Дай! Дай! Дай! - Дарья Калинина

– Не знаю. Например, мой отец.

– Но ты же сказала, что он пропал.

– Да, для меня и для мамы он пропал. Но вы же помните, Паршавин тоже пропал для своих дочек и их бабушки. Так, может быть, мой папа тоже жив?

– Жив, но прячется от тебя и твоей мамы?

– Да. И от других своих родных и друзей.

– Но почему? Зачем?

– Не знаю, – пожала плечами Рита. – Но прятался же Паршавин. Почему бы и моему отцу было не поступить аналогичным образом? Они ведь с Паршавиным были близкими приятелями. Их поведение во многом может быть похожим.

Мариша недоумевающее переглянулась со Смайлом. Она не знала, что тут сказать. В принципе в словах Риты был свой смысл. Но это были лишь ее предположения. Доказательств у Риты не было. И Мариша пока что не видела ни одной возможности, чтобы раздобыть эти самые доказательства.

– Паршавин мертв. Твой отец, даже если и жив, то мы не знаем, где он находится. Но… Но ведь у Паршавина было двое близких приятелей! Твой отец и…

– И дядя Воля! – воскликнула Рита. – В самом деле, был же еще дядя Воля. И как же я могла забыть про дядю Волю! Я должна была сообразить еще в тот момент, когда старушка назвала его имя – Воля – Вольдемар.

– А что дядя Воля?

– Он был другом моего папы. Мне мама, когда я сегодня заговорила с ней про отца и про Паршавина, так и сказала. Три дружка, все трое паршивые овцы! Каждый в своем роде. Паршавин проигрался дочиста, был вынужден продать квартиру и перебраться жить в Рябово, где ему давали служебную площадь. Дядя Воля был интеллигентом, но игра захватила и его. А мой папа… Мама считала, что мой папа был просто слабовольным. И друзья плохо влияли на него.

– Почему?

– Дядя Воля, в отличие от папы и Паршавина, так и не завел семьи. И когда папа пропал, он тоже быстро исчез с горизонта. Так что маме даже не к кому было обратиться, чтобы узнать о судьбе дяди Воли.

– Даже так? Куда же он мог деться?

– Ну потом-то через каких-то своих дальних знакомых мама узнала о его судьбе.

– Да?

– Дядя Вольдемар эмигрировал в Америку. Не спрашивайте меня, как ему это удалось. Кажется, сначала он женился на девушке, чья семья эмигрировала в Израиль. А уж потом, разведясь с женой, он удрал из Израиля сначала в Канаду, а потом и в Америку.

– Должно быть, дядя Воля был ловким малым, – восхитилась Мариша. – Провернуть такую аферу с американским гражданством способен далеко не каждый человек!

– Да. Мама тоже сказала, что дядя Воля был из этих троих самым разумным.

– А у твоей мамы случайно не сохранился американский адрес дяди Воли?

– Случайно нет.

– А его фамилию она помнит?

– Наверное. Я могу спросить у нее. Хотя она и очень негативно настроена против этой истории.

– Но почему?

– Не знаю. Она говорит, что очень долго переживала предательство отца. Но теперь в ее жизни наконец появился другой мужчина и новая любовь. И она совсем не хочет снова окунаться в тот кошмар.

– Никто ее и не заставляет. Нам нужна только фамилия этого твоего дяди Воли.

– Я постараюсь узнать, – уныло пообещала Ритка, явно не рассчитывая на успех предстоящего разговора с матерью.

Больше друзья ни о чем не успели поговорить, потому что уже наступил вечер. И появился следователь Рассохин, жаждущий ехать общаться с приемными родителями девочек Паршавиных. Следователь заехал за Ритой, а заодно и за Маришей со Смайлом. Машина у него была неплохая. Старенький, но еще крепкий «Опель», который резво брал старт, хотя и жрал бензина возмутительно много для зарплаты капитана.

– Не говорите ничего Андрею про моего папу, – успела только шепнуть Ритка напоследок Марише и Смайлу.

– Почему?

– Не хочу, чтобы он узнал про моего отца вот так, на ходу. Я потом расскажу ему все сама.

– Мы не выдадим твою тайну. Но ты уж сама постарайся не затягивать с этим делом.

Ритка пообещала. Но Мариша видела, что подруга в большом смятении. И Ритку можно было понять. Она привыкла думать, что ее отец умер. А теперь, вполне возможно, окажется, что он совсем даже не умер, а просто прятался все эти годы от родной жены и дочери. И как воспринимать подобное? Как Ритке теперь относиться к своему бедному блудному папке?

Наверное, с одной стороны она страшно растеряна. А с другой… С другой ей, конечно, хочется, чтобы ее отец был жив и она смогла взглянуть ему в глаза. Взглянуть и понять, почему он так поступил с ними. Почему не просто сбежал, но еще и заставил их с мамой поверить в свою смерть.

И еще Мариша подумала, что Ритку в этой истории может ожидать масса неожиданностей. Ведь сказать точно, что произошло в тот далекий летний день на болотах близ поселка Рябово, мог только сам «дядя Боря». Но определенно что-то должно было там произойти. И это что-то было так или иначе связано именно с родным Риткиным отцом.

Ведь по каким-то причинам спустя много лет «дядя Боря» – старый друг Риткиного отца – начал помогать его дочке, передавая Ритке через ее мужа крупные суммы денег. Не просто же так он это делал. Скорей всего, он оплачивал какие-то старые долги перед ее отцом. И не его вина, что до Ритки эти деньги не доходили. «Дядя Боря» понятия не имел ни о Карине, ни о том, что Никитка спускает все выданные ему денежки в компании любовницы. «Дядя Боря» исправно передавал Ритке через ее мужа деньги, но делалось это почему-то в тайне от самой Ритки.

Почему? Зачем была нужна такая таинственность? Какую страшную тайну был вынужден скрывать от Ритки «дядя Боря»? За что он платил ей? И делал ли он это добровольно, или его кто-то заставлял? Конечно, лучше всех на этот вопрос мог бы ответить «дядя Боря», но, увы, он погиб. И возможно, что теперь тайна произошедшей много лет назад трагедии так и останется тайной как для самой Ритки, так и для всех остальных.

Лебедевы – муж и жена – приемные родители девочек Паршавиных – жили в старинном доме возле станции метро «Чернышевская». Из окон их дома открывался вид на Летний сад. И сам дом выглядел очень величественно. Даже проходные дворы тут были просторными и облагороженными небольшими сквериками, где помещалось несколько деревьев, оградка, пара лавочек и песочница или небольшой фонтанчик.

Благодаря этому не создавалось ощущения двора-колодца и дом производил впечатление места, приятного для жизни, светлого и радостного.

– Если девочки выросли в этом дворе, то им грешно гневить свою судьбу. Прямо из грязного барака, едва ли пригодного для жизни людей, оказаться в самом центре красивейшего города Европы! Да они до небес должны прыгать, а не злиться на своего отца, сбежавшего от них.

– Подожди радоваться за девочек, – покачала головой Рита. – Я знаю, что в таких домах наряду с дорогими фешенебельными квартирами зачастую ютятся прежние жуткие коммуналки. Часто бывает, что все квартиры в подъезде расселены, живут там известные врачи, ученые или просто обеспеченные деловые люди – бизнесмены. А у них в соседях какие-нибудь пьянчуги или работяги из ближнего зарубежья. Девочки Паршавины вполне могли попасть и к небогатым родителям.