Шекспир курит в сторонке - Дарья Донцова

Я пользуюсь услугами небольшого банка и очень довольна своим выбором. В учреждении, которое имеет офисы по всему городу, к вам отнесутся вежливо, но обезличенно, а в небольшом облизывают каждого клиента. Не успела я заглянуть в комнату, как приветливая сотрудница Наташа затараторила:

– Рада вас видеть. Чай? Кофе? Присаживайтесь, чем могу помочь?

Я вынула из сумки конверт.

– Дело простое, хочу положить на свой счет наличку.

Наташа расплылась в улыбке.

– Сейчас пересчитаю. Попробуйте конфеты, очень вкусные.

В кабинет тенью проскользнула девушка с подносом, в воздухе запахло кофе. Я взяла чашку с горкой белой пены и развернула конфету. Шоколад – это углеводы! Могу себе позволить несколько трюфелей, вес от них не прибавится. Вот почему я люблю этот маленький банк, мой персональный менеджер Наталья помнит даже такую мелочь, как мое пристрастие к капучино.

– Татьяна, – тихо сказала Наташа, – я не могу принять эти банкноты.

– Почему? – изумилась я.

– Они фальшивые, – пролепетала девушка, – и по правилам я сейчас обязана вызвать службу безопасности.

Я растерянно моргала. Деньги, которые мне вручил Карфагеныч, подделка? Да быть такого не может! Неужели на этом свете нашелся человек, который обманул Каро Финогеновича, всучив ему туфту?

– Но я вас давно знаю, – понизила голос Наталья, – давайте попытаемся разобраться. Откуда эти фальшивки?

– Мне отдали долг, – решив не вдаваться в подробности, ответила я.

– Кто? – продолжала Наталья.

– Дальний родственник, – сказала я, – думаю, его самого обманули.

Наташа протянула мне купюру.

– Подержите ее в руках.

Я послушно выполнила просьбу и ахнула.

– Она отпечатана на принтере!

– Точно, – подтвердила менеджер, – издали выглядит как настоящая, но при детальном рассмотрении даже близко не похожа. Это не подделка.

– А что? – совсем растерялась я.

Наталья пожала плечами.

– Прикол, такие продают в магазинах сувениров, вроде шутки. Дарите приятелю кейс, а там миллионы.

– Совсем не смешно, – возмутилась я, – почему это разрешено?

– У людей разное понятие о юморе, – пробормотала Наталья, – посмотрите сюда, внизу на каждой банкноте стоит штамп «сувенир». Подделкой такую продукцию считать нельзя.

– Предупреждения почти не видно, – не успокаивалась я.

– Но оно есть и тем самым снимает все обвинения с производителя, – пояснила Наташа, – да и с покупателя тоже. Шутка-с. Таня, вы умный человек, почему сразу не распознали обмана? Сейчас-то, взяв в руки купюру, быстро сообразили, что к чему.

Я попыталась в деталях описать ситуацию. Карфагеныч капитально замучил менеджера Михаила, безостановочно щелкал счетами, рассказывал, сколько часов в год реально работает парень. Помнится, я тоже совсем ошалела от речей отца Лапули, и «денег» этих в руках не держала. Каро Финогенович помахал пачкой перед моим носом, а потом взял у Михаила конверт, положил туда стопку пятитысячных купюр, заклеил его и преподнес мне со словами:

– Спрячьте. Подальше положишь, поближе возьмешь.

Наталья кашлянула.

– Татьяна, простите, не связан ли возврат денег с опустошением вашего счета?

Я вынырнула из мыслей.

– Что?

Лицо сотрудницы банка порозовело.

– Сегодня утром, с восьми до девяти, вы сняли через банкоматы почти всю сумму накоплений, осталось лишь пять тысяч. В свое время я предлагала вам ограничить количество денег на карте, установить лимит, больше которого через банкомат в один день нельзя снять. Но вы отказались, как, впрочем, и от эсэмэс-сообщений. Я вас уговаривала, напоминала о безопасности, а вы возразили:

«На мой телефон постоянно приходят эсэмэски по работе, не хватает еще подтверждений о покупке чашечки кофе».

– Но как чужой человек мог такое проделать? – придавленная ее словами прошептала я.

– Вам на пути попался мошенник, – с жалостью продолжала Наталья, – все, что ему требовалось, это подержать в руках вашу кредитку, чтобы считать информацию, есть такие устройства, они небольшого размера, смахивают на пачку сигарет. Преступник потом переносит сведения на пустую пластиковую карту и запускает лапы в ваш запас.

– А пин-код? – подпрыгнула я.

– Вы храните его на бумажке в кошельке? – предположила она. – Или, может, набирали его в присутствии преступника? Он, вероятно, стоял за вами в очереди в кассе, видел, какие цифры вы ввели на терминале.

В моей голове словно взорвался фейерверк. Каро Финогенович!

Он привел меня в фирму, организующую свадьбы, где к оплате принимали только кредитки, и прикинулся идиотом, который не доверяет пластиковым картам. Я при нем набирала пин-код, рассказала про сейф в машине, призналась, что в ближайшие пару дней навряд ли получится заехать в банк, чтобы поместить наличные на счет. Господи, какая же я дура!

Перед глазами встала картина. Расстроенная Лапуля лепечет про то, как она боится Карфагеныча, потому что тот, как человек в белых штанах. И ведь вспомнила я про слова Лапы, когда Антон мне в кафе сказал, что Рио-де-Жанейро – город, по которому в белых брюках мечтал гулять Остап Бендер. Я тогда могла бы сообразить: Лапуля пыталась объяснить мне, что ее материализовавшийся из ниоткуда папенька похож на Остапа Бендера, он жулик и прохвост.

– Вам плохо? – испугалась Наташа. – Голова болит?

– Нет, – сквозь зубы процедила я. – Болеть там нечему – похоже, я потеряла мозги, они выпали и укатились в канаву.

Наташа вскочила.

– Сейчас принесу валокординчику.

Я проводила менеджера взглядом. Нет, лекарства тут не помогут. Если человек идиот, это навсегда. Каро Финогенович случайно узнал от какой-то знакомой о беременности дочери и решил поживиться. Вот почему он так торопил нас со свадьбой! Нет у Лапы двухсот родственников. Не стояла невеста Димона на трассе Москва – Питер. Подлый мужик отлично выстроил аферу. Лапуля была не рада приезду папеньки, и тот объяснил жениху почему: дочка боится, что Димон узнает правду о бурной молодости невесты. И умолял Коробка не беседовать с Лапой до свадьбы. Я же, помнится, тоже прочитала другу целую лекцию с рефреном: «Не копайся в прошлом своей избранницы».

А еще Карфагеныч надавил на нашу жадность, пообещал оплатить расходы и рассказал о получении более миллиона рублей, эта сумма составится из подношений гостей. И этот хитрый жук не опустошил мой счет до конца, оставил пять тысяч рублей на случай, если я поеду в магазин. Конечно, чтобы он успел спокойно смыться.

Я потрясла головой, позвонила Коробкову и спросила: