Воющие псы одиночества - Александра Маринина

Преодолев раздел о структуре норм, Лиля закрыла тетрадь,сдала книгу, сунула в сумку читательский билет и вышла из института с твердымнамерением немедленно где-нибудь поесть. Страх перед возвращением ненавистныхкилограммов диктовал ей свои условия жизни, одним из которых было ничего неесть после восьми. А уже десять минут девятого. Пока она доедет до дома, будетдевять, поэтому проблему легкого ужина следовало решать немедленно. Мест длярешения указанной проблемы в окрестностях института было несколько, и посленедолгих размышлений девушка остановила свой выбор на дешевенькой кафешке, гдевсе, что подавалось, было жутко невкусным, но зато малокалорийным. Взяв устойки нечто омерзительного цвета и сомнительного запаха, именуемое в меню«икрой из баклажанов», она уселась за свободный столик и достала учебник поистории политических учений, чтобы не сосредоточиваться целиком на невызывающем доверия блюде. Все-таки чтение очень помогает в таких случаях: есликнига интересная, то можно даже самую гадкую гадость в себя впихнуть и непоморщиться. Однако же в этот раз киники и эпикурейцы помогли мало, тошнотворно-тухлыйвкус «икры из баклажанов», который повар попытался забить изрядным количествомчеснока, пробивался и сквозь приправы, и сквозь политические воззрения древнихгреков.

Лиля с отвращением отодвинула тарелку на край стола и сноваподошла к стойке в надежде выискать в меню что-нибудь столь же безобидное почасти калорий, но не такое противное. У стены, составив вместе три стола,гужевалась компания молодых людей, они пили пиво, с аппетитом ели сосиски скартошкой и громко и грубо хохотали. Счастливые, с легкой завистью подумалаЛиля, они могут есть по вечерам сосиски с картошкой. А она даже днем не можетсебе этого позволить. Или сосиски, или картошка, но и то редко и по чуть-чуть,почему-то именно мясо с картошкой прилипают к талии и бедрам мгновенно инакрепко, никакими разгрузками потом не отдерешь.

Кроме безжалостно отвергнутой икры, в меню оказался салат«Весенний». Лиля по собственному опыту знала, что, кроме кляклой мягкой капустыи двух мелко порезанных листиков петрушки, в нем не будет ничего, но все же этолучше, чем тухло-кисло-чесночное месиво подозрительного цвета. Кафешкавообще-то была рассчитана не на тех, кто хочет утолить голод, а на тех, комунадо что-то проглотить «под пивко» или «под водочку», отсюда и ассортиментблюд, и их качество, и контингент посетителей. Лиля была здесь не в первый раз,но ее вполне устраивало отсутствие уюта, чистоты и деликатесов. Чем невкуснеееда, тем меньше съешь, и соблазнов никаких, а сидеть здесь долго она несобиралась. Да и дешево, опять же экономия выходит.

Водрузив новое блюдо на стол и раскрыв книгу, онапогрузилась в тонкости учения киников и даже не сразу поняла смысл слов,прозвучавших прямо у нее над ухом:

- У вас красивые волосы.

Лиля недовольно подняла голову и посмотрела на источникзвуков.

Источник был ничего себе, высокий, только очень худой, дажещеки впавшие. И бледный. Голодный, что ли? Сейчас будет намекать наматериальное вспомоществование.

- Простите, не расслышала, - вежливо сказала она.

- Я сказал, что у вас очень красивые волосы.

- Спасибо, - холодно ответила девушка, снова утыкаясь вучебник.

- Вы даже не удивились. Наверное, вам это частоговорят? - не отставал голодающий.

- Часто, - соврала Лиля, не отрываясь от киников.

Она была вежливой и хорошо воспитанной девушкой, поэтому немогла сразу послать приставалу по всем известному адресу. Но при этом комплекссобственной некрасивости вкупе с постоянными наставлениями отца, подполковникамилиции в отставке, и его жены, работающей следователем, делали ее практическинеуязвимой для любого вида обмана. Лиля Стасова была не только умна, но ипатологически недоверчива.

- А вам когда-нибудь говорили, что такие красивыедевушки должны не только получать образование, но и развлекаться, отдыхать,наслаждаться жизнью?

- Говорили.

- И как вы к этому относитесь? Вы согласны с такимутверждением?

Лиля прожевала очередную порцию мягкой безвкусной капусты,проглотила и кивнула.

- Согласна. Учиться нужно. Отдыхать тоже нужно.

- Тогда позвольте вам предложить отдохнуть вместе. Язнаю здесь неподалеку классное местечко, закрытый клуб, туда пускают толькосвоих, поэтому нежелательного контингента там нет и быть не может. Получитеудовольствие, гарантирую.

Приставала с видом голодающего уже не стоял у нее за спиной,а сидел за ее столиком и пытался поймать взгляд девушки. Все ясно, его необманул тот факт, что Лиля перекусывает в дешевой забегаловке, он успел оценитьи куртку «Шакок», и серьги с маленькими бриллиантиками, и мобильник, висящий нашнуре. Некрасивая дочка богатеньких родителей, такой скажи пару-тройкукомплиментов - и можно брать ее голыми руками, тащить в дорогой клуб иразводить на бабки. Оттянуться по полной, выпить, нажраться от пуза, даже,может, травки прикупить удастся за ее счет, а потом - арриведерчи, любимая,увидимся как-нибудь.

- Спасибо за приглашение, - Лиля по-прежнему былаэталоном вежливости, - но я не могу его принять.

- Почему?

Этот вопрос она обожала. Отвечать на него ее научила тетяНастя Каменская, давно еще, когда Лиля заканчивала девятый класс. Срабатывалобезотказно.

- А если бы я согласилась, вы бы спросили, почему ясогласилась?

Голодающий опешил. Он не понял смысла вопроса и, судя полицу, мысленно повторял его, пока не сообразил, о чем речь. Этого времени Лилехватило, чтобы убрать учебник в сумку и встать из-за стола. Бледнолицыйприставала тоже поднялся и загородил ей дорогу.

- Согласилась - и согласилась, чего тут спрашивать. Такидем, да?

От нее не укрылось, что голос его стал резче и грубее.Значит, не просто голодный, а еще и наркоман, которому срочно нужны деньги надозу. Он уже определил некрасивую девушку в категорию легкой добычи и мгновенноозверел, почуяв, что дело срывается. Типичное поведение.

Отец сколько раз это объяснял, и тетя Таня, и тетя Настя.

С озверевшим человеком нельзя пытаться справиться силой,этому Лилю тоже учил отец. Его надо попробовать обмануть.

- А это далеко? - спросила Лиля.

- Да здесь рядом, я же сказал.

- Ладно, - она улыбнулась. - Пошли, посмотрим, что заклассное местечко. Только мне парад нужно навести. Подождешь? Я быстро.

- Наводи, конечно, - лицо приставалы неуловимоизменилось. Какая-то его часть вроде бы расслабилась, уловив, что Лиля первойперешла на «ты», но другая часть странно напряглась. - А я посмотрю. Люблюсмотреть, как девочки красятся.

- Ну уж нет, - Лиля постаралась рассмеяться, хотя ейбыло вовсе не до смеха. - Макияж - дело тонкое, интимное. Я хочу быть красивойдля тебя, но тебе совсем не обязательно знать, какими хитростями этодостигается. Ты кофейку попей пока, а я в туалет пойду.