Клятва смерти - Нора Робертс

— Это, пожалуй, годится.

— Чистый шелк, сатинированный на лифе и бретелях. А на спине… — Адриана перевернула рубашку. Глубокий низкий вырез пересекали узкие ленточки атласа. — Мне очень нравится спина.

— Да, это годится, — повторила Ева.

— Хорошо бы у вас была с собой ее фотография. Это очень важный подарок. Он должен подходить идеально.

— Хотите фотографию? — Ева была немного растеряна, но головы не потеряла. Она извлекла свой КПК, заказала стандартную проверку Луизы Диматто, потом повернула экран к Адриане и показала ей идентификационное фото. — Вот Луиза.

— О, это чудесно! Ну разве она не красавица? Не могли бы вы дать его мне? Чтобы я могла сканировать… Только фото.

— Ну что ж…

— Тебе понравится, — шепнул Рорк.

Он взял Еву под руку и провел ее через открытую дверь в кабинет. Адриана села за компьютер, а Рорк взял Евин КПК, что-то подправил и распечатал фотографию.

— Вот, возьмите эту.

— Идеально. Мы — единственный магазин нижнего белья в городе, применяющий этот метод. И мы никогда не смогли бы себе этого позволить, если бы не поддержка Рорка. Я сканирую ее фото и введу данные, которые вы мне дали. Ее рост и вес. Теперь добавим будуарный ансамбль «Элегантный лунный». А теперь смотрите.

Компьютер выбросил луч над письменным столом, в луче заплясали световые точки. Они сдвинулись, слились…

— Мини-голограмма, — прошептала Ева.

— В каком-то смысле — да. Нужны данные для проекции, для реконструкции. И еще вот. Что вы об этом думаете?

Ева наклонилась, чтобы голограмма была на уровне глаз, и изучила изображение Луизы в лунном наряде, висящее в нескольких дюймах над столом.

— Должна признать, это круто. Очень похоже. Пожалуй, у нее не так много вот тут… — Ева пошевелила пальцами у груди.

— Сделать поменьше? — Адриана сделала корректировку.

— Ага, вот так. Классно. Будь у меня такая штука на работе… Не знаю, что бы я с ней делала, но уж я бы нашла, как ее использовать. Мы можем генерировать голограммы, но не прямо с компьютерной станции. Их чаще используют в лаборатории, в судебной медицине. Реконструкция МТ.

— МТ?

— Мертвое тело.

— О!

— Извините. — Ева покачала головой и выпрямилась. — Вы попали прямо в точку. Спасибо.

— Обожаю, когда это срабатывает! Компьютер говорит — шестой размер, и я думаю, это верно, судя по вашим данным, но…

— Это были мои данные, — вставил Рорк.

— Превосходно. И все же, если почему-то этот ансамбль ей не подойдет, она может его вернуть. Я его упакую и заверну. Ну а пока… «Мини-водопад», не так ли? У нас уже есть ваши данные, так что это займет всего минуту.

Ева моргнула и даже не смогла слова сказать. Луиза испарилась, и она увидела свое собственное изображение в короткой, почти прозрачной рубашке.

— Вот черт…

Адриана засмеялась.

— Она на вас отлично смотрится. Вы никогда не ошибаетесь, — повернулась она к Рорку.

— Это мы тоже купим.

Ева сглотнула, приказала себе отвернуться и не смогла.

— Вы не могли бы это выключить? Меня это как-то смущает.

— Да, конечно. — Продолжая улыбаться Еве, Адриана отключила изображение. — Не хотите ли еще что-нибудь заказать, пока вы здесь? Трикотажек у вас хватает?

— Чего хватает?

— Трикотажных лифчиков. Я знаю, на работе вы предпочитаете их классическим бюстгальтерам.

Ева открыла было рот, но не смогла издать ни звука.

— Ей не помешает с полдюжины, — сказал Рорк.

— Я об этом позабочусь.

— Я в вас никогда не сомневался. — Рорк наклонился и поцеловал Адриану в щеку. — У нас с женой ужин в ресторане. Не могли бы вы все это упаковать, записать на мой счет и отослать?

— С удовольствием. Поздравляю с удачной покупкой, лейтенант.

— Спасибо.

— Передайте наши наилучшие пожелания Лив, — добавил Рорк и вывел Еву из магазина.

— Она знает, что я ношу под одеждой. Она знает, как я выгляжу голой. Это ужас какой-то!

— Это ее работа, как она ее понимает, — возразил Рорк. — И как бы она тобой ни восхищалась, Адриана верна Лив.

— Да не в этом дело. Не в этом дело, — повторила Ева. — И люди еще удивляются, почему это я терпеть не могу ходить по магазинам. Ты что-то про вино говорил… «Разопьем бутылочку»… Так вот, я хочу этого вина. Много и сразу. Большой-большой бокал.

— Об этом я позабочусь.

Он обнял ее за плечи, поцеловал в висок, и они двинулись на другую сторону Мэдисон-авеню.

«Как это хорошо, как это правильно, — думала потом Ева, — иногда вспоминать, что у тебя есть собственная жизнь. Отойти от работы, забыть о ней хоть на несколько часов, посидеть за столиком на открытой веранде, практически на улице, теплым майским вечером, попивая хорошее вино и поедая вкусную еду, с человеком, которого любишь». Она наклонилась к Рорку.

— Считай, что это вино во мне говорит.

Рорк тоже подался к ней, их лбы почти соприкоснулись.

— Ладно.

— Ты никогда не ошибаешься, это она верно заметила.

— Насчет ночной рубашки?

— Ну, это ты себе подарок сделал, и мы оба это знаем. Не только насчет рубашки. Насчет ужина. Здесь, в этом ресторане. Насчет нас. И это хорошо.

— Да, это хорошо.

— А я делала тебе подарки, хорошие подарки? Не помню.

— Ева! — Он накрыл ладонью ее руку на столе. — Я думаю, ты прекрасно знаешь ответ на этот вопрос.

— Это вино во мне говорит.

— Возможно. А может, это я грамотно рассчитал, как нарядить тебя в эту ночную рубашку, а потом снять ее.

— Ловкий жулик. — Ева выпрямилась, откинулась на спинку стула и глубоко вздохнула, глядя на спешащих мимо людей, на проносящиеся машины. Скорей, скорей, скорей… — Это хороший город, — сказала она тихо. — Не прекрасный, не идеальный. В нем есть неприятные места, есть жестокость. Но это наш город, мы оба его выбрали.

— Кстати, я никогда тебя не спрашивал, почему ты выбрала его.

— Хотела сбежать. — Ева сама удивилась своим словам и нахмурилась. — Кажется, это опять вино во мне говорит, но именно эта мысль первой пришла мне в голову. Отчасти дело было в этом. Это огромный город, он достаточно велик, чтобы проглотить меня и спрятать, если бы я захотела. Большие скорости, а мне хотелось скоростей, высоких темпов, больших толп. Работа. В то время работа была мне нужнее дыхания.

— И сейчас мало что изменилось, — усмехнулся Рорк.