Хуже не будет - Владимир Колычев

– Бред.

– Я тебе не следователь и дело тебе шить не собираюсь, – немного сбавил тон Юрий Сергеевич. – Так что не нужно здесь ершиться… Я знаю, что ты состоял в преступной группировке некоего Прокурора. Серьзная организация, и рынок держала солидный, на тридцать-сорок миллионов долларов в год.

– Ты даже это подсчитал, – язвительно заметил Кирилл.

– Не я. Это оперативная информация… Или ты думал, что в милиции про вас ничего не знают? Есть даже предположение, что это ты убил Прокурора.

– Упс! – Кириллу пришлось поднапрячься, чтобы изобразить хорошую мину при плохой игре.

– Ты, наверное, даже и не знал, что тебя подозревают? – пристально посмотрел на него отец.

– Ну, я же не совсем идиот.

– Ты его убил?

– Без комментариев.

– Понятно… В розыск на тебя подавать не стали. Не было доказательств, чтобы подкрепить эти предположения. Да и зачем стараться, если смерть Прокурора пошла обществу на благо?

– Я слышал, его сожгли заживо.

– Нет, сначала убили, а потом сожгли.

– Не знаю, в подробности не вникал.

– Мне твое признание ни к чему.

– Да мне и не в чем признаваться…

– А деньги? Я-то знаю, что квартиру ты купил на криминальные деньги. Ты можешь говорить что угодно, но тебе меня не переубедить.

– А зачем это мне надо, переубеждать тебя?

– Тебе надо задуматься над своим положением. Не все у тебя гладко, сынок. Если вдруг спросят, на какие шиши ты купил квартиру, что ты ответишь?

– Кто спросит?

– А хотя бы налоговая.

– Квартира на маму записана. Она инвалид, живет на пенсию, ей декларацию подавать не надо. Кто потребует у нее отчет?

– Отчет могут потребовать у фирмы, которая продала тебе квартиру.

– Может, и потребуют. Но сами они точно не подадут. Кризис у них, с клиентами туго…

– Хорошо, если никто не узнает. Ну а если все-таки спросят?

– У Инги родители неплохо зарабатывают.

– Тогда почему квартира на твою маму оформлена?.. Это не я спрашиваю, а тот, кого бояться нужно.

– Я никого не боюсь.

– А зря… Время сейчас такое, за грязные деньги спросить могут. И раньше за это спрашивали, а сейчас тем более…

– И что мне делать? – Кирилл внимательно посмотрел на Юрия Сергеевича.

– Что-что… За отца держаться. Скажешь, что я деньги дал. У меня их много, мне поверят…

– Твоя жена уже поверила.

– Это отдельный разговор… – занервничал Юрий Сергеевич. – Даже не знаю, как она вас здесь нашла.

– Но ведь нашла.

– Решила, что это я тебя финансирую…

– Мне все равно, что она там решила.

– Ты извини, если она вам тут нагрубила.

– А она может нагрубить?

– Ну, нахамить вряд ли, а нагрубить может.

– Разве это не одно и то же?

– Нагрубить можно тонко. Виолетта это умеет… А вообще, она хорошая.

– Рад за тебя.

– А я за тебя. Инга – прекрасная хозяйка. И маме твоей нравится… Нашей маме, – немного подумав, поправился Юрий Сергеевич.

И с опаской посмотрел на сына, ожидая получить отпор. Но Кирилл не стал одергивать его. Не до того.

– Это правда, что ты дом собираешься строить?

– Виолетта против? – насмешливо спросил Кирилл.

– Ну, я спрашивать не стану… Просто не думаю, что тебе нужно спешить. Если у тебя еще остались деньги, ты мог бы вложить их в ценные бумаги. Они будут работать, а ты будешь получать дивиденды… Я тебе, конечно, буду помогать, но все же приятней жить на свои деньги. Жаль, конечно, что они криминальные, но кто не грешен…

– Что ты хочешь этим сказать?

– То, что ты можешь рассчитывать на меня. Что было, то было. Лишь бы ты за старое не взялся… Да, хочу спросить, но боюсь. Парень ты резкий… С наркотиками у тебя точно ничего?

– Не курю, не колюсь, не нюхаю. И не было этого никогда. Ты это хотел узнать?

– Пойми, я переживаю за тебя.

– Раньше надо было переживать, когда меня это дерьмо втягивало. Сначала наркоту разносил, потом сел за это, потом еще глубже увяз… Сам увяз, сам выбрался. И сам свою жизнь рисовать буду.

– Я могу только догадываться, каких бед ты натворил в прошлом. Но я горжусь тобой, сынок. Ты сильный человек… Не побоюсь этого слова, весь в меня. Мне тоже приходилось больно падать. Ничего, выжил. И поднялся… И с криминалом, увы, приходилось иметь дело, как по ту, так и по эту сторону баррикад. Но все это уже история… Есть моменты, о которых не хочется вспоминать. Да я и не вспоминаю! И ты все забудь!

– Уже забыл.

– Вот и правильно… Но если вдруг прошлое само вспомнит о тебе, ты уж, будь добр, обращайся ко мне. У нас есть служба безопасности. Вполне серьезная организация.

– Верю.

– Ну вот и отлично… Да, кстати, Виолетте я сказал, что деньги на квартиру я дал и на машину тоже. Честно скажу, ей это не понравилось, но все-таки она смирилась. Даже более того, мы ждем вас на следующей неделе в гости.

– Вместе с мамой?

– Ну, если мама захочет, – замялся Юрий Сергеевич.

– Не захочет, – успокоил его Кирилл.

– Поверь, Лена много для меня значит, но Виолетта не хочет этого понимать… С Ингой приходите. Я позвоню, скажу, когда приходить, в пятницу или субботу.

– Отец, может, не надо напрягаться? Не принимает меня Виолетта. И не надо. И мне с ней не интересно, и тебе не париться. Лучше ты к нам приезжай, в любое время…

– Заметь, ты назвал меня отцом, – улыбнулся Юрий Сергеевич.

– Ну, я же тебе нужен.

– Очень… Хочешь ты этого или нет, но нам нужно держаться друг за друга.

– Я рад, что ты меня понимаешь.

– Поверь, я совсем не такой добрый, каким хочу казаться. Но ты мой сын… Если вдруг какие проблемы, обращайся ко мне напрямую. Телефон у мамы… Да, как у тебя с учебой?

– Плохо, – улыбнулся Кирилл.

– Что так?

– Пробелов много. Английский – так вообще сплошное белое пятно. Ну, не совсем уже сплошное, но хорошего мало. Голова уже разваливается от этой учебы.

– Ничего, ты – мой сын, ты прорвешься… Я так понял, ты в МГУ собираешься. На какой факультет?

– На философский. Хочу осмыслить свою прошлую жизнь. Если в ней был какой-то смысл… А если серьезно, то на экономический. Деньги у меня еще есть, хочу свое дело открыть.

– Деньги твои отмоем и дело поможем открыть. Ты, главное, человеком будь… Ну ладно, поеду я. А ты давай уроки учи; я завтра у Инги спрошу, может, нагоняя тебе дать нужно.