Жертвы осени - Марина Крамер

Ростик мгновенно обмяк и стал похож на человека, который вот-вот потеряет сознание. Руслан, оглянувшись по сторонам, врезал ему крепкую пощечину:

– Ну-ка, соберись, тряпка! Надо дождаться, когда они уйдут, и быстро сваливать из этого отеля. Не хватало только скандала…

– Но они же не знают, что это я…

– Ты идиот?! Будь уверен: тот фоторобот врезался им в память намертво! А обо мне ходили слухи, что я пропал, – как прикажешь объяснить мое чудесное возникновение здесь? Что, если они захотят поговорить? Назовут по имени – а у нас в паспортах, если помнишь, кое-что другое написано! Нет, братец, надо валить, и быстро.8b73b9

И им бы почти удалось задуманное, если бы не досадная случайность. Уже выходя из отеля, они лицом к лицу столкнулись с Германом Вайсом, и тот, конечно, узнал Руслана.

– Надо же, какая встреча… Руслан Васильевич? А вы тут какими судьбами? – протягивая руку для приветствия, спросил Вайс, и Руслану ничего не оставалось, как остановиться и ответить на рукопожатие.

– Простите… Герман… не помню отчества…

– Иосифович, – подсказал Вайс. – Что вас привело в Германию? Ходили слухи, что вы загадочным образом исчезли…

– Никуда я не исчезал, – буркнул Руслан. – А вы какими судьбами тут?

– А мы с женой воспользовались моей родословной и переехали в Дрезден. Не смогли больше находиться ни в Вольске, ни вообще в России, – вздохнул он. – Потерять единственную дочь, да еще таким ужасным образом… и прожить остаток жизни с осознанием того, что мерзавец, ее убивший, жив, хоть и не на свободе…

Краем глаза Руслан увидел, как снова бледнеет Ростик, прислоняется к стене, опустив спортивную сумку с вещами на землю.

«Вот недоносок… Даже сейчас не может в руках себя держать – как вообще убил-то всех этих девчонок с такими-то нервами?» – раздраженно подумал он.

К несчастью, Вайс тоже вдруг перевел взгляд на Ростика и начал пристально вглядываться в его лицо. В глазах его что-то промелькнуло, как будто он пытался вспомнить, где видел этого человека раньше, но никак не мог, и Руслан, сделав шаг в сторону, перекрыл Вайсу обзор:

– Вы извините. Герман Иосифович, нам пора. Мой… приятель нездоров, мы приезжали на консультацию. Рад, что вы смогли уехать и начать новую жизнь. Позвольте на этом попрощаться. – Он быстро протянул руку, потом подхватил свою сумку и сумку Ростика, а его самого чуть встряхнул, крепко взяв за локоть: – Идем, Витя, нам еще долго добираться.

– Всего доброго, Руслан Васильевич, – донеслось в спину, но Руслан не обернулся.

Запихнув совершенно деморализованного брата в припаркованную у отеля машину, Руслан сел за руль и негромко сказал:

– А вот теперь нам придется подумать, как скрыться и затеряться. Он тебя узнал, в этом нет сомнений, и теперь будет думать, как такое возможно. И самое первое, что он может сделать, – это обратиться в полицию и сказать, что видел сбежавшего из тюрьмы серийного убийцу. Если это произойдет достаточно быстро, мы даже не сможем пересечь границу.

С заднего сиденья раздался звук, похожий на стон, и Руслан, бросив взгляд в зеркало заднего вида, понял, что Ростик плачет, свернувшись в клубок и закрыв руками лицо.

– Как ты мне надоел, – вздохнул он, выруливая на шоссе. – Я потратил всю жизнь на тебя, а зачем? Ведь я могу запросто выкинуть тебя из машины – и живи как хочешь, выкарабкивайся сам, в конце концов, тебе уже до фига лет! Но я нянчу тебя исключительно потому, что мать внушила мне эту дурацкую мысль о братском долге. Только вот знаешь, что меня иногда интересует? А почему это работает только в одну сторону? Почему я тебе должен, а ты мне – нет? Почему я с первого дня твоего появления на свет все время что-то для тебя делаю, что-то решаю, как-то помогаю, тяну, тащу, спасаю… а вот ты? Что ты сделал для меня? А я скажу: ты отнял у меня все, даже мою жизнь. И меня это достало, Ростик. Дос-та-ло! Во! – Он чиркнул ребром ладони по горлу. – В общем, так. Я еду в Беларусь – прямо сейчас. А ты можешь остаться здесь.

– А… поехать с тобой… я могу? – проскулил Ростик, размазывая слезы, и Руслан тяжело вздохнул:

– Зачем? Ты считаешь, что недостаточно испортил мне жизнь? Я, юрист, бывший старший следователь, работал почти пять лет автослесарем – ты считаешь, этого недостаточно? А что делал ты? Правильно, ты у нас домохозяйка. Ну так я устал, хочу уж если и домохозяйку, так женского пола, чтоб хоть в старости пожить, как люди.

– Руслан! Руслан, не бросай меня! – взмолился Ростик, высовывая голову между сидений. – Я тебя прошу… я… я буду жить отдельно от тебя… пойду работать…

– Куда? Куда ты пойдешь, что ты умеешь?

Руслан говорил это, отлично понимая, что никуда не денется, из машины Ростика не выкинет, возьмет с собой и так и продолжит возиться с ним до конца дней.

«Спасибо тебе, мама…»

Минск – Москва – Вольск, наши дни

В Беларуси Руслан под фамилией Тиханевич неожиданно занялся фермерством. Те деньги, что он сумел отложить в Германии за пять лет работы, пошли на покупку небольшой полуразвалившейся фермы, и пару лет Руслан при помощи Ростика своими руками восстанавливал ее, построил пасеку, завел сперва двух коров, потом еще, еще…

Через несколько лет дела пошли в гору, появились работники, потом расширился магазин, появился еще один – уже в Минске, а вскоре еще два, образовав сеть.

Руслан удивлялся, как у него все получилось: никогда не замечал за собой тяги к сельскому хозяйству или торговле, а тут удалось и то, и другое.

Ростик вел себя тише воды ниже травы, стал управлять сетью супермаркетов, дела вел хорошо, и Руслан немного расслабился. Но все закончилось в один день, вернее – в одну ночь. В минскую квартиру Ростика, жившего теперь под именем Виктора Тиханевича, явилась милиция и при обыске нашла у того в диване незарегистрированный пистолет.

Руслан был вне себя… когда ему сообщили об этом, он, конечно, кинулся поднимать связи, которыми к тому времени уже успел обзавестись, будучи известным бизнесменом. Но то, что он узнал, заставило его думать уже совершенно о другом – о том, как спастись самому, и черт с ним, с этим идиотом Ростиком.

Герман Вайс вспомнил, где видел лицо спутника Руслана, и дальше все пошло именно так, как он и предполагал. Полиция отследила передвижения братьев, но на территорию Беларуси, конечно, их