Дело разведенной кокетки - Эрл Стенли Гарднер

– Простите, но я не веду таких дел.

– Мистер Мейсон, выслушайте до конца.

– Хорошо, – согласился Мейсон, поудобнее устраиваясь настуле.

– Я собираюсь снова выйти замуж и на этот раз уверена, чтоон тот, кто мне нужен. Будущий муж старше и опытнее меня. Очень умен. Крометого, то, что я испытываю к нему, отличается от моих чувств в предыдущихслучаях.

– Таким образом, дело об алиментах будет решено. Когда сновавыйдете замуж, бывший муж перестанет платить.

– Мистер Мейсон, поймите меня правильно. Я не хочу сжигатьмосты. Я имею право на эти деньги. Если дадите понять Уилларду Бартону, чтопотребуете увеличения алиментов, когда он снова потянет меня в суд, это его остановит.

– В любом случае вы потеряете право на алименты в течениенескольких месяцев.

Люсиль с горечью ответила:

– Не собираюсь ему ничего дарить. Предложу уладить дело задвадцать пять тысяч долларов. Он запрыгает от радости.

– И вы, очевидно, хотите, чтобы я отвоевал это для вас, –холодно сказал Мейсон.

Она начала играть ложечкой, постукивая о край чашки.

– Я прав? – спросил Мейсон.

– Вы, наверное, считаете меня отвратительно расчетливой, а ятолько предусмотрительна. Умею о себе заботиться.

– Все говорит за это.

– Мистер Мейсон, посмотрите на дело с практической точкизрения. Глупо отказываться от двухсот долларов еженедельно ради мужчины. Радилюбого мужчины.

– Особенно если есть уверенность, что и дальше будете получатьалименты, – резюмировал Мейсон.

– Мистер Холлистер хочет все устроить так, чтобы наш брак неповлек для меня никаких финансовых потерь. Вы считаете меня вымогательницей?

– Считаю, что вы не слишком влюблены.

– Все не так плохо, мистер Мейсон, как представляется. Ябыла несправедлива к себе. Если говорить откровенно, это идея Росса Холлистера.Я сказала, что не собираюсь выходить замуж, потому что не хочу еще разрисковать. И он не спросил почему. Нужно знать, какой это человек. Он понимаетдругих и доброжелателен, но и очень дотошный. Видит вас насквозь и читает вашимысли, о существовании которых вы и не подозреваете.

– Значит, он догадался, что вы не хотите отказываться отдвухсот долларов в неделю ради мужа? Так ведь?

– Так. И вот что он придумал. Когда я решусь за него выйти,то стану юридической собственницей некой недвижимости, которую он переписал наменя. Еще он дал мне страховой полис на двадцать тысяч долларов, пока он будетжив, и обещал выдавать ежемесячно по семьсот пятьдесят долларов на личныерасходы и наряды, не считая денег на хозяйство. Кроме того, в качествесвадебного подарка я получу отличную спортивную машину.

– Так чего же вы еще хотите? – сухо спросил Мейсон.

– Я хочу, чтобы он меня любил и уважал, – взорвалась она. –Все уже подготовлено. Подписаны документы, улажено со страховым полисом. Ноесли мой бывший муж заявится в суд с просьбой об уменьшении алиментов, РоссХоллистер промолчит, но до конца своих дней будет думать, что мое материальноеположение терпит крах и я решила выйти за него из расчета. Постарайтесьвзглянуть на это с моей точки зрения.

– Значит, так: если ваш бывший муж потребует уменьшенияалиментов, мистер Холлистер уверится, что вы, побоявшись проиграть процесс,решили поправить свои дела таким образом…

– Речь идет именно об этом, – прервала она.

– А когда свадьба? – спросил Мейсон. – Нельзя ли ускорить?

– Это не так просто, – ответила она. – Видите ли, РоссХоллистер официально еще женат и существуют какие-то формальные препятствия кразводу. Это откладывает наши дела.

– Понятно, – сказал Мейсон.

– Мистер Мейсон, поговорите с ним, ладно? Он в клубе«Бродвей атлетик». Он там живет… Но вы должны быть очень осторожны. Я не хочу,чтобы он догадался, за кого я собираюсь замуж.

– Ваш бывший муж знает мистера Холлистера?

– Ну конечно. Он член того же клуба, хотя мистер Холлистерживет в Санта-дель-Барра. Они даже вместе играют в покер. Уиллард умер бы,право же, умер, если бы узнал о свадьбе. Говорить с ним нужно очень тактично.Он болезненно ревнив. Думаю, в этом одна из причин неудачи нашего союза. Ниодин разговор не обходился без упоминания о моем первом муже. Все допытывался,вспоминаю ли я его, и…

– Ваш первый муж жив? – спросил Мейсон.

Она снова начала играть ложечкой.

– Да.

– Вы его видели?

– Мистер Мейсон, к чему вам это знать?

– Просто хочу быть в курсе.

– Но не понимаю, зачем вы…

Внезапно Мейсон рассмеялся, откинув назад голову:

– Вы очень ловкая молодая женщина, Люсиль. Вам полагаетсямедаль за сообразительность. Но это дело меня не интересует. Хотя, долженпризнаться, интригует ваша необычайная предприимчивость.

– Что вы подразумеваете под «необычайной предприимчивостью»?

– Вы увидели объявление в газетах, – объяснил Мейсон, – и,скорее всего, узнали, что я взял на себя это дело Финчли. Подумали: если быудалось заманить меня сюда и поставить в неловкое положение, вы смогли бы…

Она резко отодвинула стул и гневно взглянула на Мейсона.

– Мистер Мейсон, я этого не заслужила. Это неправда. Я дажене знаю, о каком объявлении вы говорите. Могу вас уверить, что я не пыталасьпоставить вас, как вы вежливо выразились, «в неловкое положение»! За кого выменя принимаете?

– А кто вы на самом деле? – спросил Мейсон.

– Я – женщина, которая познала много разочарований в любви.И не хочу, чтобы уменьшили мои алименты. Я знаю, вы сможете припугнуть моегобывшего мужа. Если бы он узнал только, что мы знакомы и вы интересуетесь мною…то есть моим делом…

Мейсон отодвинул стул, встал и поклонился.

– Мне очень неприятно это говорить, но я не верю вам и немогу больше терять время. Вы хорошо все продумали, но я не позволю себядурачить. Не люблю этого. Если бы вы застали меня в своей квартире между двумяи пятью, я был бы вынужден взяться за ваше дело. Благодарю за кофе.

Он взял шляпу и направился к двери.

– А притворная неспособность вспомнить, где вы былипозавчера днем, слегка наивна. Попробуйте поймать на эту приманку другогоадвоката, миссис Бартон.

Высказавшись, Мейсон закрыл за собой дверь, оставив женщинув ярости.