Грех с ароматом полыни - Галина Владимировна Романова

– Он такой душка, – промурлыкала вторая девушка, прощаясь. – Жаль, что ему так не повезло…

С чем и с кем, она не уточнила. Но сообщила, что уже работает в другом месте. Потому что Сергеев свой бизнес сворачивает. Из всех торговых точек осталась то ли одна, то ли две. И по слухам, он собирается перебираться за границу на ПМЖ.

Наташа, которой он перезвонил снова, подтвердила в точности все ее слова. Да, был вежливым, замечательным, никогда не обижал, на выплаты не скупился. Работал честно. И да, сворачивается. И собирается уезжать. И, кажется, даже этого не скрывает в деловых кругах.

Егор тут же запаниковал и подумал о Еве. А она? Она с ним укатит? Или все же нет? А, собственно, что ее тут держит?

Дачу осквернили, уложив на грядках труп. Отношения он осквернил, обвинив ее в том, что она сливает информацию. Ева будто и простила, а вдруг просто сделала вид?

Егор полез в карман за телефоном, чтобы позвонить ей. Но тут его вызвал к себе полковник с отчетом. Потом, как вышел, он сразу поехал на адрес третьей продавщицы – Глушковой Татьяны Игоревны. И стало не до звонков.

Татьяна была зарегистрирована на окраине в пятиэтажке, которую сдали в эксплуатацию в середине прошлого столетия. Нормальная дорога к ней закончилась еще за несколько кварталов. И Егор без конца чертыхался, попадая колесами машины в глубокие ямы.

Пятиэтажка вынырнула из-за поворота уродливым памятником градостроению прошлых шестидесятых. С частоколом антенн на крыше, выщербленными ступенями к подъездам, с балконами, на которых каждый жилец попытался построить свою избушку. Территория перед домом была опутана бельевыми веревками с почерневшими от времени и дождей деревянными старомодными прищепками.

– Как мне найти Глушкову Татьяну? – спросил он у женщины, встретившейся ему у подъездной двери. – Квартира…

– Знаю, пятьдесят четвертая. – Женщина сдвинула на макушку вязаный мохеровый берет и хмуро глянула. – Если знаешь квартиру, чего спрашиваешь, как найти?

– Логично, – улыбнулся Егор. – Так она на телефон не отвечает третий день. И толку в номере квартиры?

– Логично, – скупо улыбнулась женщина в ответ. – Только она не третий день не отвечает, а уже давно.

– Почему? – В груди заныло от гадкого предчувствия.

– Не на телефон, никак. В коме она. В больнице. И помирать не помирает, и в себя не придет никак. Врачи руками разводят, велят забирать ее домой. А кому? Она одна живет.

– В коме… Почему в коме? Я говорил с ней больше месяца назад, – спохватился Егор и поспешил за женщиной, та ходко двинулась со двора. – Почему в коме? Что случилось?

– А ты кто такой, чтобы я тебе отвечала, логичный ты молодой человек? – усмехнулась она, не сбавляя темпа.

Егор представился. Женщина резко встала. Потеребила мохеровый берет, сдвигая его то на одну, то на другую сторону. Со вздохом подняла на него взгляд.

– Значит, тоже усомнились в той аварии?

– В какой аварии?

– Из-за которой Таня в коме уже больше месяца. – Женщина сунула руки в карманы толстой куртки сизого цвета, покачала головой. – И скажи ведь, как все вовремя!

– Что вовремя?

Его вдруг начало трясти.

То ли от пронзительного ветра, на котором велась их беседа, а на нем летние туфли, тонкие джинсы и джемпер на голое тело, потому что рубашку пришлось снять. Она потом провоняла, он дома так и не был со вчерашнего утра.

То ли от нервов, которые потревожило подозрение, что в его деле чудом не появился еще один труп.

– Значит, сначала магазин ювелирный грабят, где она работала продавщицей. А через несколько дней ее машина сбивает на пешеходном переходе. А? Не странно?

– Странно, – кивком подтвердил Егор. – Послушайте, а вы как считаете? Почему это случилось? Она что…

– Да влипла она! Влипла, дурочка! – Руки женщины из карманов куртки выбрались и заметались перед его лицом. – Скажи вот, какая там зарплата, а? Что, прямо вот можно за полгода на квартиру заработать?

– Нет, – громко лязгнули его зубы.

– А она заработала! Въехала, сразу ремонт. То, се… Так ничего не могу сказать, Танюшка девушка приветливая, помогала мне иногда с продуктами. Сумку донесет, хлеба по дороге купит. Хорошая она. Жених у нее… Сволочь! Он ее и угробил.

– Почему так думаете?

– Да потому, что зло от него. Сначала он ей квартиру купил, потом ремонт сделал. Затем начал ей драгоценности дарить. Или она… – Женщина скроила страдальческую мину и проговорила, опуская голову: – Или она сама их из магазина таскала.

– Драгоценности?

– Да. Ты вот что, майор, как там тебя, не помню. Вызывай своих, наверное. Ключи от ее квартиры у меня есть. Буду понятой.

– Зачем? – Егор уже полез за телефоном.

– Затем, что искала я нижнее белье ей в больницу позавчера. И наткнулась… – Она скорбно поджала губы.

– На что?

– На клад наткнулась. Шкатулка, а в ней… В общем, сами увидите. Мне сил нет в себе это носить. А вдруг она помрет, так и не придет в себя? А мне что, в себе это носить? Ключи у меня были, еще обвините в чем-нибудь. Вызывай, короче, своих…

– Почему информация о том, что один из фигурантов дела попал в ДТП, прошла мимо вас? – Временно исполняющий обязанности начальника их отделения полиции скупо цедил по слову.

Потому что у девчонки было алиби, потому что показания ее не представляли никакого интереса для следствия, которое намеренно стопорилось предшественником – полковником Строгиновым. Потому что, черт побери, дело это отдали другому человеку. А он если и искал что-то, то искал по собственной воле и не в том направлении.

Это все мог бы сказать сейчас Егор в свое оправдание. Но молчал. Потому что оправдания ему не было. И не только потому, что информация о происшествии прошла мимо него. А потому, что он упустил из виду тот факт, что продавец третьего ограбленного ювелирного магазина бизнесмена Сергеева – Татьяна Глушкова, состояла в отношениях с помощником Сергеева – Пашей. И этот факт подтвердила ее соседка, узнав его по фотографии.

– Любовь у них была, это точно. Он ей и квартиру купил, она хвасталась. Он ей и драгоценности дарил, – подтвердила она же под протокол.

Он молчал, потому что он все время шел по ложному следу. Он поначалу пытался соединить все три грабежа в одно дело. А это было не так.

– А как?! Как, майор?!

– Думаю, что третье ограбление, совершенное Денисом Илюхиным, имело ряд последствий, в частности убийство Котова и убийство самого Илюхина. И дело все именно в этой торговой точке, а не в серии ограблений как таковых.

– Ох, господи! Ты меня совсем запутал! – возмутился врио и швырнул свои очки в тяжелой оправе на стол. – Уже установлено, что Сергеев не торговал ни конфискатом, ни контрафактным товаром, я лично проверил. Он, выходит, совершенно чист. Кристален в этом отношении, можно сказать. А что с этим его магазином не так?