Ищейки - Питер Ловси

— То есть?

— Во второй раз это было утром, как раз после того, как убили беднягу Сида. Она пришла ко мне прямо на работу. Я раздавала брошюры с рекламой автобусных туров, поэтому мне не составило труда уделить ей несколько минут. Тогда я и узнала о том, что произошло. Полли тем же утром допросил кто-то из ваших людей, и она очень переживала из-за того, что сказала какие-то неприглядные вещи про Сида, не зная, что он уже убит.

— Что конкретно она сказала?

— Не помню. А, нет, постойте. Она назвала его «дохлой рыбой», имея в виду, что он почти не вносил никакого вклада в работу клуба.

— Ужасно.

— Да. Она была просто убита.

— Больше она ничего вам не сказала?

— Дайте подумать. Ее потрясла эта история. Нам сразу стало ясно, что Сида убил кто-то из «Ищеек».

— Почему вы так решили?

Ширли-Энн выключила газ и открыла заварной чайник в форме головы Шерлока Холма.

— Мы знали, что после встречи Сид отравился в Лимпли-Стоук к той гавани, где стояла яхта Майло. Полицейский сказал Полли, что недалеко от причала нашли машину Сида. Не понимаю, зачем он туда поехал. В любом случае, он знал, что ему никто не помешает, потому что Майло решил пойти в полицию и наверняка провел бы там некоторое время. Но, видимо, Сид ошибся. Кто-то другой тоже отправился на яхту. И это был человек из нашей группы, потому что только мы знали, что Майло не будет дома.

— И Полли все это просчитала?

— Да, но не сказала вслух. Я сделала это за нее.

— Из вас вышел бы отличный сыщик, — заметил Даймонд, глядя, как она погружает два чайных пакетика в голову Холмса.

— Я уверена, Полли подумала то же самое, — ответила Ширли-Энн. — Она очень умная женщина и много читала об убийствах.

— Как вам кажется, почему она вам доверилась?

Ширли-Энн покраснела:

— Не знаю. Может быть, просто решила, что я в клубе новенькая и поэтому у меня точно не могло быть мотива убивать Сида. Если подумать, так оно и есть. Все остальные знали его гораздо лучше.

— Понятно. Некоторые в группе уже не первый год. Мистер Моцион, мисс Чилмарк. — Даймонд между делом ввернул фамилию мисс Чилмарк как старого члена клуба. — Весьма внушительная женщина, не правда ли?

— Сначала мне тоже так казалось, — ответила Ширли-Энн, — когда мисс Чилмарк начала говорить про свою древнюю родословную и прочую аристократическую чушь, которой люди вроде нее пытаются оправдывать свои претензии. Но на самом деле она слабая. Легко впадает в панику.

— Вы имеете в виду эпизод с собакой?

— Да, с собакой Руперта.

— Вы уверены, что все было по-настоящему?

Ширли-Энн нахмурилась:

— Хотите сказать, что она это разыграла? Нет, не думаю. Может, она себя и накручивала, но это другое дело. На прошлой неделе был еще один инцидент с Марлоу — так зовут пса, — когда тот отряхнулся посреди комнаты, и нас всех забрызгало. Мисс Чилмарк потом неделю вспоминала этот случай. И в начале следующей встречи, еще до прихода Руперта, она просила остальных поддержать ее и изгнать собаку. Так что, когда та на нее набросилась, это произошло на самом деле, я уверена.

— Гипервентиляция?

— Да.

— Значит, Руперт всегда ее бесил?

— Именно так.

— Вы не заметили, как она вела себя с другими мужчинами?

Ширли-Энн вопросительно подняла брови. Даймонд попробовал зайти с другой стороны.

— Мисс Чилмарк — нервная и пугливая женщина. Ее не смущает общение с мужчинами?

— По крайней мере, она этого не показывает. По-моему, она отлично ладит с Майло, помогает ему расставлять стулья, когда они приходят раньше всех.

— А Сид Тауэрс? Он ее не смущал?

— Не думаю. Как и все, она вела себя так, словно его вообще не существовало. Наверно, это самый лучший способ общаться с такими застенчивыми людьми.

Даймонд пошел дальше:

— Мне очень интересно услышать ваше мнение, мисс Миллер. Вы знаете, что Сид был убит в тот же вечер, и видели все, что происходило на собрании. У вас есть какие-нибудь версии?

— Насчет того, кто это сделал? Нет.

— И никаких подозрений?

— Ну… — Она замолчала, наливая кипяток в заварочный чайник. — Тогда их не было.

— А теперь? — не уступал Даймонд.

Ширли-Энн попыталась сдержаться, но это было выше ее сил.

— Подозрения — слишком громко сказано.

— Тогда как вы это называете — прозрением? Или женской интуицией?

Удар попал в цель, но результат оказался противоположным тому, что он ожидал. Ширли-Энн воинственно вскинула голову.

— Как вам подать чай — в чашке или просто вылить на голову?

В этот трудный момент Джули продемонстрировала свой пример «женской интуиции»: она быстро вмешалась в разговор, но на стороне Ширли-Энн.

— Ох, до чего знакомая история! — воскликнула она. — Это его вечная пластинка. Вы не поверите, какие вещи он говорит иногда женщинам! Не дай бог хоть намеком сказать что-нибудь такое, что не основано на железной логике или здравом смысле. Интуиция, как же!

Даймонд сидел с таким ошеломленным видом, словно ему на плешь действительно вылили содержимое чайника. Но поскольку он полностью лишился дара речи, говорливая Ширли-Энн тут же заполнила пробел.

— Вы правы. Мне действительно кое-что известно. Но я не хотела говорить.

— Так скажите — ради чести женщин, — предложила Джули, рискуя переиграть.

Но Ширли-Энн, разгорячившись, откровенно выложила всю историю про надпись на витрине и про то, как ее потом стер Барнаби, муж Джессики.

— Все это факты, — закончила она. — К черту интуицию.

Неожиданный маневр Джули застал Даймонда врасплох, но результат его вполне устроил.

— «Сид — ее работа», так там было написано?

— Ну, да.

— И вы сами это видели?

Поддержка Джули придала женщине уверенности.

— Разве я уже не сказала? Джессика буквально ткнула меня носом в стекло.

— С вами был кто-нибудь еще?

— Ее муж, Барнаби, и Эй Джей, художник.

— Мы видели Эй Джея, — вставила Джули. — Похоже, он много времени проводит в галерее.

— Это еще мягко сказано, — подхватила Ширли-Энн, окончательно забыв про осторожность. Женская солидарность с Джули полностью ее преобразила. — Удивляюсь, как ее муж это терпит.

— Терпит что?

— Ну, я тут как-то встретила их на берегу канала: гуляют, точно супружеская пара.