Донецкие повести - Сергей Богачев

– Приветик! – Сергей поцеловал Риту в щёку и протянул букет нежных кремово-алых роз, которые уже стояли в красивой вазе с водой.

Затем он извлёк из огромного пакета большущую модель самолёта с пультом и протянул завороженному Ване:

– Ну, здоров, мужик! – отец осторожно взял сына на руки.

Вскоре на столе появилось множество вкусностей. За весёлой беседой незаметно пролетело почти два часа – не сговариваясь, они избегали трудных тем.

– Вам пора отдыхать, ну а мне ещё нужно сделать несколько деловых звонков, так что будем прощаться, – Сергей остался доволен и встречей, и собой.

Уже выйдя из купе, он неожиданно уколол острым взглядом провожавшую его Риту:

– На досуге нам нужно будет кое-что вспомнить и уточнить.

Маргарита почувствовала, как по её спине пробежали нервные мурашки – спутники тревоги.

Она закрыла дверь и уже не увидела, как коротко стриженый парень в синем спортивном костюме, мирно стоявший у окна напротив последнего купе, незаметно ткнул в бок проходившему мимо Селиванову электрошокером. Дверь купе молниеносно открылась, и один из попутчиков парня подхватил обмякшее тело Сергея, а другой, помогая пассажиру справиться с «внезапным головокружением», приложил к его носу смоченный каким-то раствором платок. Без всякого шума они переместили Селиванова на полку, и парень отправился в соседний вагон, где пробыл не более пятнадцати минут. По его возвращении спутники перекинулись парой фраз, после чего старший группы достал планшетник и вызвал кого-то по скайпу.

– Шалва Давидович, всё штатно. Осложнений при приёмке груза не возникло. Единственное неплановое обстоятельство – пришлось принять товар без документов, всё проверили – видимо, они где-то отдельно следуют либо вовсе отсутствуют. Но у нас время на исходе, так что начинаем переупаковывать товар для отправки конечному потребителю. Следующий доклад – по плану.

Шалва удовлетворенно хмыкнул и уже сам набрал чей-то номер:

– Миша, узнал? Я, конечно, да, знаю, знаю, что Шалву не узнать невозможно. Как здоровье, дорогой? Как твоя мама себя чувствует? – в самых драматичных и динамичных ситуациях Мдивани имел терпение не выпячивать главные вопросы в начало беседы, соблюдая свою излюбленную канву.

Когда стандартный обмен приветствиями и расспросами был завершён, Шалва Давидович как бы между прочим сообщил:

– Гость уже в пути. Встречай, как договаривались.

* * *

Станция Черешнево, где поезд стоял всего пару минут, не отличалась многолюдностью. Вот и на сей раз, кроме компании молодых людей, поддерживающих под руки своего, видимо, перебравшего в пути товарища, да бабульки с котомками, высадившейся с противоположной стороны состава, с поезда больше никто не сошёл. Молодежь погрузилась в забрызганную грязью, но местами белую «ниву» с неразличимыми номерами, которая медленно двинулась по узкой асфальтовой дороге. Через пару часов грозные знаки предупредили о въезде в пограничную зону. А вот и поворот на бывший колхоз «Красный пахарь».

– Кажись, здесь, – водитель «нивы» припарковался у заброшенного коровника, пощёлкал по навигатору и съехал на просёлочную дорогу, отмеченную знаками «Движение запрещено» и «Тупик». Вскоре впереди показался заросший кукурузой шлагбаум. При всей нарочитой заброшенности и состояние дороги, и следы колеи свидетельствовали, что ею изредка кто-то пользуется.

Справа у шлагбаума возник синий «УАЗик», возле которого лениво «загорали» двое российских погранцов. Они спокойно наблюдали за подъезжающими, не прекращая лузгать семечки и не произнося ни слова.

Водитель «нивы» остановился, вышел из машины и обратился к пограничникам:

– Здорово, мужики, мы на рыбалку по приглашению Василия Петровича. Как нам до зелёной протоки добраться?

– Мы в курсе, Давидовичу привет. И давайте за нами, – вскоре узкая дорога привела их к берегу реки.

– Бросайте свой транспорт здесь, с ним ничего не случится. Лодка у причала – разберётесь. Хорошей рыбалки! Надеемся, за пару часов управитесь.

Лодка с рыбаками, сносимая шустрым течением, пошла к противоположному берегу.

– Щуку на блесну взяли? – крепко сбитый мужик в синей ветровке приветливо встретил рыболовов у неприметного, обступленного камышами причала на украинской стороне реки.

– Щука не взялась. Везём копчёного угря для Василия Петровича.

Вскоре рыбаки пересели в четвёртую модель «жигулей» – теперь уже с украинскими номерами. Каких-то пятнадцать минут – и автомобиль остановился у полуразрушенного амбара.

– Кажись, здесь, – водитель, осмотревшись, сверился с навигатором.

– Что ж, наступил трогательный момент расставания, – смуглолицый шкет прямо через мешок, надетый на голову пленника, сунул ему под нос смоченную нашатырём тряпку и, почувствовав, как дернулась голова, вытолкнул тело за амбаром. Затем с чувством хорошо выполненной работы достал планшетник и отправил лаконичное сообщение: «Посылка доставлена».

Получив сигнал от Шалвы, Бальцерович маякнул Ивану: «Угорь на месте. Пусть встречают».