Чернильно-Черное Сердце (ЛП) - Джоан Роулинг

— Не играй со мной в гребаные игры, — прорычал Страйк. — Ты чертовски хорошо знаешь, что если бы я считал, что любая женщина должна быть избита, у нас бы не было этого разговора, потому что ты уже была бы мертв.

— Очаровательно, — сказала Шарлотта.

— Ты согласилась выйти за Джейго только потому, что думала, что я приду, ворвусь на свадьбу и помешаю тебе, что я приду к тебе на помощь, и все равно, блядь, все получится. Ты мне так и сказала: “Я не думала, что ты позволишь мне это сделать.

— Ну и что? — нетерпеливо спросила Шарлотта. — Куда все это нас приведет? Ты собираешься помочь мне раздобыть что-нибудь на Джейго, да или нет?

— Нет, — сказал Страйк.

Наступило долгое молчание. Целую минуту Шарлотта смотрела на него, и она показалась ему ужасно знакомой, смертельно желанной и совершенно раздражающей.

— Хорошо, дорогой, — сказала она отрывистым голосом, наклонилась, чтобы поднять сумочку, и снова поднялась на ноги. Не забывай об этом разговоре, когда будешь пытаться свалить на меня то, что произойдет дальше. Я просила тебя помочь мне остановить это. Ты отказался.

Она разгладила кашемировое платье. Ему стало интересно, сколько времени она потратила на то, чтобы решить, что надеть для встречи с ним. Ее скромный стиль, часто восхваляемый модными журналами, был, как он знал, результатом тщательного обдумывания. Теперь она, как обычно, ждала, пока он откроет ей дверь; как часто она, утверждавшая, что презирает среду, в которой родилась, вдруг решала, что ей нужны манеры старого мира от парня, который большую часть своей ранней жизни провел в убожестве?

Страйк с силой распахнул дверь. Когда она проходила мимо него, он почувствовал запах “Шалимара”, и ему стало противно от того, что он его узнал.

Робин, читавшая распечатанный ранее документ, подняла глаза. Ее голубое платье, которое ей нравилось, казалось ей посудной тряпкой по сравнению с качеством одежды Шарлотты: каждая вещь, которую носила Шарлотта, как знала Робин, нуждалась в специальной чистке.

— Коротко, но мило, — сказала Шарлотта, улыбаясь Робин. — Приятно наконец-то встретиться с вами как следует. Думаю, мы уже пару раз разговаривали по телефону.

— Да, — сказала Робин, зная, что на заднем плане на нее зыркает Страйк, но постаралась вежливо улыбнуться.

— Забавно, — сказала Шарлотта, рассматривая Робин, наклонив голову на одну сторону, — вы немного похожи на Мэдлин.

— На кого, простите? — сказала Робин.

На девушку Корма, — сказала Шарлотта, оглядываясь на Страйка, ее улыбка была ангельской. — Разве вы с ней не знакомы? Мэделин Курсон-Майлз. Она просто прелесть. Дизайнер ювелирных изделий. Я только что поработала моделью для ее новой кампании. Ну, пока, Корм. Береги себя.

Шок выплеснулся из мозга Робин, заморозив ее внутренности. Она отвернулась от Страйка, делая вид, что проверяет принтер, хотя прекрасно знала, что все, что она хотела распечатать, уже у нее в руках. Дверь закрылась за Шарлоттой.

— Много о себе возомнила, вот эта, — фыркнула Пэт, возвращаясь к печатанию.

— Она не психически неуравновешенная, Пэт, — сказала Робин, стараясь говорить непринужденно, даже весело. Она слышала, как Страйк вернулся во внутренний кабинет. — Не Гейтсхед.

— Она такая, — сказала офис-менеджер низким кваканьем, которое перешло в шепот. — Я читала газеты.

— Ну что, будем догонять Аноми? — спросил Страйк от стола партнеров, где он наконец-то сел.

— Это будет быстро, — сказала Робин, стараясь говорить исключительно по-деловому. — Я встречаюсь с Илсой, чтобы выпить и поужинать позже.

Времени было более чем достаточно, чтобы добраться до Боба Рикарда, но Робин вдруг ощутила желание как можно скорее убраться подальше от Страйка. Холодное, липкое внутреннее чувство не проходило, а вместе с ним и небольшие толчки, которые, как она боялась, предвещали состояние, в котором она не сможет притвориться равнодушной к только что услышанным новостям.

— Я распечатала это для тебя, — сказала она, проходя в кабинет. Ты хотел получить информацию о блоге Перо Правосудия. Это все, что у меня есть на данный момент.

У Страйка отвисла челюсть, и он выглядел разъяренным. Робин черпала мужество в том, что он не притворялся, что визит Шарлотты его не затронул.

— Ты не говорил мне, что встречаешься с кем-то, — сказала она и услышала искусственно непринужденную нотку в собственном голосе. Но разве они не должны были быть друзьями? Лучшими друзьями?

Страйк бросил мимолетный взгляд на Робин, затем перевел внимание на документ, который она только что передала ему.

— Э-э… да. Так это… да, “Перо правосудия”?

— Да, — сказала Робин. О, и еще я нашла в Интернете девушку, которая утверждает, что Эди Ледвелл украла все ее идеи для “Чернильно-черного сердца”.

— Правда?

— Да, — сказала Робин, все еще стоя перед ним в синем платье, которое Страйк помнил с “Ритца. Ее зовут Кеа Нивен. Я звонила Аллану Йоману насчет нее, но он сказал, что она не может быть Аноми, потому что Эди исключила ее.

— Как она ее исключила? — спросил Страйк, все еще предпочитая просматривать записи по “Перу правосудия”, чем смотреть на Робин.

— Он сказал, что Аноми был активна в игре в то время, когда у Кеа не было доступа к компьютеру или телефону. В любом случае, — сказала Робин, желание сбежать от Страйка становилось непреодолимым, — как я уже сказала, я встречаюсь с Илсой, чтобы выпить пораньше. ты же не возражаешь, если я сейчас уйду?.

— Нет, нисколько, — сказал Страйк, которому так же хотелось остаться наедине со своими мыслями, как и Робин.

Тогда до четверга, — сказала Робин, потому что по расписанию они не должны были встречаться до этого времени, и понесла свое потрясение обратно во внешний офис, где взяла пальто и сумку, с улыбкой попрощалась с Пэт и ушла.

Страйк остался там, где она его оставила, с колотящимся сердцем, словно он только что вышел на боксерский ринг, и попытался заставить себя прочитать документ, который Робин только что вручила ему.

Заметка о блоге “Перо правосудия”

Анонимный блог “Перо Правосудия” был создан в январе 2012 года. Тот, кто за ним стоит, ведет блог в Твиттере под ником @penjustwrites. Его местонахождение скрыто. Фокус блога…

Но он не мог сосредоточиться. Бросив бумаги на стол, он отдался