лечила желудок.Зоечка, несмотря на раннее физическое развитие, мыслила по-детски, она недумала, что поступает плохо. Отец Виктор помалкивал, остальная прислуга тожеделала вид, что ничего не знает.

Но, увы, лето быстротечно. В августе Зоявернулась домой, в сентябре пошла в школу и загрустила. Иван Николаевич снилсяей по ночам. Но, видно, и девочка запала в душу чиновнику. Однажды Викторзаехал за дочерью после занятий на казенной машине и велел:

– Садись.

– Ой, папа, – обрадовалась приемнаядочь, – ты меня покатать хочешь?

– Угу, – мрачно ответил Виктор и большене проронил ни слова.

Лишь притормозив около большого дома, шоферсказал:

– Ступай в подъезд.

– Зачем? – удивилась Зоя.

– Велено, езжай наверх, – хмыкнулВиктор. – Это сюрприз.

Школьница подчинилась, позвонила в дверьуказанной квартиры и увидела Ивана Николаевича.

– Это ты! – взвизгнула малолетняялюбовница и прямо в прихожей стала снимать с себя школьную форму.

После того как пыл угас, парочка отправиласьна кухню. Зоечка, словно взрослая хозяйка, заваривала чай, и тут ИванНиколаевич огорошил восьмиклассницу неожиданным разговором: