Моя маленькая слабость - Марина Серова

— Хорошо. Александр Петрович вкратце мне обрисовал, в чем заключается деятельность вашей фирмы. Я вот думаю, не мог ли Сергей навлечь на себя гнев какого-нибудь конкурента?

— Таких фирм, как наша, раз-два — и обчелся, — скептически приподняла плечи Марина. — О какой-то жесткой конкуренции говорить не приходится.

— А если, к примеру, кто-то хотел купить одну или даже несколько квартир, которыми вы занимаетесь, в полуразрушенном состоянии… купить, разумеется, дешевле, чем она будет стоить, выйдя из рук ваших дизайнеров и маляров?

— И, не получив квартиры, убил Сергея? — округлила свои голубые глаза Марина.

— Да, — почувствовала я дедуктивный азарт.

— Не знаю… Навряд ли… — с сомнением посмотрела на меня Спиридонова, — по крайней мере, я не знаю об этом ничего. У нас сейчас в работе восемь квартир, и Сергей не говорил мне о каких-либо трудностях, связанных с их покупкой, оформлением и ремонтом. Вообще-то об этом стоит спросить его заместителя, Брехмана Михаила Яковлевича. Видите ли, мы хоть и жили под одной крышей, — она меланхолично улыбнулась своему каламбуру, — и делились своими проблемами и проектами, но сохраняли некоторую самостоятельность за собой. Я не очень вникала в дела управления, меня больше интересовала практическая сторона дела, я общаюсь с дизайнерами, рассматриваю их эскизы, нахожу рабочих, материалы и так далее. У меня хлопотная, но благодарная работа, которая меня абсолютно устраивает. Все, что касается внешних связей — я не имею в виду поиск специалистов и рабочих, — сфера деятельности моего мужа. У меня тоже есть заместитель, иначе я просто не справилась бы, но это совсем другое… И потом, если бы даже был какой-то конфликт с «крышей» и прочими, я бы об этом узнала в самую последнюю очередь — Сергей щадил меня, оберегал. Он был настоящим мужчиной в этом смысле, — Спиридонова не удержалась от сдавленного всхлипа. — Простите…

Она достала платок и легонько промокнула веки.

— То есть, если я вас правильно поняла, в случае существования конфликта или проблемы с «крышей» или с другими фирмами вы бы все равно не были в курсе? Но тогда — сказал ли вам Сергей что-нибудь о неожиданно вставшей перед ним трудности или нет, это ничего не означало бы… Ведь если бы что-то подобное возникло, он не стал бы беспокоить вас.

— Да… Хотя не всегда… — торопливо проговорила Спиридонова. — Вам все-таки лучше обратиться к Михаилу Яковлевичу.

— Разумеется, я с ним встречусь. — Я выпустила дым и удобнее устроилась в кресле. — Тем не менее это как-то странно… Вы ведь работаете в этой фирме… И потом, вы могли о чем-то догадаться по настроению Сергея Петровича, по его нервозности, если таковая появлялась…

— Вы мне не верите? — с завуалированным снисходительной улыбкой вызовом спросила Марина.

— То есть, — кашлянула я, — Сергей не испытывал в последнее время тревоги или неуверенности? Никакого страха или депрессии?

— Нет. Хотя… не исключено, что он что-то скрывал от меня. Он был не то чтобы хорошим актером, но очень выдержанным человеком, — гордо добавила Спиридонова.

— Ему никто не угрожал?

— Нет, — с легкой усмешкой ответила Марина.

— Александр Петрович мне сказал, что в понедельник вы вернулись домой раньше Сергея Петровича…

— Да, я уехала часов в шесть или даже раньше, — Спиридонова снова приложила платок к глазам, — если бы я знала!

Ее плечи дрогнули, и я услышала глухой стон.

— Простите, ради бога, — сев ко мне вполоборота, она подперла лицо ладонью, — мне до сих пор не верится, что Сергея больше нет!

Я опустила глаза и пару минут молчала, давая Марине время успокоиться.

— Да, — продолжила она, — я приехала раньше и сама решила приготовить ужин. Хотела его порадовать…

— Вы не заметили ничего странного возле дома? Может, какую-то машину, людей?

— Нет, ничего особенного не было. На улице играли дети, у первого подъезда сидели соседки, все как обычно… — Марина снова всхлипнула, но плакать не стала.

— А где нашли Сергея Петровича?

— Между вторым и третьим этажами. Он лежал с проломленным черепом, — здесь самообладание покинуло Спиридонову, и она разрыдалась.

В этот момент в комнату вошла Валентина Георгиевна.

— Я приготовила чай из ромашки и липы, — обратилась она к Марине.

Она поставила на столик поднос с чаем, двумя чашками кофе, сливками и печеньем.

— Спасибо, — вытерев слезы, взглянула на домработницу покрасневшими глазами Марина, — чай — это то, что нужно. Заберите мой кофе, сейчас его пить неразумно.

Валентина Георгиевна выполнила распоряжение и удалилась.

— Как-то не вяжется такая расправа с методами бандитов, — скептически пожала я плечами, — обычно в ход идут пистолеты с глушителями… А здесь какая-то самодеятельность.

— Вы так это называете? — неодобрительно взглянула на меня Спиридонова.

— Да, называю, — смело бросила я, — мне не раз приходилось иметь дело с бандитами, в этом я немного разбираюсь, — позволила я себе добавить.

Марина приподняла брови.

— Да, вам виднее, — выдавила она из себя с брезгливым видом, сделав глоток чаю.

Я тоже подняла чашку с кофе и отпила. Кофе был отличный, ароматный и крепкий.

— Мне кажется, что кто-то выследил Сергея, зная, что он обеспеченный человек, и хотел его ограбить, — высказала Марина свою версию.

— Тогда как вы объясните тот факт, что «грабитель» не взял ценных вещей?

— Наверно, посчитал невозможным их сбыть, а деньги прикарманил, — ответила Марина.

— Маловероятно, — выразительно пожала я плечами, — цель убийства была не ограбление, а физическое устранение вашего супруга. Интуиция подсказывает мне, что убийца — это тип, лично знавший Сергея Петровича или получивший задание убрать его именно от такого человека.

— Заказное убийство? — встрепенулась Марина.

— Да не очень оно похоже на заказное. Меня смущает орудие убийства, хотя — чем черт не шутит.

От меня не ускользнуло, что Спиридонова поморщилась.

— Вы унаследуете фирму? — прямо спросила я, неожиданно сменив тему.

— Да… — как-то смущенно проговорила Марина.

Может, не ждала от меня такой прыти и смелости?

— У вас брачный контракт? — уточнила я.

Марина кивнула, сделав недовольное лицо, видно, эта тема ей не нравилась.

— Но теперь ведь вам придется вникать во все то, от чего вас оберегал Сергей Петрович, — с тайным ехидством сказала я.

— Что ж, положение, как говорится, обязывает, — глаза Спиридоновой пояснели, приобретя какую-то невиданную до сих пор жесткость и решительность, — дело Сергея должно процветать.