Весь мир в кармане - Джеймс Хедли Чейз

Джипо вынул носовой платок и вытер лицо. Он беспокойно переводил взгляд с Моргана на Китсона, облизывая губы кончиком языка.

– Дело нешуточное, – сказал Морган. – И вы, ребята, должны это усвоить. Кому оно не по душе, тот может выйти из игры.

Блэк продолжал изучать девушку.

«Такая шутить не станет, – думал он. – Пресвятой Петр! Тверда, как алмаз. Она убьет этого парня, если он шевельнется. Хорошо, если он прочитает, что у нее в глазах, когда она сунет ему пушку под нос. Если прочитает, так будет стоять не шелохнувшись. Будь я на его месте, я бы и вздохнуть не смел, глядя на ее револьвер».

– О'кей, – произнес он, – я просто хочу знать подробности. Что будет, когда мы захватим машину?

Морган покачал головой.

– Подробности узнаешь после того, как проголосуем, – сказал он. – Это непременное условие. Она говорит, что продумала все до мелочей, предусмотрела все случайности. Общую задумку я вам сейчас изложил. Если мы согласимся работать с ней, то узнаем обо всех деталях. Не согласимся – она найдет других ребят. Разве это не по совести?

– А она в самом деле все предусмотрела? – спросил Блэк. – Тут может быть до черта случайностей. Скажем, мы остановили бронемашину, разделались с шофером и охранником, что само по себе кажется нам маловероятным. Но ведь мы знаем, что у этой машины постоянная радиосвязь с агентством. Как только связь будет прервана, начнутся розыски машины. Им известно, где ее искать, и тут охотиться начнет не только полиция, но и военные части, а это означает сотни людей, машины, самолеты. Их задача – прочесать какие-то считанные мили. Самолет покроет это расстояние за несколько минут. Бронемашина будет торчать на дороге, как чирей на шее. У нас останется меньше двадцати минут, чтобы скрыться. А может, нам и не удастся остановить бронемашину в «бутылочном горле». До этого самого «горла» и за ним местность голая, как ладонь. Нам придется ехать двадцать пять миль до ближайшего надежного укрытия, они будут знать это и станут нас там искать. Я даже не представляю себе, как мы сумеем остановить бронемашину, открыть сейф, забрать деньги и скрыться до того, как прибудут полицейские и солдаты.

Морган пожал плечами.

– Я тоже так думал. Но она говорит, – он кивнул на девушку, – что все отработано.

Блэк взглянул на Джинни.

– В самом деле? Ты знаешь, как решить эти вопросы?

– Да, – сказала она. – Это трудная задача, но я все продумала.

Она говорила так уверенно, что даже Китсон, который слушал ее скептически, вдруг почувствовал, что у нее это дело может выгореть.

Блэк развел руками и пожал плечами:

– Ладно, верю тебе на слово. Значит, ты умеешь творить чудеса. Однако остается решить еще две задачи. Во-первых, что будет, если как раз в ту минуту, когда мы займемся экипажем, по этой дороге кто-нибудь проедет? Движение там небольшое, однако ездят же там машины?

Девушка сделала деревянное лицо, и глаза ее приняли скучающее выражение. Она вздохнула, и при этом блузка на мгновение еще плотней облегла ее полную грудь.

– Ничего не может быть проще. Там две дороги, обе они выходят на Десятую автостраду. На развилке поставим возле нашей дороги знак, запрещающий движение, и все машины поедут по другой дороге. Что тут трудного?

Блэк одобрительно ухмыльнулся:

– Понятно. А теперь, ясноглазая, скажи, как решить еще одну задачу: вот мы заполучили машину-сейф и спрятали ее с грехом пополам. Как мы откроем замок? Китсон говорит, что это сложнейшая штука. А ведь нам придется поторапливаться. Что ты на это скажешь?

Джинни тряхнула головой.

– Это уж его забота. – Она показала на Джипо. – Он – дока, знаток. Машину ему доставят. Торопиться ему не придется – сможет работать месяц, а то и два, если понадобится. – Ее глаза цвета морской воды глянули на Джипо. – Ты сможешь открыть этот сейф, работая месяц подряд?

Джипо, польщенный донельзя ее похвалой, с готовностью кивнул:

– За месяц я открыл бы замки даже в Форт-Ноксе.

– И он этот месяц получит, – повторила Джинни. – По крайней мере месяц, а если надо будет, так и больше.

– Ладно, довольно болтовни, – вмешался Морган. – Она продумала все в лучшем виде. Я уверен, она с этим справится. Давайте голосовать. Вы должны решить, готовы ли к тому, что, возможно, придется стрелять. Один из них, а то и из нас, может быть убит. Если из них, то придется, возможно, отвечать по обвинению в убийстве… Даже если никто не пострадает, но мы, скажем, просто сделаем промашку, нас ждет отсидка. От десяти до двадцати лет. Зато в случае удачи мы получаем деньги. Каждому по двести тысяч. Вполне приличный куш. Такова картина. Давайте голосовать, а то еще кто-нибудь полезет с вопросами.

Он помолчал, оглядывая всех троих.

– Как проголосуем, обсудим подробнее все детали. Правила наши вы все знаете. Тем, кто окажется в меньшинстве, придется либо согласиться с большинством, либо порвать с нами. Не спешите с решениями. На карту поставлено двести косых. Повторяю: если дадим промашку, может статься, присядем лет на двадцать. А опростоволосимся вовсе – сядем на горячий стульчик. Такова обстановка. Дать вам, ребята, время на размышление?

Он глянул сначала на Блэка, тот оттаял и смотрел на Джинни, не скрывая восхищения. Потом Морган перевел взгляд на Джипо, который сидел встревоженный, думая о чем-то, сдвинув брови и уставясь на крышку стола. Китсон же не сводил глаз с Джинни, его резкое дыхание шумно вырывалось из разбитого носа.

– Давайте проголосуем, – сказал Блэк. Он наклонился вперед и взял полоску бумаги. Джинни тоже взяла полоску.

Морган взял остальные три, бросил по одной Джипо и Китсону. Потом он вынул шариковую ручку, нацарапал что-то на последней полоске, скатал ее в трубочку и кинул на середину стола.

Джинни взяла у него ручку, тоже что-то написала на своей полоске и положила ее рядом с первой.

Блэк уже успел сделать росчерк золотым пером на своей полоске, помахал ею в воздухе, свернул ее и тоже швырнул на середину стола к двум другим.

Джипо смотрел несколько секунд на свою полоску и, наконец, нацарапав на ней что-то огрызком карандаша, положил рядом с остальными.

Дело было за Китсоном. Он огорченно смотрел на свою бумажку. Девушка и трое мужчин следили за ним.

– Подумай хорошенько, – сказал Морган с ноткой издевки в голосе, – у нас целая ночь впереди.

Китсон поднял голову, взглянул на него, потом на девушку. Они долгое время смотрели друг на друга. И тут он схватил ручку Моргана, положенную девушкой на стол, что-то изобразил на своей полоске и швырнул ее в кучу поверх других четырех.

Все замерли. Затем Морган подвинул к себе все пять бумажек и развернул одну.

– Да.

Раскрутил вторую.

– Да.