Шесть соток для Робинзона - Дарья Донцова

Я вздрогнула.

– Откуда?

– Рекомендацию ей писала по всей форме, – всхлипнула бывшая горничная, – с указанием паспортных данных. Она мне документ дала. А потом я еще с Викторией разговаривала, нахваливала девицу: «Она живет в столице на бульваре Матросова, дом один, квартира один».

Я не поверила своим ушам.

– Ротова показала удостоверение личности?

Ирина кивнула. Я недоумевала. Преступница редкостная идиотка? Или невероятно наглая, самоуверенная барышня, считает, что может выкрутиться из любой патовой ситуации, и полагает, будто весь мир состоит из дураков? Впрочем, скорей всего паспорт фальшивый. Но все равно надо съездить на бульвар Матросова. И лучше мне отправиться туда ближе к вечеру – навряд ли Ротова сидит днем дома. Правда, я думаю, по указанному адресу не найдется никакой Алены.

Я встала, сухо попрощалась с Ириной и хотела направиться к выходу, но Зимина схватила меня за руку.

– Дашенька, погодите!

Я вырвала ладонь из ее цепких пальцев, машинально провела рукой по юбке и спросила:

– Чего вы хотите?

– Вы мною брезгуете? – плаксиво заканючила Зимина. – Видела, как сейчас ладошку-то вытирали. Пожалуйста, умоляю, никому не говорите про сифилис! Я сдаю анализы регулярно, ничего у меня нет, я здорова. Хотите на колени встану? Не ломайте мне жизнь!

– Не сомневаюсь, что от сифилиса вы излечились, – сказала я. – В наше время эта болезнь не фатальна, хорошо поддается лечению, не пятнадцатый век на дворе. Но куда деть моральную сторону вопроса? Вы должны были пообещать Алене содействие и тут же кинуться к Ивану Гавриловичу с рассказом о том, что в его дом с непонятной целью рвется дурной человек. Однако вы предпочли поступить иначе – впустили, образно говоря, лису в курятник.

– По-вашему, я виновата в том, что они все умерли? – закричала Ира, забыв про посетителей кафе.

– Неужели вы думали, что Алена хочет попасть в дом Стебункова из нежной любви к нему? – усмехнулась я.

Ирина опустила голову, а я почти бегом поспешила к выходу. Продолжать беседу с Зиминой категорически не хотелось.

Мой мобильный ожил, едва я села за руль.

– Слушаю, – буркнула я.

И тут же разозлилась на себя. Ну, когда я приучусь смотреть на экран, чтобы сначала узнать, кто желает со мной общаться, и уж потом принимать вызов?

– Добрый день, – проворковал Феликс Жанович. – Как дела?

– Прекрасно, – бодро ответила я, – лучше не бывает.

– Сегодня изумительная погода, – зачирикал Маневин, – можно съездить на пикник.

От последнего слова меня передернуло и вдруг накатило раздражение. По какой причине милейший Феликс Жанович усиленно пытается завязать дружбу с не очень симпатичной, не богатой, не знаменитой женщиной? Он вроде бы случайно столкнулся со мной во дворе дома Вадима, почти сразу пригласил в дорогой ресторан, в «Библиотеку», и в итальянскую тратторию, а сегодня намерен отвезти меня на природу. Что ему надо?

– Предлагаю воспользоваться солнечным деньком, – пел антрополог. – Московская погода капризна, а по выходным она, похоже, за что-то мстит жителям мегаполиса. Едва приближается вечер пятницы, как начинаются нудные дожди, которые прекращаются лишь в ночь с воскресенья на понедельник. Давайте сейчас поведем себя, как школьники-прогульщики? Возьмем и сбежим с работы подышать свежим воздухом? Предлагаю на выбор: Архангельское или Царицыно.

– Отличная идея, – тщательно скрывая раздражение, произнесла я, – но у меня полно работы.

– Не хотите в лесопарковую зону? – неправильно понял меня Маневин. – Есть другой вариант – трактир на берегу Москвы-реки. Один мой знакомый открыл ресторацию вблизи Северного речного вокзала. Любите рыбу? Креветки? Давайте через полтора часа я встречу вас на Ленинградском шоссе…

– Спасибо, но я не успею, – решительно отвергла я любезное предложение. – Спешу на бульвар Матросова, там у меня неотложная встреча, которую я не смогу завершить быстро.

– Бульвар Матросова? А какой дом? – полюбопытствовал профессор.

– Номер один, – не подумав, выпалила я и тут же осеклась. Зачем Феликсу Жановичу понадобился точный адрес?

– Великолепно знаю эту улицу, – обрадовался антрополог, – у меня на ней живет… э…

Мое терпение лопнуло.

– Только не говорите, что матушка-старушка вместе со своим веселым пуделем перебралась на вышеназванный бульвар!

– Чья мама? – растерялся собеседник.

– Ваша, – ехидно уточнила я.

– Она живет в центре, – ляпнул он.

«Вот те на! А как же Чапаевский проезд, куда вы спешили после посещения магазина для животных?» – хотела спросить я, но чудом удержала язык за зубами.

– На Матросова живет ее дальняя родственница… – нашелся Феликс.

Я поняла, что не могу вежливо разговаривать с прилипчивым мужиком, и воскликнула:

– Ох, простите, въезжаю в туннель, сейчас связь оборвется!

И тут же выключила мобильный.

Жаль, я не знаю фамилии инженера, придумавшего сотовый телефон, но от всей души хочется ему сказать большое человеческое «спасибо». Теперь легко можно избавиться от утомительной беседы или избежать встречи, сказав: «Рад бы увидеться, но я на совещании», а потом, заблокировав трубку, продолжать наслаждаться кинофильмом. Мобильный очень облегчил жизнь лгунам!

В дверь квартиры на бульваре Матросова я позвонила, уверенная, что не услышу никакого ответа – хозяева сейчас точно находятся на работе. Но ничего, я их подожду.

И вдруг створка распахнулась безо всяких предварительных вопросов.

– Вы ко мне? – удивилась девушка, сидящая в инвалидной коляске. – Мы договаривались о встрече?

– Простите за беспокойство, я ищу Алену Ротову, – смутилась я.

– Уже нашли, – весело сообщила девушка. – Проходите в комнату.

Я быстро скинула туфли, поспешила за хозяйкой, очутилась в большой студии и не удержалась от восклицания:

– Какой оригинальный интерьер – вместо окна большая балконная дверь!

Алена подъехала к длинному столу, на котором стояло несколько компьютеров.

– После аварии, усадившей меня в инвалидное кресло, я впала в депрессию. Почти год рыдала и жалела себя, сидела взаперти. Вкусила все прелести существования инвалида: в лифт не въехать, из дома не выбраться, пандуса-то у подъезда нет, друзья разбежались, жених быстро испарился, денег пшик, государство колясочникам платит медные гроши… Дошло дело до мыслей о самоубийстве. А потом такая злость меня взяла! Что я, совсем рохля? Научилась пользоваться компьютером, переехала сюда, на первый этаж, поставила вместо окна дверь. Много времени потребовалось, пока БТИ разрешение на переделку выдало, пришлось на взятку чиновницам раскошелиться. Зато теперь я ни от кого не завишу, сама езжу в магазин.