Летний детектив - Ольга Тарасевич

– Это что же получается… – нахмурилась я.

– Подожди, это еще не все, – усмехнулась Женька. – Сегодня я позвонила в районную газету, где у меня знакомый редактор, и поинтересовалась историей с машиной, которую нам старичок вчера рассказывал. Так вот, дед не фантазировал. В самом деле машину нашли в прошлом году. А в ней труп. Мужчина лет тридцати – сорока пяти. На черепе огромная рана.

– Его убили? – Я догадалась, куда клонит Женька.

– Вне всякого сомнения. Потом сунули в машину и утопили в болоте. Случилось это никак не меньше пятнадцати лет назад. Убитого опознать не удалось, учитывая давность преступления.

– Ты у Гудкова была? – нервно спросила я.

– Нет.

– Немедленно к нему.

Гудков нам совсем не обрадовался и даже предпринял попытку от нас отделаться, но Женька была непреклонна, и он сдался. Сидел с унылым видом, готовясь слушать, но длилось это недолго. Стоило Женьке упомянуть о нашей поездке в Зарядино, как он начал багроветь и гневаться.

– Вы чего не в свое дело лезете? Вам это что, игрушки? Уж сколько раз говорили…

– Ладно, – отмахнулась Женька. – Чего ты вопишь? Кое-какая польза от нас все-таки есть.

– Какая польза? – скривился Гудков.

– Тебе сейчас все Анфиса расскажет, у нее лучше получится. – Женька кивнула мне, и я откашлялась.

– Вот, посмотри вырезки из газет, которые, скорее всего, интересовали Аркадия, тут статья о страшной находке в прошлом году. А это все, что нам известно об Аркадии. Обрати внимание на даты. Я думаю, дело было так. Митрошин, зная, что арест неизбежен, исчезает вместе с единственным сыном и некой суммой денег. Они оказываются вблизи деревни Зарядино, где старшего Митрошина убивают. Скорее всего, из-за денег, о которых убийца узнал случайно или отнюдь не случайно, сейчас сказать трудно. Ребенок очутился в одиночестве на вокзале в Костерино, где его и подобрали. То, что он не пошел в милицию, вполне объяснимо, отец скрывался и сына, скорее всего, настроил против ментов. Так что парнишка считал, что нет ничего хуже, как оказаться у них. Хотя есть и другой вариант: после пережитого стресса ребенок действительно ничего не помнил. Бывают такие случаи. Время шло, он вырос и решил перебраться в наш город. И здесь случайно встретил человека, который ему кого-то напомнил. Он постарался узнать о нем как можно больше.

– И этот человек оказался убийцей его отца? – усмехнулся Гудков. – И парня отправил вслед за родителем?

– Да, – серьезно кивнула я, считая свою версию безупречной.

– Это ты мне сейчас сюжет своего нового романа пересказываешь? – хмыкнул Гудков.

– По времени, кстати, все сходится, – обиделась я. – Посмотри в бумаги, сам убедишься.

– Чушь все это, – насупился Гудков. – Ты же сама говоришь, что Митрошин с сыном были в розыске. Так? И мальчишку тоже искали, точнее, его родителей. Фотографии по телику показывали. Как же его могли не узнать?

– Очень даже просто, – влезла Женька. – Парня нашли в Костерино, а это уже соседняя область. У нас левая рука не знает, что делает правая. Помнишь, ты вел дело Коли Хрипатого? Его во всероссийский розыск объявили, а он у любовницы жил прямо напротив УВД и мог бы счастливо состариться, если бы не загремел в вытрезвитель по пьяному делу.

– Не надо про Колю, – страдальчески сморщился Гудков и машинально почесал шею, должно быть, вспомнив, как ему эту шею из-за Хрипатого намылило начальство.

– То-то, – кивнула Женька. – Так что не надо мне рассказывать, что могло быть, а чего нет.

– Ладно. И кто, по-вашему, убийца?

Мы переглянулись и дружно вздохнули.

– Мы у Михалыча на чердаке чемодан денег нашли, в Зарядино, где он раньше жил, – понизив голос, ответила Женька. – Старых денег. И он с какой-то стати за ними приезжал как раз после нашего к нему визита в кафе.

– Вы и к нему ходили? – возмутился Гудков. – Просто безобразие. Деньги куда дели?

– На чердаке оставили все как было.

Гудков взглянул исподлобья и заговорил спокойнее:

– Вы вот что, давайте домой и займитесь чем-нибудь… за то, что помочь хотели, большое спасибо, а уж дальше мы без вас. Мне дополнительные трупы ни к чему, ясно? А так и будет, если вы… К Михалычу мы присмотримся, в деревню съездим и ему нужные вопросы зададим. Мы, кстати, и без вас им плотно интересовались, алиби у него так себе. Сказал, что из кафе ушел в 23.45, между прочим, последним. Сразу отправился домой. Но живет он один, никого из соседей не встретил, так что подтвердить его слова некому. И погибший о нем действительно расспрашивал. Убийцу мы найдем, можете не сомневаться. Только не лезьте, ради Христа.

Покинув Гудкова, мы отправились в парк. Женька молчала, я тоже, догадываясь: ее беспокоят те же мысли, что и меня.

– Неужели это Михалыч? – не удержавшись, спросила я со вздохом. – Такой симпатичный дядька, и вообще…

– Да уж, – кивнула Женька. – Так можно совершенно в людях разувериться. Думаешь, что имеешь дело с одним человеком, а он на поверку совсем другой.

– Может, мы все навыдумывали, и он здесь ни при чем.

– Хорошо бы. Только в доме он чемодан искал.

– Искал. Но причина визита могла быть и другой.

– Проверить, так это или нет, легче легкого, – вдруг заявила Женька.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла я.

– Вон телефон-автомат, – ткнула Женька пальцем и направилась к нему. Заглянула в свой мобильный и стала набирать номер на уличном телефоне. Я нетерпеливо топталась рядом, спрашивая уже в третий раз «куда звонишь?», но Женька сделала мне знак молчать, а потом заговорила: – Сергея Михайловича, будьте добры. Сергей Михайлович? Я подруга Аркадия. Вряд ли вы знаете обо мне, а вот мне о вас Аркадий все рассказал. Я потеряла любимого человека, убийцу пока не нашли, да и что мне за радость оттого, что его посадят? Я могу пойти в милицию, но лучше, если мы договоримся.

Я прижалась ухом к трубке и услышала голос Михалыча:

– О чем?

– Я с вас много не возьму. Десять тысяч долларов. Согласитесь, это сущая ерунда.

– Какие десять тысяч? Вы что, с ума сошли? О чем вы вообще говорите?

– Мне с вами болтать некогда, – огрызнулась Женька. – Кажется, я высказалась ясно: или десять тысяч, или я все рассказываю следователю. В кафе я не пойду и с вами встречаться не собираюсь. Беспокоюсь за свое здоровье, знаете ли. Деньги принесете в парк Победы завтра в 15.00. Возле первой от входа скамейки есть урна, туда и бросьте пакет с наличностью. Все. – Женька повесила трубку, посмотрела на меня и подмигнула: – Теперь надо ждать до завтра. Если он придет, значит…

– А если сбежит? – возмутилась я. – Вот прямо сейчас? Испугается и сбежит?

– Что же делать? – забеспокоилась подруга.