Хитрости - Эван Хантер

Наступило долгое молчание.

«Кто ваш командир?» - спросил сержант, пытаясь сохранить лицо.

«Лейтенант Питер Бирнс», - сказал Паркер. «Мы закончили?»

«Вы можете взять машину в центр города, но я поговорю с вашим лейтенантом», - сказал сержант.

«Хорошо, поговорите с ним», - сказал Паркер и передал рацию полицейскому за рулём. «Поехали», - сказал он.

Они снова закрыли заднюю дверь. Водитель привёл машину в движение.

«Включайте сирену», - сказал Паркер.

Патрульные посмотрели друг на друга. Подобные вещи, похоже, не требовали использования сирены.

«Включайте чёртову сирену», - сказал Паркер.

Водитель нажал на кнопку включения сирены.

Когда Браун закончил разговор, они сидели в гостиной. Мари и её невестка бок о бок на диване, Хоуз - в мягком кресле напротив них.

Вошёл Браун с очень торжественным видом.

«Звонил Хэл Уиллис», - обратился он к Хоузу.

«Что случилось?» - сказал Хоуз.

Браун небрежно дёрнул себя за мочку уха, прежде чем снова заговорить. Хоуз сразу же уловил сигнал. Маленький «спектакль с собаками и пони» на подходе.

«Они нашли остальные части тела», - сказал Браун.

Мари посмотрела на него.

«Голову и руки», - сказал Браун. «В реке.» «Простите, мэм», - обратился он к Долорес, - но тело вашего брата было расчленено. Мне не хотелось бы сообщать вам об этом таким образом.»

«О Боже!» - сказала Долорес.

Мари всё ещё смотрела на Брауна.

«Мастера, которые занимаются дноуглублением реки, вытащили этот алюминиевый кейс, в оном оказались голова и руки», - сказал он.

Хоуз пытался уловить суть. Он продолжал внимательно слушать.

«Ты знала об этом?» - спросила Долорес Мари.

Мари кивнула.

«Ты знала, что он был?..»

«Да», - сказала она. «Я не сказала маме, потому что знала, как это на неё повлияет.»

«Моноган был на месте», - сказал Браун Хоузу, - «и позвонил в участок. Уиллис отправился туда с документами с моего стола.»

То, что лежало у него на столе, подумал Хоуз. Отчёты, удостоверение личности, плакат, который он снял с доски объявлений в школе.

«Мне не хотелось бы повторяться, миссис Себастьяни», - сказал Браун, - «но не могли бы вы ещё раз описать вашего мужа. Чтобы мы могли закончить это дело.»

«У меня здесь есть описание», - сказал Хоуз. Он начинал понимать. Никто не закрывал дело, пока убийца оставался на свободе. Он достал из внутреннего кармана пиджака записную книжку и пролистал страницы. «Мужчина, белый, тридцать четыре года», - сказал он.

«Так?» - спросил Браун Мари.

«Да», - сказала она.

«Пять футов одиннадцать дюймов», - сказал Хоуз, - «сто семьдесят фунтов...»

«Миссис Себастьяни?»

«Да.»

Глаза блестели догадкой. Хоуз решил, что она тоже начинает понимать. Она не знала, что именно произойдёт, но готовилась к этому. Хоуз тоже не знал, что именно произойдёт. Но у него было предчувствие.

«Волосы чёрные», - сказал он, - «глаза...»

«Почему мы должны повторять это снова?» - сказала она. «Я опознала тело, у вас есть всё, что нужно.»

«Да, у моего брата были чёрные волосы», - мягко сказала Долорес и погладила Мари по руке.

«Голубые глаза», - сказал Хоуз.

«Голубые глаза, да», - сказала Долорес. «Как у меня.»

«Придётся ли мне снова приехать в город?» - спросила Мари. «Чтобы посмотреть на то, что они нашли в реке?»

«Миссис Себастьяни», - сказал Браун, - «голова, которую мы нашли в реке, не совпадает с фотографией вашего мужа.»

Мари моргнула, глядя на него.

Тишина.

«Ну... это значит... что это значит?»

«Это значит, что мертвец - не ваш муж», - сказал Браун.

«Неужели кто-то ошибся?» - сразу же спросила Долорес. «Вы хотите сказать, что мой брат не умер?»

«Миссис Себастьяни», - сказал Браун, - «вы не будете возражать, если я прочту вам описание Джимми Брейна, которое вы мне дали?»

«Я не понимаю, почему мы должны повторять это сотни раз», - сказала она. «Если бы вы делали свою работу правильно, вы бы уже нашли Джимми.»

Браун уже достал свой блокнот.

«Белый мужчина», - прочитал он, - «тридцать два года. Рост - шесть футов. Вес - сто восемьдесят фунтов.»

«Да», - нетерпеливо ответила она.

Глаза настороженные. Хоуз уже видел эти глаза. Глаза отчаяния, глаза в ловушке. Браун приближался к развязке, и она это знала.

«Волосы чёрные, глаза карие.»

«Да», - повторила она.

«Миссис Себастьяни, глаза были карие.»

«Да, я только что сказала вам...»

«У головы в реке. Глаза были карие.» Он повернулся к Долорес. «У вашего брата есть шрам от аппендицита?» - спросил он.

«Что?»

«Ему когда-нибудь удаляли аппендикс?»

«Нет. Я не понимаю, к чему вы...»

«Он когда-нибудь попадал в аварию на лыжах? Он когда-нибудь разрывал хрящ на своём колене?»

«Он никогда в жизни не катался на лыжах», - сказала Долорес.

Теперь она выглядела крайне озадаченной. Она взглянула на Мари.

«Техники взяли отпечатки всех пальцев и отдельно больших пальцев на обеих руках», - сказал Браун. «Мы проводим сравнительный анализ прямо сейчас. Ваш брат когда-нибудь служил?»

«Да. В армии.»

«Вы не знаете, служил ли когда-нибудь Джимми Брейн?»

«Я не знаю.»

«Или на любой работе, связанной с безопасностью? А как насчёт вас, миссис Себастьяни? Вы, кажется, много знаете о Джимми Брейне, может быть, вы знаете, снимали ли у него отпечатки пальцев?»

«Всё, что я знаю о нём...»

«Вплоть до его места красоты», - сказал Браун и захлопнул блокнот.

«Мари, о чём он говорит?» - спросила Долорес.

«Думаю, она понимает, о чём я говорю», - сказал Браун.

Мари ничего не сказала.

«Если отпечатки ничего не дадут», - сказал Браун, - «у нас ещё есть голова. Кто-нибудь опознает его. Рано или поздно мы получим положительное опознание.»

Она по-прежнему ничего не говорила.

«Он Джимми Брейн, не так ли?» - спросил Браун.

Тишина.

«Вы и ваш муж убили Джимми Брейна, не так ли?» - сказал он.

Она сидела совершенно неподвижно, сложив руки на коленях халата.

«Миссис Себастьяни», - сказал Браун, - «не хотите ли вы сказать нам, где находится ваш муж?»

Паркер открыл дверь отмычкой.

На диване-кровати в гостиной спали карлик-мужчина и карлик-женщина. Они вскочили, как только открылась дверь.

«Здравствуйте», - мягко сказал Паркер и показал им