Топор войны - Вячеслав Жуков

– Ты, смотри, сколько крови натекло с этого буйвола. – Конопатый отошел от охранника – не хотел испачкать в крови белые кроссовки. Увидев открытую дверь в гостиную, сказал Ольге с дочерью: – Топайте туда. В ту комнату. – Он уставился на телефонный аппарат, стоявший на маленьком столике.

Посередине гостиной комнаты располагался большой овальный стол, а на нем стояла красивая хрустальная ваза с букетом алых лоз. Вокруг стола – мягкие стулья с резными ножками и спинками.

– Располагайтесь, дамы, – проявил Конопатый галантность, разрешив Ольге и Алене сесть. Положил окровавленный топор на стол. Достал из кармана пистолет. Заметив, с какой боязнью девушка смотрит на пистолет, сказал: – Из него я прикончил твоего папашу.

Алена заплакала, прижимаясь лицом к плечу матери. А Ольга глянула на Конопатого зверем.

– Мразь! Как ты можешь при дочери говорить такое?

Конопатый резко подскочил к ней, схватил за волосы.

– Мразь – твой муж! Потому что он меня живого закопал в землю. Хотел моей смерти. И получил ее сам.

Не пряча с лица ненависть, Ольга произнесла:

– Теперь понятно, за что ты ему отомстил. А я? Что сделал тебе плохого мой сын, которого ты убил? И она? – Ольга кивнула на Алену.

– Я не думаю, что вы будете молчать, когда дело дойдет до ментов. Потому правильней будет вас убрать.

– А-а… – начала было говорить Ольга, но Конопатый резко остановил ее:

– Хватит! – Он схватил телефонный аппарат и поставил на овальный стол перед Аленой. – Звони Комкову.

Алена не притронулась к аппарату, посмотрела на Ольгу, как бы спрашивая ее: что делать? Тогда Конопатый сам схватил трубку и вложил Алене в руку.

– Я сказал: звони! – Он приставил дуло пистолета Ольге к правому глазу и положил палец на курок. – Звони, сука, если не хочешь, чтобы я вышиб твоей матери мозги!

Алена сжалась, держа в дрожащих руках трубку, из которой вырывался протяжный гудок.

– Нет, не надо, – истерично закричала она, точно впав в безумство. – Прошу вас, не убивайте маму. Прошу!

– Тогда звони, – уже несколько спокойней произнес Конопатый. Догадываясь, что переигрывает, отвел пистолет в сторону, но Ольгу по-прежнему держал за волосы. Пусть эта девчонка знает: шутить он не намерен.

– Алена, сделай, как он говорит. – Голос у Ольги дрожал. Ни разу в жизни не доводилось испытывать подобный ужас. Теперь Ольгу не покидала мысль, как уберечь Алену, как защитить от убийцы.

– Во, правильно она говорит. – Конопатый даже повеселел. – Слушай мать. Набирай номер Комкова. И вытри сопли. Ты должна улыбаться.

Алена изобразила на лице подобие улыбки и быстро набрала дрожащим пальцем номер.

– Хорошо, хорошо. Я все сделаю. Что я должна сказать?

– Что сказать? Скажи, чтобы Колян срочно приехал сюда к тебе. Скажи адрес.

– Адрес он знает. – Алена осмелилась поднять печальные глаза на убийцу. – Только сейчас третий час ночи. Вряд ли он захочет…

Конопатый погладил девушку по волосам и, наклонившись, с улыбкой поцеловал в лоб.

– Захочет, милая. Если ты его хорошенько попросишь. Сама догадайся, что надо сказать. Ведь ты же не хочешь, чтобы твоя мама сию минуту отправилась на небеса? – Он поиграл пистолетом перед лицом Алены.

Прижимая трубку, Алена услышала сонный голос Николая:

– Вам кого?

– Это я, – сказала Алена и замолчала, мучительно думая, как бы сказать, чтобы Николай понял, что с ней случилась беда. Он ведь мужчина сообразительный, неужели ему не покажется странным сам звонок посреди ночи.

Видя ее замешательство, Конопатый прошептал угрожающе:

– Ничего лишнего. Иначе твоя мама умрет прямо сейчас.

Краем глаза Алена покосилась на мать. И Ольга кивнула дочери головой.

– Слушай меня внимательно, – проговорила Алена в трубку. – Срочно приезжай ко мне.

– Сейчас?

– Да. Сейчас. Немедленно. Мне срочно нужно с тобой поговорить.

Конопатый удовлетворенно кивнул башкой. Провел обратной стороной ладони по румяной щеке Алены, но смотрел с подозрением.

– Алена, что-то случилось? Может, объяснишь? Все-таки ночь. И потом, я не думаю, что твой отец обрадуется моему визиту.

При упоминании об отце, Алена чуть не расплакалась прямо в трубку. От этого поступка ее удержало только то, что она глянула на пистолет, который убийца опять поднес к голове матери.

– Приезжай. Я сейчас одна в доме. – Пришлось соврать. Знала: это подло по отношению к Николаю. Но будет в сто раз хуже, если этот придурок выстрелит в мать.

– Хорошо, – послышалось из трубки. – Я сейчас возьму такси и приеду.

Конопатый одобрительно кивнул и, чтобы девушка не сболтнула чего-нибудь лишнего, вырвал у нее трубку и положил ее на аппарат.

– Я могу вам задать один вопрос? – глядя в довольное лицо Конопатого, спросила Алена.

– Да хоть два. Другое дело, захочу ли я на них отвечать. – Он захохотал, подошел к окну, глянул в него, потом вернулся к женщинам и уже скучающим голосом предложил: – Ладно. Валяй, спрашивай, чего хотела?

– Скажите, зачем вы хотите, чтобы Николай приехал сюда?

Он как будто удивился ее тупости, кивнул на открытую дверь коридора, где в луже крови лежал здоровяк охранник.

– Ты это безобразие видела?

Алена отвернулась, не стала смотреть.

– Вот. Я же не могу оставить все так. Чего доброго менты на меня выйдут. А Комков узнал меня. Там, на остановке. Сейчас он приедет. Я его пристрелю и вложу в его руку топор.

Алена вспомнила, читала в книжках: когда убийцы хотят замести следы, то подставляют другого, вложив в его руку оружие. И сказала:

– Потом вы убьете нас с мамой. И вложите пистолет в руку маме или мне. И получится так, что убийца и жертвы убили друг друга.

Конопатый удивленно взглянул на Алену. Даже покачал головой.

– А ты, оказывается, очень догадлива. Твой отец мог бы гордиться тобой. Но сейчас я вам предлагаю вот что: говорят, перед смертью женщины выкладываются в сексе. Я думаю, есть смысл нам сейчас это проверить.

– Что? – в один голос воскликнули Ольга с дочерью. Только этого не хватало. Подавай ублюдку секса.

– Пока Комков еще не приехал. И вам напоследок это не помешает, – сказал Конопатый, видя, что предложение его не находит понимания.

Ольга восприняла его слова как идиотскую шутку и решила переспросить:

– Сексом? Сейчас?..

– Именно сейчас, – подтвердил Конопатый. – И начну я… – Он стал указывать пальцем, как в детской игре-считалке, то на Ольгу, то на Алену, но вдруг остановился на Ольге. – …с тебя. А дочка пойдет на десерт.