Ищейки - Питер Ловси

Полли Уайчирли жила одна в небольшом доме на тихой улочке за университетом. Одинокая роза в ее маленьком саду еще цвела, хотя была осень. Как только полицейские ступили на дорожку, на крыльце включилась яркая лампа.

— Мне бы такую безопасность, — прокомментировала Джули.

— Наверно, у нее просто нет пары больших собак.

Подходя к дому, Даймонд поднял голову и заметил на фасаде охранную сигнализацию. Но собак действительно не было. После звонка они услышали шаркающие шаги и звук отпираемого замка. Дверь приоткрылась на ширину стальной цепочки, и женский голос осторожно спросил: «Кто там?» Даймонд представился и показал в щель свое удостоверение.

Цепочка со звяканьем опустилась.

— Пока мы не вошли, — остановил ее Даймонд, — скажите, вы действительно мисс Полли Уайчирли, мэм?

Женщина подтвердила, что это она.

— Тогда все в порядке, — кивнул детектив и добавил, подмигнув Джули: — Осторожность никогда не помешает.

Но Полли Уайчирли приняла его шутку всерьез.

— Вы правы, — пробормотала она, полностью открыв дверь. — Только послушаешь, какие ужасы творятся в наше время… Даже в собственном доме не чувствуешь себя в безопасности.

Еще бы, подумал Даймод, когда они вошли в прихожую. Она была увешана предметами, которые говорили о чем угодно, только не о безопасности: зулусский щит, два скрещенных дротика, леопардовая шкура, боевой барабан и что-то похожее на шаманскую маску. С некоторым облегчением он перешел в гостиную, где все стены были закрыты книгами, аккуратно расставленными на полках и завернутыми в прозрачные обложки. Впрочем, облегчение длилось только до тех пор, пока он не прочитал заголовки на корешках. «Поцелуй меня насмерть», «Зверь должен умереть», «Кровавые деньги», «Труп в бильярдном зале». На одной из полок стоял открытый ящик с набором дуэльных пистолетов. Очевидно, отгородившись крепкими замками от всех ужасов внешнего мира, эта приятная седая дама садилась в уютное кресло, окруженная со всех сторон оружием, и погружалась в мир жестоких преступлений и убийств. В ее доме царил полный порядок. Но ему почему-то больше нравился кавардак у Ширли-Энн.

— Я плохо разбираюсь в книгах, — заметил Даймонд, чтобы начать беседу; он сидел на неудобном диванчике с стиле «хэпплуайт» с деревянными подлокотниками и спинкой, — но мне кажется, у вас просто замечательная коллекция. Сразу видно, что вы приложили к этому много сил.

— Вы про целлофановые чехлы? Они защищают суперобложки от пыли, — объяснила она, словно это было самым обычным делом.

— Вам не кажется, что это нечестно по отношению к суперобложкам?

— Почему?

— Может, они не хотят, чтобы их защищали. Может, они хотят выполнять свою функцию.

Она оценила его юмор и рассмеялась.

— От пыли они потеряют свою ценность.

— Значит, это капиталовложение?

— Намного больше, — ответила Полли. — Вы не представляете, какое я испытываю наслаждение, когда мне в руки попадает хорошее первое издание.

— В суперобложке?

— Без них нельзя.

— Но ведь книга все равно останется той же самой, не важно, будет она в чистеньких обложках, как у вас, или просто завернута в старую газету.

— Разумеется, — кивнула она. — Наверху у меня полно книг для чтения.

— А эти вы не читаете?

— Нет.

— И что у вас там наверху? Тоже детективы?

Полли улыбнулась.

— Мой дорогой суперинтендант, в этом нет ничего странного. Очень многие любят детективную литературу, от премьер-министров до обычных людей вроде меня. Пока был жив мой муж, я почти ничего не читала. Мы все время путешествовали. Но в последние двенадцать лет я пристрастилась к детективам.

Даймонду не пришлось направлять разговор в нужное русло. Полли сама заговорила об «Ищейках».

— Вот почему я решила основать клуб. Ходить на собрания, встречаться с единомышленниками, общаться с людьми, с которыми у тебя много общего, — это очень здорово. Наша группа существует уже шесть лет. Боюсь, эта ужасная трагедия положит ей конец. Я уже отменила следующее собрание. Только представьте, как бы это выглядело! Мы бы просто таращились друг на друга и думали, кто из нас убийца. Сомневаюсь, что кто-то вообще смог бы говорить о книгах. Хотите чаю?

— Нет, спасибо.

— Может быть, вы, инспектор Харгривз?

— Нет-нет, — ответила Джули. — Мы только что перекусили.

— Но хороший чай — совсем другое дело. Или лучше кофе? Я как раз собиралась заварить себе чашечку.

Даймонд покачал головой.

— Если вы не против, давайте поговорим о том вечере, когда убили Сида Тауэрса.

— У меня есть без кофеина, если хотите, — добавила Полли, недовольная их отказом. Очевидно, она считала своим долгом проявить максимум гостеприимства. А может, просто хотела использовать время на кухне, чтобы собраться с мыслями.

— Насколько я знаю, вы пришли на встречу первой.

Миссис Уайчирли кивнула.

— Да, хотела загладить свое прошлое опоздание. Я случайно уронила ключи от машины в сточную канаву на Нью-Бонд-стрит. Мне удалось их вытащить, но я ненавижу опаздывать, поэтому в следующий раз постаралась прийти пораньше. Все-таки я должна вас чем-то угостить. Может, хотите выпить?

— Нет, спасибо. Вы приехали на машине?

— Да, как обычно. Можно было сесть на автобус, но тогда бы пришлось идти пешком до остановки поздно вечером, а вы знаете, что осторожность…

— Никогда не помешает.

Она улыбнулась.

— В общем, я приехала первой. Сид появился немного позже.

— Вы не заметили ничего странного в его поведении? Может быть, он нервничал или что-то в этом роде?

— Нет, все было как обычно, даже лучше. Он что-то говорил во время встречи.

— Не помните, что именно?

Полли потрогала пуговицу на своем кардигане.

— Попытаюсь вспомнить. — После паузы она ответила: — Да, вначале, когда кто-то спросил, все ли на месте, он сказал, что нет Руперта и что он всегда опаздывает. Это и в самом деле так.

— Что-нибудь еще?

Полли задумалась.

— Мы говорили о пропавшей марке. Мисс Чилмарк предположила, что мы сможем пролить свет на эту тайну. Кто-то — кажется, Джессика, — выдвинул идею, что это сделал фанатик-коллекционер. Она обрисовала портрет мужчины средних лет с каким-нибудь умственным дефектом, а Сид ее перебил, сказав, что это вполне может быть и женщина.

— Он произнес всю фразу целиком?

— Нет, просто добавил: «Или женщина», — но это было замечание по существу и притом совершенно справедливое. Потом до конца вечера он, кажется, ничего не говорил. Зато в нужный момент дал Джессике пакет. Вы, наверно, слышали про приступ мисс Чилмарк?