Всем сестрам по мозгам - Дарья Донцова

– Перед смертью Зоя связалась со мной и сказала: «Сережа, прости, я очень виновата перед тобой. Забери свой фокусбух. Я его спрятала в квартире. Таня в курсе, где лежит книжечка, но она не знает, что там за информация. Дочь предупреждена, что о блокноте никому говорить нельзя и что за ним придет дядя Сережа».

Я постаралась сохранить на лице изумление, хотя, честное слово, очень хотелось рассмеяться. Похоже, беседа с Жанной выбила Мануйлова из равновесия, и он стал совершать глупые ошибки. Ну кто расскажет семилетней девочке о тайнике, да еще потребует от ребенка молчания? Ладно, пусть Зоя была на редкость глупа и доверила секрет неразумной дочери, не побоялась, что она, охваченная любопытством, возьмет книжечку, покажет ее учительнице или, того хуже, подружкам. И как объяснить тот факт, что Сергей Павлович выжидал много лет, прежде чем вспомнить о столь необходимой ему вещице?

– И вот сейчас, в связи с тем, что мне нужны деньги на лечение, – грустно продолжал хозяин дома, – я решил попросить: Таня, пожалуйста, верни книжечку, она тебе совсем не нужна. А я буду продавать придуманные ранее, во времена творческого взлета, наработки и смогу протянуть на этом свете лишние месяцы. Моя жизнь, Танечка, в твоих руках. Если я умру, бедный Карл тоже вскоре сойдет в могилу. Понимаю, он тебе почти не знаком, можно сказать – чужой человек, к тому же, пусть и по просьбе Зои, отказался от тебя, но, поверь, Карл всегда нежно любил свою дочурку. Ты его боль, его горе и его огромная радость. Пожалуйста, помоги нам еще порадоваться солнышку. Отдай книжечку.

Я закрыла лицо руками. Надеюсь, Мануйлов примет этот жест за выражение крайней взволнованности.

– Ты не такая, как все остальные претенденты на наследство, – повторил Мануйлов, – поэтому предлагать тебе свое имущество в обмен на книжечку я не стану.

Я опустила руки. Ну надо же, как Жанна вывела из строя радушного хозяина – бывший циркач совсем перестал ловить мышей. Мне сейчас надо спросить: «Значит, другим вы такое предложение делали?»

– Понимаю, что, говоря при всех о своем желании получить дом и сад, ты просто не хотела выделяться среди других гостей, – чирикал Сергей Павлович.

– Я нуждаюсь в средствах, – возразила я.

Мануйлов погрозил мне пальцем.

– Дорогая, тебя полностью обеспечивает Головин. Вы ездите за границу, где можете спокойно отдыхать, не боясь встретить знакомых, за кордоном ты прекрасно одеваешься, пользуешься косметикой. Ты боишься, что кто-то узнает правду о твоем любовнике, поэтому в Москве педагог Сергеева серая мышка. И ко мне в гости ты приехала, облаченная по моде начала нулевых, потому что привыкла на людях одеваться как скромная учительница и отовариваться в секонд-хенде.

Мне стало по-настоящему обидно.

– Вовсе нет! Я посещаю большие торговые центры, покупаю хорошие вещи. Просто у меня крупная фигура, и выбор платья…

– Не надо, дорогая, – перебил меня Мануйлов, – не стоит ломать комедию. Давай говорить откровенно.

– Хорошо, – согласилась я. – Начинайте!

– Отдаешь книжечку и получаешь взамен папку с компроматом на Головина, – отчеканил Сергей Павлович.

– И зачем она мне? – удивилась я. – У нас с Феликсом тайн друг от друга нет.

– Ошибаешься, – возразил Мануйлов, – секреты есть у всех. Зная, какие скелеты хранятся в шкафу любовника… – а поверь, у него не гардероб, а парижские катакомбы, набитые костями, – обладая информацией, ты сможешь припугнуть Феликса, поставить ему условие: он на тебе женится, и тогда ничто не всплывает на поверхность. Ведь жена не свидетельствует против мужа. Если Головин откажется уйти от Нины, ты его припугнешь, что оттащишь бумаги в управление, которое занимается организованной преступностью. Думаю, бизнесмен не совершит ошибки, и ты наконец станешь замужней женщиной, законной супругой, прекратится твое вечное унижение.

Я приоткрыла рот. Очень вас прошу, если когда-либо решите шантажировать своего любовника, чтобы стать его женой, то лучше не начинайте боевые действия. Все шантажисты, как правило, плохо заканчивают.

– Какая-то совершенно не нужная книжонка – в обмен на толстую подборку бумаг, которые сделают тебя госпожой Головиной, – продолжал искушать меня бывший фокусник. – Подумай, дорогая, и прими правильное решение. Сейчас Феликс с тобой, но что будет через пять, через десять лет? Прости, но ты ведь не помолодеешь, превратишься с течением времени в пожилую тетку. А мужчинам по вкусу молодость. Феликс свильнет к юной прелестнице. С чем ты останешься? Или Головин умрет. Кто тогда получит его деньги? Нина! А тебе фига с маком. Нет, даже без мака, просто дуля. Оцени свое будущее объективно. Я же предоставляю тебе уникальный шанс. Не упусти его.

– Что в папке? – спросила я. – О чем идет речь в бумагах?

Сергей Павлович расплылся в улыбке.

– Дорогая, отдай книжечку – и читай документы. Ну? Как?

– Я не понимаю ничего… – захныкала я, – вообще… голова кругом идет… Можно мне спать лечь? Я устала, буквально на части разваливаюсь…

– Конечно, дорогая, – заботливо сказал собеседник. – Не будешь возражать, если мы побеседуем еще и завтра?

Я кивнула. Мануйлов встал, сделал шаг в сторону двери и был остановлен моим восклицанием:

– Сергей Павлович!

Он обернулся.

– Да, дорогая?

– Вы совершенно правы, – пролепетала я, – я мечтаю стать женой Головина. Отдам вам книжечку в обмен на папку.

Хозяин не смог скрыть радости.

– Умница, дорогая! Единственно правильное решение! Завтра с утра обговорим детали, а сейчас спи и помни: у тебя теперь есть любящий отец Карл. А я его лучший друг, мы всегда придем к тебе на помощь.

Пафосно завершив беседу, Мануйлов удалился. А я поскорее отправилась в ванную – мне захотелось встать под душ и смыть с себя ощущение липкой грязи, возникшее во время визита хозяина усадьбы.

Подойдя к раковине, я зачем-то взяла в руки свою идиотскую покупку, электронный выщипыватель бровей, и вдруг услышала из комнаты:

– Танечка! Плиз, Танечка!

Я живо сунула дурацкое приобретение в карман, вернулась в спальню и увидела Лизу, залезающую в открытое окно.

– Ты здесь! – радостно воскликнула девушка.

– Где же мне быть? – удивилась я. – Ночь на дворе.

– Не спишь? – поинтересовалась Елизавета.

– Нет, как видишь, – ответила я.

Лиза молитвенно сложила руки.

– Пожалуйста, помоги!

– Что случилось? – насторожилась я.

– Я не трогала его, он сам упал, – всхлипнула Лиза.

Ничего не понимая, я уточнила:

– Кто и куда?

– Шарик, – жалобно протянула Лиза. – Я как раз ушла, вернулась, а он уже на земле, в обломках…

Я поняла, что спокойно принять душ не удастся, села на кровать и велела: