Алмаз моей мечты - Александра Столярова

Серафима решительно протиснулась сквозь спины зевак и увидела драку в самом разгаре. Тот самый невесть куда пропавший Стриптизер обнаружился на полу, вполне живой, хотя и не совсем здоровый. Он скрючился в позе креветки и пытался закрыть голову руками, а его изо всех сил колошматил муж Камиллы, колошматил неумело, зато со страстью. Стриптизер слабо пищал: «По лицу, по лицу не бейте», – но его не слушали.

Все перекрывал истошный визг почти на ультразвуке, и Серафима, оглядевшись, увидела Камиллу, которая стояла чуть поодаль и причитала, обливаясь слезами. Непонятно было, то ли поощряет мужа, то ли протестует. А муж совершенно вошел в раж, голова Стриптизера уже безвольно болталась, словно у дохлого цыпленка, а из носа сочилась струйка крови.

В этот момент часть зрителей посчитала, что кровопролитие пора прекращать, и двое парней оттащили мужа от его бесчувственной жертвы.

– Урод! Козел! Альфонс! – повторял муж, тяжело дыша и по инерции размахивая кулаками.

– Я не виновата, Вася, он меня соблазнил, – рыдала Камилла и порывалась броситься мужу на грудь.

– Ты понимаешь, что здесь происходит? – спросила Серафима, донельзя удивленная, выбираясь из толпы к Нику.

– Кажется, да. Камилла закрутила роман с этим пареньком, потом уговорила его сбежать… А парень не рассчитывал, что мадам захочет перейти к кардинальным мерам, его устроили бы пара недель страстной влюбленности и пара щедрых подарочков.

– Он что, альфонс?

– А разве не заметно? Вот он и привез мадам обратно к мужу, сдал с рук на руки. – И Ник, не сдержавшись, рассмеялся. – Представляешь, какая ужасная, драматическая история?

Так вот в чем дело! Действительно, эти двое не вписывались ни в какую версию. Теперь понятно, с кем шепталась Камилла то в гостиничном саду, то в пляжной кабинке! Никакого криминала тут нет, и Серафиме давно стоило бы догадаться об этом! Глупая курица! Видит во всем лишь преступления, а тут банальный любовный романчик!

– Пойдем, что тут торчать попусту. – Ник потянул ее за руку.

– Ладно, вот только…

Она обвела взглядом толпу и увидела двух «блестящих» девиц, которые, раскрыв рты, восхищенно наблюдали за скандалом. Ага, вот и еще одно дело!

– Подожди, пожалуйста, – шепнула она Нику, – я должна кое с кем поговорить. Я зайду к тебе через несколько минут. Нет, не расплывайся в улыбке, у нас много дел. Мы снова должны зайти в дом твоего деда.

– Что, днем? – Он поднял бровь.

– До ночи некогда ждать.

Она быстро поднялась на второй этаж и постучала в номер Агаты. Неловкости и страха не было и в помине, осталась только решимость довести дело до конца.

Пожилая леди открыла дверь, сначала на ее лице промелькнуло недоумение, потом она встретилась глазами с Серафимой и все поняла. Одним резким движением попыталась закрыть дверь, но девушка вовремя подставила ногу. Оказывается, все, что в фильмах выглядит как легкий, естественный жест, в жизни оборачивается ужасной болью. Серафиме даже показалось, что она слышит, как хрустит и трескается кость.

– Не очень-то гостеприимно с вашей стороны, – сдавленным от боли голосом сказала она.

– Надеюсь, с вашей ногой все будет в порядке, – буднично ответила дама. – Ну что же, раз вы так настаиваете, я не могу отказать. Проходите.

Пафосного и торжественного разоблачения не вышло. Серафима тут же упала в ближайшее кресло и едва удержалась, чтобы не застонать. Агата сочувственно поцокала языком и принесла из холодильника пакет, набитый кубиками льда.

– Я держу его для напитков, но, пожалуй, пожертвую для вас. Приложите к ноге, станет легче.

Чувствуя себя дурой, Серафима взяла лед. Теперь ей было совестно, что вломилась к пожилому человеку, да еще выставила себя чуть ли не терминатором. Агата села рядышком и улыбнулась:

– Кажется, я догадываюсь, зачем вы пришли. Я знаю, что вы видели меня в ресторане… В парике.

– Да, видела. Вы знаете, что я вас подозревала в этих убийствах… По крайней мере вы дали для этого повод.

– У меня были дела поважнее каких-то там убийств. – Она нахмурилась. – Вижу, придется вам сказать, иначе вы не отстанете. Или, может, сами догадаетесь? Ведь это вы побывали в моем номере два дня назад?

– Откуда вы зна… – начала журналистка и спохватилась, что выдала себя.

– Я тоже люблю детективы. Я приклеиваю волосок между дверцами шкафа. Таким образом, я поняла, что в мои вещи кто-то сунул свой любопытный нос…

– Ну допустим, – сдалась Серафима. – Я считала, что вы ведете себя подозрительно, поэтому и «сунула нос» в ваш маскировочный арсенал и фотографии. Тот молодой человек на снимках…

– Мой сын, – закончила за нее Агата. – Единственный и любимый.

– Я никак не могла понять, где я его видела, а потом сообразила. Он очень на вас похож, просто копия!

– Все так говорят, – улыбнулась она горделиво. – Он хороший парень, но спутался с совершенно отвратительной девкой. Та запудрила ему мозги, притворяясь паинькой. Но я эту стерву раскусила с первого взгляда.

– Это одна из тех девушек в ярких платьях, что все время ходят вместе?

– Да! – В ее голосе прозвучала ненависть. – Дешевка, правда? О, в Москве она ведет себя совершенно по-другому. Носит брючные костюмы и очки, изображает из себя порядочную девушку. Мой сын все еще колеблется, но уже близок к тому, чтобы сделать ей предложение. Тогда я решила во что бы то ни стало открыть ему глаза. А тем временем она сказала ему, что поедет с подружкой в Испанию совершенствоваться в языке. Ха, да она и в русском-то не особенно сильна, что ж говорить об испанском! Но мой сын поверил ей. Тогда я проследила за ними и увидела, что ни в какую Испанию они не собираются, а покупают билеты сюда. Оказывается, у подружек такое милое хобби. Они едут на юг, занимаются тут проституцией – будем называть вещи своими именами – и за месяц такой работы имеют кучу подарков и просто кругленькую сумму. А потом эта стерва просто купит в дьюти-фри бутылку виски и скажет, что отлично загорела на пляже в Коста-дель-Соль. Представляете, какова наглость!

Серафима вполне разделяла мнение разгневанной дамы.

– Поэтому я тоже купила билеты, сняла номер в той же гостинице, и мне удавалось вполне успешно наблюдать за этими… шлюхами. Я сделала массу компрометирующих снимков, я надеюсь, смогу убедить сына, что эта кикимора болотная ему не пара!

«Что ж, и еще одно белое пятно исчезло», – с удовлетворением отметила Серафима, вот только она не понимала одной простой вещи…

– Простите, Агата, но почему же вы продолжали наблюдать за ними? Ведь тех фотографий, что вы уже сделали, вполне хватило бы для вашего сына. Одних только кавказцев достаточно, чтобы понять, с кем вы имеете дело! Зачем тогда вы снова и снова переодевались и…

– Знаете. – Дама порозовела и опустила глаза. – Не поймите меня превратно, но иногда даже пожилому человеку хочется поиграть в детектива.