Топор войны - Вячеслав Жуков

– Где ты, ублюдок? Где?

– Да тут я. Тут. – Голос звучал чуть с хрипотцой. Такой голос у Конопатого с юности.

Ракитин обернулся.

Конопатый сидел позади него на корточках и левой рукой бросал пригоршни песка в могилу, целясь под ноги Ракитину.

– Ты! Ублюдок! В игры играешь, вокруг могилы бегаешь!

– Я люблю играть, – сказал Конопатый, обсыпав Ракитина песком.

Ракитин зло оскалился, точно собирался укусить бывшего друга. Страха не чувствовал. Одно терзало его душу: ну как Конопатому удалось остаться живым и выбраться из могилы? Ведь видел же Ракитин: он был едва живой. Сил не хватало рта раскрыть. И вдруг – вот он, перед ним.

– Скажи, как тебе удалось?.. – Он помолчал, потом спросил: – Ты что, умеешь воскресать из мертвых?

– А разве теперь это так важно? – ответил Конопатый, как бы давая понять, что перед смертью Ракитина не должны волновать такие пустяковые вопросы. И Ракитин это понял, попросил:

– Не убивай меня, Димон…

– О-о, ты еще помнишь мое имя? – Конопатый злорадно улыбнулся, оставляя просьбу бизнесмена без внимания. Ну разве он проделал такой огромный путь в город своего детства, чтобы просто воскресить память. Как жаль, что тупой Ракита не хочет этого понять.

– Я прошу, Димон… Я готов выкупить свою жизнь. Ты забрал моего сына. Хватит. Прошу тебя! Уйди из моей жизни. Скажи, сколько тебе заплатить? Хочешь, я отдам тебе все? Только убирайся. Прошу!

Конопатый высыпал к ногам Ракитина очередную пригоршню песка.

– Ты не хочешь умирать?

Ракитин заплакал.

– Не хочу. Нет. Я хочу жить.

Конопатый чуть привстал, словно собирался прыгнуть в могилу и прикончить там бизнесмена.

– Ты не хочешь! А я? Разве я не хотел? Вспомни, как я просил тебя? Ты пощадил меня?

– Прости, Димон. Пожалуйста! Прости. – Ракитин уже понял, что все просьбы, уговоры с его стороны только доставляют Конопатому удовольствие, дают возможность поиздеваться. Такой человек не способен прощать. Он беспощадный убийца. Значит…

Ракитин отступил на два шага назад. Позади него торчала воткнутая в землю лопата. Надо только успеть схватить ее раньше, чем Конопатый достанет топор.

– Димон, моя смерть ничего тебе не даст…

Конопатый улыбнулся. Он так долго ждал этого момента.

– Ты ошибаешься, Ракитин. Ты не представляешь, какой я испытываю восторг. Ведь я собираюсь еще убить твою жену и дочь.

– Что? Жену и дочь? Ну ты и ублюдок! – Кажется, Ракитин прокричал эти слова. Резко развернувшись, он схватил лопату и замахнулся для удара. Но удар получился неточным.

Конопатый, кажется, этого ожидал. По-кошачьи резко прыгнул в сторону и распрямился.

– Не подходи ко мне! Убью! – Тяжело дыша, Ракитин размахивал лопатой, стараясь достать Конопатого, когда тот приблизился к краю могилы.

Во влажном ночном воздухе выстрел пистолета прозвучал как громкий хлопок в ладоши. Конопатый не стал рисковать, пытаясь достать Ракитина топором. Уж очень яростно защищал себя бизнесмен, но он не учел, что Конопатый догадался забрать у охранника пистолет.

Пуля ударила Ракитину в голову. Он медленно сполз на дно разрытой могилы и упал, подвернув под себя ноги.

Валявшийся рядом фонарь светил ему прямо в лицо. Конопатый вытянул руку с пистолетом.

Надо было убедиться, что Ракитин мертв.

Вторую пулю он отправил бизнесмену в правый глаз, обезобразив этим выстрелом холеное лицо.

– Вот теперь получилось то, что надо, – самодовольно произнес Конопатый, глядя, как из раны льется кровь. – Когда-то ты закапывал в этой могиле меня и не предполагал, что сам будешь лежать здесь.

С застрявшим в грязи «Москвичом» возиться не стал. Решил воспользоваться машиной охранника. Ехать в новенькой «шестерке» куда приятней, чем в допотопной развалюхе.

Двери «Москвича» запирать не стал. Даже ключ оставил в замке зажигания. Пусть кто-то, если хочет, покатается в этой колымаге, а с Конопатого хватит. Он тщательно стер тряпкой свои отпечатки пальцев с руля, с ручек дверей и рычага переключения скоростей.

Несмотря на поздний час, Ольга с дочерью не спали. Охранник, разместив свое огромное тело на кресле возле входных дверей веранды, делал вид, будто смотрит в окно на въездные ворота. Но на самом деле тихонько подремывал.

Здоровенный амбал под два метра ростом и весом в сто пятьдесят килограммов настолько привык к своей работе, что никогда не допускал волнения. Он и сейчас был спокоен и уверен в себе.

Охранное агентство прислало двух высококлассных специалистов, как и просила заказчица, не поскупившаяся на оплату.

– Мама, что-то папа долго не возвращается, – глядя в темное окно, проговорила Алена.

Ольга покосилась на посапывающего в кресле охранника.

– Возможно, он уже возвращается, – ответила она негромко и кивнула на амбала, изобразив на лице недовольную гримасу. – Вот жлоб. Вылакал восемь чашек кофе с бутербродами. Думала, не заснет, а он преспокойненько дрыхнет.

– Надо было не кормить его. Злей бы был, – почти шепотом сказала Алена. Лично ей он доверия не внушал с самого начала.

Но сейчас Алену беспокоило только то, что отец задерживается. Наверное, самое лучшее в этой ситуации – позвонить отцу на сотовый. И Алена предложила:

– Мама, давай прозвоним папе.

Сердце предчувствовало: что-то должно случиться или уже случилось. Потом показалось, будто по дороге едет машина. Ольга еще не успела ответить по поводу звонка, а Алена уже стояла у окна.

– Слышишь? Кажется, папа едет.

Ольга взяла сотовый, посчитав предложение дочери дельным в данной ситуации, но палец так и не успел пробежать по кнопкам с цифрами. Теперь и она услышала звук подъехавшей машины.

– Да, я слышу. – Она обеспокоенно прильнула к окну.

Голубая «шестерка» тихо подкатила к воротам.

У Ольги как от сердца отлегло.

– Ну слава богу! Они вернулись. – Ольга тронула за плечо спящего бугая.

– Эй, как вас там?..

– Игорь Николаевич, – заморгал охранник на Ольгу сонными глазами.

Ольга указала на ворота.

– Ваш напарник и мой муж вернулись. Может, вы пойдете, откроете?

Охранник выглянул в окно. Он зевнул, чуть не разорвав рот, и сказал:

– Да. Кажется, они. Но вы из дома не выходите лучше. Оставайтесь тут. Я пойду открою ворота.

– Только, пожалуйста, побыстрей, – поторопила Ольга, не находя себе места от нетерпения.

Конопатый чувствовал себя в приподнятом настроении. Сегодня свершилось то, о чем он так долго мечтал. Он отомстил Ракитину. Оставались только его жена, дочь и Колян. Но по поводу их у него появился четкий план, который он непременно исполнит.