Загадка Эдгара По - Эндрю Тэйлор

— Я велел своим людям стрелять в любого, кто покажется в поле зрения, — сообщил Карсуолл. — А вы приняли какие-то другие меры предосторожности?

— Вы имеете в виду капканы? Или пружинные ружья?

— Да. Я видел, как и то и другое с большим успехом использовалось в Вест-Индии. Но плантаторы, естественно, отдают предпочтение капканами, поскольку при использовании пружинного ружья существует большой риск убить нарушителя. От мертвого раба никакой пользы, а покалеченный еще сможет работать долгие годы.

— Да, я использую и капканы, и пружинные ружья, но стараюсь, чтобы все в округе об этом знали. Это своего рода профилактическая мера. Зачастую браконьеры знают, где лесничие патрулируют угодья, и попросту избегают их. Значительно сложнее установить местоположение капкана или замаскированного пружинного ружья.

— Вы правы, сэр! — громко сказал Карсуолл. — Кроме того, нужно не забывать чаще менять их местоположение.

— Но усилия того стоят. Кроме того, нужно помнить, что если поймаешь браконьера на месте преступления, то это будет уроком всей округе.

Карсуолл хихикнул:

— Пару недель назад мы поймали парня из деревни. Так ему капканом чуть ногу не оторвало, — старик поднял бокал, увидел, что он пуст, и обратился к мистеру Ноаку: — Могу ли я выпить с вами, сэр?

— С удовольствием, — вежливо ответил мистер Ноак. Сегодня он пил больше обычного, а говорил меньше.

— А в Америке вы используете капканы, сэр? — спросил у американца сэр Джордж.

Мистер Ноак провел рукой по лбу, словно прогонял непрошеные мысли.

— Да, на Юге это принято, сэр. Но я скорее знаком с капканами, рассчитанными на более мелкую дичь.

— Они действуют по такому же принципу, что и наши? — поинтересовался сэр Джордж. — Пружинный механизм и захлопывающиеся дуги с зубцами?

— Именно так. Но расстановка капканов — целая наука, причем сложнее как раз ловить с их помощью диких зверей, а не нарушителей закона. Хармвелл, мой секретарь, стал настоящим экспертом по капканам, когда жил в Канаде. Мы в основном ставим капканы на куниц, соболей, норок, выдр, бобров, ну и на медведей.

— Я видел человека, попавшего в капкан, — сказал мистер Карсуолл. — Все очень просто, нужно только приманку выложить. Ну, в зависимости от обстоятельств. Тогда это была лодка на берегу.

— Та же техника используется и с братьями нашими меньшими, сэр, — Ноак потягивал вино. — Хотя в данном случае у охотника выбор уловок шире. Иногда даже приманка не требуется. Охотник полагается на острый нюх зверя.

— Ах, — заинтересовался сэр Джордж. — Я слушал, что при охоте на выдр используется рыбий жир.

— Да, это наша любимая приманка, сэр. А еще часто используется бобровая струя[29], асафетида[30]или анисовое масло.

— Просто гениально, — восхитился капитан Руиспидж. — Превратить сильные стороны животного в его слабости.

— Давайте выпьем, капитан! — воскликнул Карсуолл. — Наполните свой бокал. Шилд, помогите капитану!

— Значит, вы не берете на охоту собак? — спросил Ноак, обращаясь ко всем присутствующим.

— Только на открытой местности, — ответил сэр Джордж. — Никогда нельзя быть уверенным, что собаки не растерзают дичь, кроме того, всегда есть риск, что они и сами попадут в капкан.

Карсуолл кивнул.

— Мы тоже не пускаем собак в заросли. Мастифы стоят немалых денег, и не хочется, чтобы они покалечились.

Он сделал глоток вина, и его лицо стало еще краснее. На мгновение повисла тишина, а потом Ноак обратился к Карсуоллу:

— Вы бывали в Британской Северной Америке[31], сэр?

— Никогда. Это край больших возможностей, не сомневаюсь, но я никогда не бывал севернее Нью-Йорка.

— Но насколько я понимаю, ваши интересы лежат как раз в той части света, — тихо заметил Ноак. — Разве во время последней войны банк Уэйвенху не развернул там активную деятельность? И вы как партнер должны были…

— Ха! Я почти ничего не знаю, — мистер Карсуолл откинулся на кресло с такой силой, что оно жалобно скрипнуло. — Да, сэр, полагаю, у нас действительно имелись интересы в Канаде, но вы должны понимать, что я не был вовлечен в непосредственное управление банком или его деятельность. Всем заправлял бедный мистер Уэйвенху, царствие ему небесное. А я был лишь пассивным партнером, как говорят в деловых кругах.

— Но ведь мистер Уэйвенху сам не ездил в Канаду? — сказал Ноак. — Думаю, у него был свой человек, который, собственно, и занимался всеми делами банка.

— Вероятно, — согласился Карсуолл.

— В таком случае это мог быть кто-то, с кем я знаком, — заметил мистер Ноак. — Сразу после войны я несколько недель провел в Канаде по личному делу.

— Не могу вспомнить, кто же представлял наши интересы. Если вообще когда-либо знал имя нашего канадского представителя. — Карсуолл обвел взглядом всех присутствующих. — Хочу сказать, я переложил все обязанности на течи кузена Уэйвенху. Возможно, он нашел какого-то парня из местных, — Карсуолл поманил меня. — Идите, Шилд, давайте и с вами, что ли, выпьем.

Я не поверил тому, что Карсуолл сказал Ноаку. Мы с ним торжественно чокнулись, а потом мистер Карсуолл и сэр Джордж вдохновлено заговорили о неблагодарности арендаторов.

Мистер Ноак взглянул на капитана Руиспиджа:

— Простите, сэр, были ли среди ваших знакомых офицеры из сорок первой армии?

— Нет, сэр. Я никогда не служил в Северной Америке, где большую часть времени была расквартирована сорок первая.

— Понятно, — Ноак посмотрел в глаза капитану, а когда заговорил, то немного повысил голос: — Неважно. Просто мне показалось, что вы могли знать моего сына.

— Он служил в сорок первой?

Мистер Карсуолл прервал разговор с сэром Джорджем на полуслове и потянулся за вином.

— Да, сэр, — Ноак взял апельсин и помял его в руке. — На момент смерти он был в чине лейтенанта.

— Лейтенант Ноак… Если я когда-либо встречусь с офицерами из сорок первой, то спрошу о нем. Не сомневайтесь сэр.

— О нет, они никогда не слышали о лейтенанте Ноаке, — сказал Ноак резче, чем обычно. — Он был известен под фамилией Сондерс.

Он принялся снимать кожицу с апельсина маленькими холеными пальцами, сантиметр за сантиметром, но все это время не сводил глаз с мистера Карсуолла.