Охота на Сезанна - Томас Свон

В заключительный день первым выступал Сэм Тернер. Его сообщение было кратким, но слушателей заставили содрогнуться живые описания преступлений, сопровождаемые фотографиями «скончавшихся», как он выразился, картин.

– Вся информация, которую мы получили по поводу картин, прошла через компьютеры. Благодаря этим данным мы нашли сходства между происшествиями в Санкт-Петербурге, Лондоне, Суррее и Бостоне. Мы уже ловили террористов, но должен сказать, что террористы оставляют больше следов, чем этот Вулкан. Обычно они посылают угрозы, и большинство из них имеют мотивы и представляют группировки, о которых у нас есть информация. Вот почему я прошу вас присылать мне все подробности, которые вам станут известны.

В два часа Феликс Лемье представил план безопасности, разработанный его сотрудниками из Лувра при содействии друзей из французской разведки. Подробности излагались на шестнадцати машинописных листах. Все члены совета получили копию плана и подписали документ, обязавший их хранить информацию в тайне. Лемье стоял перед доской, на которой разместил рисунки и фотографии: карта Экс-ан-Прованса; планы двух выставочных этажей в Гране; фотографии церкви Сен-Жан-де-Мальт, которая примыкала к Гране. Фотографии демонстрировали, как может укрываться тот, кто задумал напасть на музей.

– Внутри церкви мы поместим специальных людей, одетых в рясы священников и знакомых с основными обязанностями духовенства. У них будут мобильные телефоны.

Лемье сообщил также о телевизионной системе наблюдения, установленной в Гране год назад, и предоставил слайды, которые демонстрировали планируемое усиление этой системы.

– К сожалению, нам не удастся сделать это к февралю, поэтому мы наймем дополнительную охрану, пока новая система не заработает в полную силу.

Лемье завершил свою речь, сказав напоследок, что, возможно, небольшая армия с огнестрельным оружием и сможет прорваться сквозь кольцо охраны, но для одного или двух человек это будет не под силу. Присутствующие пришли к выводу, что стратегия Лемье была замечательной комбинацией человеческого ума и технологий.

Лемье предоставил слово Мирей Леборнь. Леборнь, как хорошо знал Оксби, была одновременно ученым, преподавателем и лектором. Это была симпатичная женщина пятидесяти трех лет, высокая и худая, с открытым широким лицом, которое излучало само очарование.

– О боже! – были ее первые слова, произнесенные с улыбкой и нескрываемым испугом. – Вы знаете, что мне редко не хватает слов, но сейчас как раз тот момент, когда я не знаю, что сказать. Видите ли, я… мы должны принять очень важное решение, в то время как некоторые из вас его уже приняли, считая, что выставка должна открыться в положенный срок, однако я еще не пришла к этому решению, по крайней мере пока. Если после открытия выставки погибнет или пострадает еще одна картина, я никогда себе этого не прощу, как не простят этого ни мне, ни вам миллионы людей. Вопрос, на который я пытаюсь ответить, таков: прорвется ли Вулкан через охрану Феликса Лемье и совершит ли снова это ужасное преступление? Я здесь для того, чтобы вас выслушать, и я приглашаю вас высказаться.

Оксби отозвался, его сразу узнали:

– Я знаю, что вам предстоит принять трудное решение. Однако я настоятельно советую вам согласиться. Могу я объяснить почему?

Мирей Леборнь улыбнулась:

– Пожалуйста, конечно.

Оксби продолжал:

– Цель уничтожения портретов – поднять цены на все картины Сезанна Сейчас подходит время выставки, которая должна привлечь внимание к творчеству Сезанна и показать совершенно новую группу коллекционеров, каждый из которых надеется приобрести картины художника, пока цены не подскочили еще. Я, правда не знаю, есть ли у Вулкана и его сообщников список картин, и не знаю, собираются ли они похитить один или парочку портретов до девятнадцатого января. Но вряд ли они попытаются проникнуть в Гране, зная, что вокруг музея непробиваемое кольцо, и они уверятся в этом, когда программа Феликса получит освещение в прессе. Преступники поймут, что самым безопасным местом для картин Сезанна в январе будет музей Гране. Однако до выставки каждая картина Сезанна в опасности, и особенно автопортреты.

– Мы знаем это, – сказал Лемье. – Их все нужно снять со стен и спрятать.

– Если мы так сделаем, то не поймаем Вулкана.

– А что вы предлагаете? – спросил Сэм Тернер.

– Поймать Вулкана до девятнадцатого января. И мы можем сделать это, создав такую ситуацию, что он попадется.– Оксби помолчал.– Эдвин Ллуэллин согласился приехать из Парижа в Экс-ан-Прованс с его нашумевшим автопортретом Сезанна. Я сообщил мистеру Ллуэллину, что он станет громоотводом. Боюсь, от этого предложения он не почувствовал ко мне расположения. – Это замечание вызвало смех, но Анри Трама поднялся и бросил на Оксби холодный взгляд.

– Кто будет защищать месье Ллуэллина, инспектор?

– Я лично договорился об охране, Анри, – ответил Оксби почтительно, – и надеюсь получить дополнительную помощь у вашего отдела.

– Я не могу этого одобрить. – Трама произнес эти слова быстро, даже рассерженно.

Оксби продолжил:

– Я официально буду в отпуске во время поездки мистера Ллуэллина и смогу наблюдать за ним.

Мадам Леборнь спросила:

– Насколько вы можете быть уверены в том, что Вулкан притянется к громоотводу и попытается попасть в вашего мистера Ллуэллина?

– Ставки уже принимаются, – ответил Оксби.

Скутер Олбани сидел в кресле в приемной, свесив руку с пустым бокалом. Когда члены совета вышли, он поднялся и встал за Оксби, пока детектив что-то обсуждал с Мирей Леборнь и Феликсом Лемье.

– Ну как? – спросил Скутер, когда они остались вдвоем.

– Как я и ожидал, – ответил Оксби. – Хотите выпить?

Скутер улыбнулся.

Они сели у окна в баре.

– Так да или нет? – спросил Скутер.

– Очень даже да, – воодушевленно ответил Оксби. – Феликс составил хороший план, и вы можете улучшить его.

– Я? – засмеялся Скутер. – Я не знаю и азов охраны, только могу бегать вокруг, собирая материал для статьи.

– Но вы хорошо пишете, и ваши истории идут по телевидению. У меня есть одна история. Положим, вам выпадает шанс путешествовать с Эдвином Ллуэллином из Парижа в Экс-ан-Прованс, и, положим, он берет с собой Сезанна, и, положим, вы описываете поездку и посылаете ежедневные отчеты на телевидение. Это бы вас заинтересовало?

– Еще бы нет! – Скутер отхлебнул половину двойного водки-мартини и спросил: – Почему я?

– Вы с Ллуэллином друзья, и ему нравится ваш золотистый «олдс».

Скутер допил остатки и встал.

– Возьму еще.

Он отошел к барной стойке, и у столика тут же появился Сэм Тернер.