Шепот в городе - Инга Снежная

Девушка явно смущалась, и я решила её приободрить.

– Я слушаю внимательно.

– Дело в том, что я видела ваш вчерашний сюжет про маньяка, и снова про Леру подумала. Ведь кто бы мог представить, что она жертвой Чулочника станет. А вот сейчас вас встретила и вспомнила, что Лера незадолго до своей гибели к нам заходила. А потом к ней мужчина пришёл. Она его явно ждала. Не знаю, может быть, это всё совершенно неважно, – засомневалась девушка.

– Нет, почему же, говори, пожалуйста.

– Так вот, – заговорила она чуть увереннее, – лицо этого мужчины я плохо разглядела, он, как зашёл, сразу спиной ко мне сел, да и был в бейсболке, натянутой до самых глаз. Только видно было по всему, что он был старше, чем она и они как будто отношения выясняли. Лера, вроде как, просила его о чём-то, даже руку протянула и по лицу его погладила, а он руку оттолкну и сказал что-то очень резкое. Потом встал и быстро вышел. Даже заказать ничего не успел. А она сидела ещё какое-то время очень расстроенная. Потом расплатилась за кофе и тоже ушла. Тогда я не предала этому особого значения. Ведь после её убийства сразу все про маньяка говорили. Я не знаю, может это всё глупости какие-то, не с маньяком же она встречалась?

– Нет, почему, это может быть довольно важно. Узнать этого мужчину смогла бы при встрече?

– Ну, вряд ли, – смутилась она, – видела его только мельком, вполоборота, когда он уже на выход пошёл.

Вот голос у него был такой своеобразный, с хрипотцой что ли. Хотя, может быть, просто простыл человек.

– Всё равно, спасибо тебе, что рассказала. Возьми мою визитку. Вдруг вспомнишь ещё что-то, позвони тогда.

– Ну, хорошо, конечно.

Я попрощалась с Наташей.

Влад, уже вышедший из зала, помог надеть мне пальто, и мы вышли на улицу.

– Твоя знакомая? – задал он мне вопрос.

– Учились в одной школе, ответила я, не вдаваясь в подробности.

Он подвёз меня домой и вежливо распрощался у машины, чуть сжав на прощание мою ладонь.

– Позволь, я позвоню тебе завтра.

Я посмотрела на него внимательно и улыбнулась.

– Не вижу причин для отказа.

Оставив ему свой номер телефона, я двинулась в сторону родного подъезда. Взглянув наверх, я увидела, что в окнах моей квартиры горит свет.

«Мама что ли с таким поздним визитом?», мелькнуло в моей голове.

Я открыла дверь своим ключом и вошла в квартиру. В ярко освещённом коридоре, небрежно облокотившись о дверной косяк, стоял Денис.

– Привет, Мари.

Только он называл меня этим дурацким прозвищем, придумав, что это сокращение от имени Марина.

– Извини за дерзкое вторжение. Ты так и не поменяла замок, а я замёрз, дожидаясь тебя у подъезда.

От одного звука его голоса я почувствовала лёгкое головокружение, а сердце разлетелось на тысячи мелких частичек.

– Мог бы позвонить, – ответила я, стараясь предать своему тону максимальную отстранённость.

– Личная встреча всегда лучше

Он смотрел на меня, не отрываясь. В его взгляде, как всегда, странно сочеталась лёгкая ирония и пронзительная нежность.

– Ты давно приехал? – задала я вопрос и сама услышала, как предательски дрогнул мой голос.

– Уже несколько дней назад. Решил навестить родительский дом. Он постепенно приходит в полное запустение. Знаешь, мне даже пришло в голову, что дома тоже умирают вместе со своими хозяевами, – как и все творческие люди, Денис был склонен к высокопарным выражениям.

– Конечно, если нерадивые наследники навещают их только раз в год, не сдержавшись, ответила я, подхватив его интонацию.

Он засмеялся.

– Я принимаю твой упрёк, Мари. Но поверь мне, я был очень загружен работой, совсем закрутился. Одна столичная галерея организовал мою персональную выставку. Скоро открытие.

– Да уж. Даже в нашей глухой провинции мы слышали о твоих потрясающих успехах.

Денис был довольно популярным художником с лёгким налётом элитарности. То, что называется «широко известный в узких кругах». В столице его искусство было куда более востребованным, чем в маленьком провинциальном городишке, откуда он был родом, и где зародилась наша большая и светлая любовь.

Мы оба тогда приезжали в родной город навестить родных. Только я была первокурсницей и училась в областном центре, а Денис получил образование и начал карьеру художника в Москве. Туда же несколькими годами ранее, оставив семью, переехал его отец, тоже художник. Только в отличие от Дениса, его карьера не задалась, и он вскоре умер от пьянства и прочих излишеств, не выдержав натиска богемной жизни. Мама же Дениса несколько лет назад слегла от тяжёлой и, как выяснилось впоследствии, неизлечимой болезни. В этот период Денис переехал на малую родину, чтобы ухаживать за матерью. Это совпало с пиком нашего романа.

Мы даже думали соединить наши судьбы навсегда. Но вскоре после того, как мама Дениса скончалась, он принял решение вернуться в Москву. Слишком уж тяготила его провинциальная обстановка и отсутствие карьерных перспектив. В родной город после этого он наведывался не чаще раза в год, а наши отношения превратились в мучительную череду встреч и расставаний, на которой я, как казалось, год назад сумела поставить жирную точку. Разрыв дался мне очень тяжело. Последний визит Дениса совпал с убийством Леры. Тогда он поддерживал меня, как мог, но вскоре после похорон столичная жизнь снова поманила его своим ярким круговоротом. Мне же не оставалось ничего, кроме как лить слёзы, вспоминая своего прекрасного принца. Или же отправляться следом за ним, поставив крест на любимой работе

Денис придвинулся чуть ближе ко мне и заглянул прямо в глаза.

– Не сердись на меня. Ведь ты сама отказалась переезжать. Вспомни, сколько я звал тебя с собой.

– Похоже, что ты не сильно печалился. Слышала, что твоя холостяцкая постель довольно редко пустовала.

Он удивлённо взглянул на меня.

– Господи, Мари, ты ревнуешь?

– Ничего подобного, – я старалась казаться безразличной, но у меня это плохо получалось.

– Кстати, а что за перец привёз тебя сегодня домой? – чуть насмешливо спросил он.

– Какое это имеет значение? Не думаю, что ты сохранил право задавать мне подобные вопросы.

– Ты права, Мари. Они все не имеют никакого значения.

Он шагнул ближе. Я ощутила его запах и почувствовала горячее дыхание