Фантом - Николай Лузан

«Майклу!

Интересующие вас материалы по проблеме «М» согласно предложенному вами перечню мною подготовлены, в том числе и в копиях. В ближайшие дни рассчитываю получить последние данные по результатам полетных испытаний контрольной модели. Согласен на ваше предложение о проведении встречи в Москве при условии, что на ней вас будет представлять известный мне Курт. О готовности к ней сообщу дополнительно».

Расшифровка этого сообщения Фантома и подготовленный на отправку ответ лежали перед руководителем резидентуры ЦРУ в Киеве Саливаном. Он склонился над текстом ответной шифровки и еще раз перечитал:

«Ваши активность и настойчивость в нашем совместном стремлении внести ясность в проблему «М» вызывают у нас восхищение. Те титанические усилия, что Вы предпринимаете, нами будут по достоинству оценены. О безопасности предстоящей встречи не беспокойтесь. Мы предпримем все необходимые меры, чтобы исключить малейшую опасность, которая могла бы осложнить Ваше положение. Просим Вас быть предельно осторожным при сборе и хранении материалов. Будьте терпеливы, и удача придет к Вам.

Майкл».

— Пожалуй, больше нечего добавить, — закончив чтение, заключил Саливан и, подумав, заметил: — Сэм, на мой взгляд, с титаническими усилиями — ты хватил через край. Он теперь такую цену заломит, что нам и не снилась.

— Я так не думаю, сэр, — возразил Дункан. — При его нищенской зарплате те сотни тысяч, что мы пообещали, ему покажутся несметным богатством, но подогреть тщеславие перед встречей лишним не будет.

— Не знаю, не знаю. Аппетит, как говорится, приходит во время еды.

— Сэр, но не свои же платим. В Ираке миллиарды летят на ветер, и ничего.

— Ладно, не будем делить шкуру еще не убитого русского медведя, — хмыкнул Саливан.

— Ну почему, Абрахам? После того как Перси вручил ему деньги, он теперь с потрохами наш, — не согласился Дункан. — Перед тем богатством, что светит ему впереди, не устоит и святой.

— Сэм, уж не на себя ли намекаешь? — с улыбкой спросил Саливан.

Что-то подобие улыбки появилось и на постном лице Дункана. За двадцать с лишним лет службы в разведке он успел насмотреться всякого и потому давно не питал иллюзий. По его твердому убеждению в нынешнем грешном мире, где все покупалось и продавалось, рассуждения рафинированных интеллектуалов о бесценности человеческой жизни являлись пустым звуком. Совесть, честь и мораль на весах разведки не стоили и ломаного цента, когда речь заходила о цене предательства.

Фантом в этом ряду клонированных предателей не являлся исключением. Его игры в кошки-мышки, стоившие стольких нервов Саливану и Перси, по твердому убеждению Дункана преследовали вполне определенную цель — набить себе цену. Последнее сообщение являлось тому подтверждением. Неуемная жажда денег оказалась сильнее страха и подвигла Фантома на встречу даже в Москве, под носом русской контрразведки.

«Не повезло бедняге Марку. С таким трудом вырвался в отпуск, а теперь придется возвращаться», — в душе посочувствовал ему Дункан и поинтересовался у Саливана:

— Сэр, когда прикажете отзывать Перси?

— Немедленно! — был категоричен тот.

— Может, в конце недели? Бедняга еще не пришел в себя после сумасшедших украинских выборов.

— Что поделаешь, Сэм? Разведка — это искусство, а оно, как тебе известно, требует жертв.

— Но вряд ли такая жертва добавит Марку энтузиазма?

— А вот здесь я с тобой не согласен! Перси до мозга костей профессионал. Под закат карьеры каждый из нас мечтает оставить о себе след, и он не исключение. Вербовка на финише такого перспективного источника, как Фантом, — это бесценный приз.

— Все так, сэр. Но, насколько мне известно, у его жены и сына есть серьезные проблемы, — напомнил Дункан.

— Были. Слава господу, все позади, — остался непреклонен Саливан и, хитровато прищурившись, спросил: — Сэм, как думаешь, что самое важное в жизни мужчины?