Шесть соток для Робинзона - Дарья Донцова

– Не имею отношения к полиции, – сказала я, отхлебывая очень вкусный чай.

– Почему тогда спросили про паспорт? Откуда узнали о его потере? – насторожилась Алена.

– Вы смотрите «КримТВ»? – спросила я.

– Не люблю детективные сюжеты, и в обыденной жизни хватает жестокости, – поморщилась Ротова. – Я предпочитаю романтические комедии. Использую телик как экран DVD-проигрывателя, в основном для просмотра таких лент.

Я вкратце рассказала Алене историю, случившуюся со Стебунковым.

– Вот жуть! – поежилась она. – Значит, мой паспорт попал в руки преступницы?

– Похоже на то, – кивнула я. – Теперь понятно, почему шантажистка столь смело показала его Ирине Зиминой.

– А вы приехали сюда с желанием найти убийцу? Смелый поступок! – восхитилась Ротова.

– Если честно, я предполагала, что здесь живет кто-то, никогда не слышавший об Алене, – призналась я, – думала, документ поддельный. Но на всякий случай решила проверить, увидела вас…

– Сообразили, что девушка-инвалид не способна прикидываться горничной, и сделали вывод: Ротова потеряла удостоверение личности, – перебила меня Алена.

– Верно, – кивнула я.

Дизайнер пересекла комнату, открыла шкаф, достала оттуда папку и потрясла ею.

– Хотите посмотреть? Здесь заключение врачей, снимки, исследования на томографе – подтверждение того, что я не могу ходить.

– Зачем мне бумаги? – не поняла я.

– Чтобы удостовериться, что я не обматываю вас, – серьезно пояснила Ротова. И с грустью добавила: – На самом деле я не могу встать. К великому сожалению.

– Не думала, что вы лжете, – растерялась я. – При одном взгляде на вашу квартиру становится ясно: в ней живет неходячий человек, тут все устроено для колясочника.

– Если вы не имеете отношения к полиции, то почему занялись расследованием? – полюбопытствовала Алена. – Ой, знаю, вы частный детектив!

– Разве я похожа на сыщика? Нет, не имею никакого отношения к разыскным структурам, ни к государственным, ни к коммерческим, – заверила я. – Просто…

На подоконнике зазвонил телефон, Алена, находившаяся в противоположном конце комнаты, замешкалась, разворачивая коляску, и не успела поднять трубку, включился автоответчик.

– Аленка, подойди! – зазвенел высокий девичий голос. – Это Вера Никифорова. Ау, ты где? Макс оставил для тебя билет на входе, как всегда, на мою фамилию. Надеюсь, ты ее не забыла? А то, похоже, мой номер телефона выкинула из памяти, неделю уж не звонишь. Все работаешь? Выбери время поболтать со мной. Бай-бай!

Раздались гудки. Дизайнер подъехала к подоконнику, взяла трубку, зачем-то засунула ее в кресло под подушку и посчитала нужным дать объяснения:

– Я дружу со многими заказчиками. Сдам работу, а потом поддерживаю отношения. За Верой сейчас ухаживает актер, а я обожаю театр. Вот Макс и снабжает меня контрамарками. Давайте еще по кружечке выпьем? Заварю ройбуш. Пробовали его?

– Не довелось, – призналась я. – Это чай?

– Кустарник, – начала вводить меня в курс дела Алена, открывая одну за одной банки. – Вкус обалденный! Так, чуток корицы, немного кардамона… Я не люблю готовый сбор, предпочитаю сама составлять. Пряности лучше брать свежие, хранить их в стекле… Ну, пробуйте!

Я взяла протянутую кружку и сделала большой глоток.

– Потрясающе!

– Не понравилось, – расстроилась Алена, – чуть отпили и отставили.

Чтобы не обижать гостеприимную хозяйку, я почти залпом проглотила ароматный напиток и повторила:

– Потрясающее.

– Какая у вас квартира? – вдруг спросила Ротова.

– Маленькая, однокомнатная, – ответила я.

– Хотите, посмотрю на нее и подскажу, как изменить интерьер, чтобы она стала больше? – предложила Алена.

– Навряд ли можно раздвинуть стены, – грустно сказала я и схватилась руками за стол.

– Что с вами? – забеспокоилась хозяйка. – Вы сильно побледнели.

Я с трудом встала. Пол закачался под ногами, стены стали складываться вместе, потолок поехал вниз.

– Плохо, да? – как сквозь вату, донесся голос Ротовой. – Вероятно, аллергия на ройбуш, вам надо прилечь. Пройдите к дивану.

Перед моими глазами затряслась серая дымка, воздух из комнаты начал исчезать с катастрофической скоростью.

– Вера, – громко сказала Алена, – немедленно приезжай! Брось все!

Имя петардой взорвалось в моей голове. Вера! Вера Никифорова! Откуда-то из черноты возник баритон Георгия Яковлевича Роха: «Вера поступила эгоистично. У Никифоровой и так горе, любимый муж погиб, так еще и дочь взбрыкнула». Затем снова прозвучали слова из автоответчика Ротовой: «Это Вера. Никифорова… билет на мою фамилию…»

Я сделала шаг в сторону. Мысли путались. Они казались очень важными, но никак не желали выстраиваться в четкую линию. Погиб в машине… украли документы… люди теперь думают лишь о деньгах… сейчас бы Шекспир не написал «Отелло»… Марина совершила должностное преступление… Вадим – белый негр… сафари… шашлык из крокодила… «Горная капля»…