Багдадская встреча - Агата Кристи

– Ну конечно люблю.

– Но что это все значит? Расскажи мне, Эдвард. Чтобы я моглапонять.

– Мы строим новый мир, Виктория. Он возникнет из обломков ипраха старого мира.

– Расскажи.

Он принялся рассказывать, и она поневоле была захваченаудивительной мечтой. Порочные обитатели старого мира обречены уничтожить другдруга. Жирные старики, думающие только о прибылях, стоящие на пути прогресса. Итупые фанатики-коммунисты, стремящиеся устроить на земле свой марксистский рай.Будет тотальная война, тотальная гибель. А затем – новые небеса и новая земля.И на ней – горстка избранных, существа высшего порядка: ученые, агрономы,администраторы – молодые красавцы вроде Эдварда, Зигфриды[128] Нового Мира. Всеюные, все уверенные в своем высоком предназначении. Когда по земле прокатитсяволна гибели, придут они и продолжат историю.

Безумство, но безумство созидательное. В мире разгромленном,распадающемся нечто в этом духе может произойти.

– Но подумай обо всех бедных людях, которые должны будут дляэтого погибнуть, – сказала Виктория.

– Ты не понимаешь, – ответил Эдвард. – Они не имеютзначения.

Не имеют значения – вот вера Эдварда. И ей вдруг неизвестнопочему подумалось о простых глиняных горшках трехтысячелетней давности, побитыхи замазанных битумом. Они как раз и имеют значение, различные предметыежедневного обихода, и семья, для которой надо готовить пищу, и четыре стены,ограждающие семейный очаг, и скромные домашние ценности. Все эти тысячи простыхлюдей, которые занимаются своими проблемами, обрабатывают свою пашню, лепятгоршки и воспитывают детей, смеются и плачут, встают утром и ложатся спатьвечером, это они как раз и имеют значение, а не «ангелы» со злыми лицами,затеявшие строить новый мир и не думающие о жертвах.

Виктория осторожно, понимая, что сейчас, здесь, ей угрожаетсмертельная опасность, проговорила:

– Эдвард, ты – удивительный! А как же я? Какое я могупринять участие?

– А ты хочешь помогать? Ты поверила?

Но она проявила благоразумие. Внезапное и полное обращение –это было бы чересчур.

– Я, мне кажется, поверила в тебя. И что ты мне велишь,Эдвард, я все исполню.

– Умница, – похвалил он.

– Тебе ведь для чего-то понадобилось, чтобы я сюдаприлетела? Была же какая-то причина?

– А как же. Помнишь, я тебя тогда сфотографировал?

– Помню.

(Дурища, выругала себя Виктория, нос задрала и ротразинула!)

– Меня поразил твой профиль. Потрясающее сходство! И ясделал снимки, чтобы удостовериться.

– Сходство с кем?

– С одной женщиной, которая нам страшно вредит. По имениАнна Шееле.

– Анна Шееле, – недоуменно повторила Виктория. Вот ужнеожиданность! – Она похожа на меня?

– В профиль – просто одно лицо. И что интересно, у тебяслева на верхней губе есть небольшой шрам…

– Это я в детстве скакала на деревянной лошадке и упала. А унее ушки торчали, острые такие, я и разрезала себе губу. Но он мало заметен,если запудрить хорошенько.

– И у Анны Шееле такой же шрам и в том же самом месте. Этоочень ценно. Рост и фигура тоже более или менее одинаковые. Она постарше, новсего лет на пять. Основное различие – волосы, она блондинка, а ты брюнетка. Исовсем другая прическа. Глаза у нее будут посинее, но это неважно, в темныхочках не разберешь.

– И тебе из-за этого нужно было, чтобы я приехала в Багдад?Потому что я на нее похожа?

– Да, я подумал, что такое сходство может… может оказатьсяполезным.

– Поэтому ты все и устроил… А Клиппсы? Кто они?

– Никто. Просто выполняют, что им велят.

У Виктории по спине пробежал холод. Его безразличный,лишенный всяких эмоций тон как бы подразумевал, что ему обязаны слепымпослушанием. Вообще в их безумном замысле есть многое от религии, подумалаВиктория, Эдвард – сам себе бог, и это ужаснее всего.

Вслух она сказала:

– Ты тогда объяснил мне, что Анна Шееле у вас главныйначальник. Царица пчел.

– Должен же я был тебе что-то сказать, сбить со следа. А тоты столько всего уже пронюхала.

«Если бы не случайное сходство с Анной Шееле, тут бы мне иконец», – подумала Виктория. Она спросила:

– А кто она на самом деле?

– Она доверенный секретарь Отто Моргенталя, американского имеждународного банкира. Но это еще не все. У нее потрясающий финансовый ум. Иесть основания подозревать, что она выследила многие наши финансовые операции.Три человека представляли для нас угрозу: Руперт Крофтон Ли, Кармайкл – с этимиуже покончено, остается Анна Шееле. Ее прибытие в Багдад ожидается через тридня. Но пока что она исчезла.

– Исчезла? Где?

– В Лондоне. Словно сквозь землю провалилась.

– И никто не знает, куда она делась?

– Дэйкин, возможно, знает.

Но и Дэйкин не знает. Виктории это известно, а Эдварду нет.Где же Анна Шееле может быть?

Виктория спросила:

– И у вас даже предположений нет?

– Есть некоторые предположения, – ответил Эдвард.

– Какие?

– Анна Шееле во что бы то ни стало должна присутствовать наконференции в Багдаде, а начало конференции, как ты знаешь, назначено черезпять дней.

– Так скоро? Я понятия не имела.

– Мы держим под надзором все въезды в страну. Она, конечно,приедет не под собственным именем. И не на правительственном самолете. У насесть каналы, по которым мы в этом удостоверились. И мы проверили все спискичастных пассажиров всех авиалиний. На «Британской заграничной авиации»зарегистрирована некая Грете Харден. Мы прошлись по ее данным в Англии – такогочеловека не существует. Имя вымышленное, указанный адрес неверный. Нашепредположение, что Грете Харден это и есть Анна Шееле. – Он добавил: – Еесамолет прибывает в Дамаск послезавтра.

– И что потом?