Смерть на выбор - Росс МакДональд

Я опустил трубку телефона. Галли по-прежнему сидела в кресле, на которое я толкнул ее минуту назад. Глаза ее были прикрыты отяжелевшими, не вздрагивающими веками, рот плотно сжат. Я стоял в другом конце комнаты, и отсюда Галли казалась мне крошечной и какой-то ненастоящей: как кукла или как актриса — сидящему в дальнем ряду зрителю. Марио лежал между нами, уткнувшись лицом в пол.

Но вот по ее телу пробежала дрожь, и Галли открыла глаза.

— Арчер, — слабым голосом пробормотала она. — Арчер, как я рада, что не убила вас! Я не хотела убивать вас, поверьте. — Голос ее прозвучал глухо, как далекое эхо.

— Очень мило с вашей стороны. — Я перешагнул через труп и сел лицом к ней. — Вы ведь и Марио не хотели убивать, правда? Как и Даллинга. Вы ухлопали его в порядке самозащиты. — Я не узнал собственный голос. Страх смерти оставил холодный комок в горле, который я никак не мог проглотить.

— Конечно, вы сами были свидетелем. Он напал на меня с опасным для жизни оружием. — Она кивнула на кастет на руке Марио и дотронулась пальцами до скулы. — Он ударил меня этой штукой.

— Когда?

— В гараже, несколько минут назад.

— Как вы там оказались?

— Он нашел меня в кафе, где мы с вами сидели, и принудил пойти с ним. Пистолета у меня тогда не было. Марио вбил себе в голову, что я знаю, куда спрятал деньги его брат. Я знала, что здесь есть пистолет — в гараже, где его спрятал Джо. Я сказала Марио, что деньги здесь, и он заставил меня отвезти его сюда. — Голос ее был ясен и тверд, хотя говорила она с трудом. — Но он просто обезумел, угрожал убить меня этой ужасной штукой, которая была у него на руке. В гараже я схватила пистолет Джо и выстрелила в Марио, один раз. Я думала, что убила его. Я едва дошла до дома и здесь упала в обморок. — Она вздохнула. С искусством прирожденной актрисы, она снова входила в роль «храброй маленькой женщины», которая обманула меня однажды, но не могла обмануть дважды.

— Если бы вы убили одного человека, может быть, вам и удалось бы доказать, что вы действовали в пределах необходимой обороны. Двое за одну неделю — это уже многовато. Трое — просто геноцид.

— Трое?

— Даллинг, Марио и Джо.

— Джо? Как я могла убить Джо? Я даже плавать не умею.

— Зато здорово умеете лгать. Вы удивительно искусно перемешивали факты с вашими фантазиями, и этой смеси вам хватило на целую неделю. Но даже ваш запас лжи подошел к концу.

— Я не убивала его, — повторила она. Тело ее напряглось в кресле, руки вцепились в подлокотники. — Зачем мне убивать собственного мужа?

— Перестаньте разыгрывать передо мной добрую, славную женушку. Не скрою, какое-то время это на меня действовало. Вам удалось убедить и меня, и полицию, что вы покрываете своего мужа. Но теперь меня просто разбирает смех. Причин убить Джо у вас было хоть отбавляй, включая пресловутые тридцать тысяч долларов. После нескольких лет работы медсестрой сумма должна была показаться вам очень порядочной. Вы, может, и вышли-то за Джо с единственной целью убить его, как только он набьет кошелек.

— За кого вы меня принимаете?! — Спокойствие слетело с ее лица, и оно лихорадочно нащупывало выражение, которое могло бы меня тронуть.

Я коснулся мертвеца носком ботинка.

— Я только что видел, как вы всадили шесть пуль в человека, который уже умирал. Вот вам ответ на ваш вопрос.

— У меня не было выхода. Я ужасно испугалась.

— Ну, еще бы. Вас отличает утонченная чувствительность испуганной гремучей змеи и ее же реакция. Вы убили Марио, потому что он понял: его брата убили вы. Возможно, Джо предостерег его на ваш счет.

— Вы этого не докажете! — процедила она. Ее глаза казались обугленными черными дырами на белой маске лица.

— А я и не собираюсь ничего доказывать. Мы просто подождем, когда эксперты осмотрят морозильную камеру у вас на кухне.

— Как?.. — Она захлопнула рот, но было поздно — моя догадка подтвердилась.

— Продолжайте, продолжайте, Как я додумался, что вы три дня продержали Джо в морозильнике, — вы это хотели спросить?

— Я ничего не сказала.

— Я не знал этого наверняка. До последнего момента. Вы мне очень помогли.

— Вы опять несете какую-то чушь. Почему я должна все это слушать?

— Придется послушать, пока сюда не явится полиция из Палм-Спрингс. Пришло время сказать всю правду после всей вашей лжи, и, если вы не хотите сделать этого сами, придется говорить мне. Это поможет вам заглянуть в глубины своей души.

— Вот как? Вы еще и психоаналитик.

— Слава Богу, не ваш. Ибо мне трудно было бы объяснить вам, почему вы сделали то, что сделали. Если только вы не были влюблены в Германа Спида.

Она расхохоталась.

— В этого старого жеребца? Не будьте глупцом. Он был всего лишь моим пациентом.

— Значит, вы просто использовали его в своих интересах. Вы выведали у него, что Джо занимается контрабандой наркотиков. Наверное, он был только рад напортить человеку, который подставил его под пулю и захватил его дело. Возможно, что Спид и сам использовал вас, как ему было удобно. Узнав и его, и вас, я склонен думать, что изначально идея принадлежала ему.

— Спид? — презрительно фыркнула она. Я задел ее за живое. Значит, идея принадлежала все-таки ей.

— Так или иначе, вы поехали с ним в Сан-Франциско, когда он выписался из больницы. Оттуда вы послали матери рождественскую открытку, и это была ваша первая ошибка — нельзя смешивать бизнес и чувства. Обдумав свой план, вы забросили свою мать на целых два месяца, не написав ей ни строчки, потому что намеревались использовать и ее, Вы вернулись в Пасифик-Пойнт и вышли замуж за Джо: наверняка, он сделал вам предложение раньше и ждал ответа. Спид отправился в Рино, чтобы достать необходимую сумму денег. К несчастью, ему это удалось. Что подводит нас к событиям, случившимся в прошлую пятницу вечером.