Донецкие повести - Сергей Богачев

– Кстати, мы типографии предыдущий спецвыпуск ещё не до конца по деньгам закрыли, – напомнил Антон Плачанда, отвечавший за полиграфию.

Иван вопросительно посмотрел на своего главбуха Людмилу Алексеевну, на которую в отсутствие Портного волевым порядком скинул ведение всех финансов.

– Иван Сергеевич, я эту ситуацию контролирую, но дело в том, что они сами разбили платёж на несколько счетов, а по последнему только вчера сдали налоговые накладные. До вечера деньги уйдут.

– Это хорошо, возможно, с завтрашнего дня у вас, наконец, появится подмога в виде самого Портного.

– Хорошо бы, а то у нас по телевизионной бухгалтерии дел накопилось. Но видите, мы справляемся, как положено.

– Молодцы! – Черепанов знал, что главбух, подобно ученице, которая блестяще выучила урок и ждёт похвалы учителя, любит, чтобы с ней советовались и её ценили. Поэтому он никогда не скупился на внимание и добрые слова.

– Может, обновим под ситуацию некоторые из наших слоганов? – снова взял слово Кирилл Воропаев.

Два часа пролетели для участников совещания практически незаметно.

Иван вышел с работы в добром расположении духа – с минуты на минуту должна была подойти Ольга, чтобы вместе двинуться за покупками. И тут, словно в каком-то страшном сне, перед ним возникла смуглянка Анюта из уже забытого и кажущегося теперь ненужным курортного романа: «Вот я и нашла тебя. Думал так просто отделаться? Поматросил, значит, и бросил…» В этот момент непонятно откуда появившаяся Ольга схватила маленькую плутовку за волосы и начала наставлять:

– Ещё раз на глаза попадёшься…

Выражение глаз Ольги было настолько красноречиво, что играть в обиженную девочку было бессмысленно.

– Извините, я больше не буду, просто деньги нужны. Увидела по телевизору и решила: попробую сбить, а вдруг выйдет? – забормотала смуглянка и ретировалась в ту же минуту, как только была отпущена.

– Оля, всё не так, как тебе может показаться, – Черепанов начал виновато оправдываться, едва злополучная Анюта скрылась за углом.

– Не надо, не объясняй ничего, поверь, сейчас для меня всё это не имеет абсолютно никакого значения. И ты должен меня простить. Когда полгода назад я уходила от тебя, мне тоже показалось, что я полюбила другого человека. А потом поняла, что это была иллюзия. Я почувствовала, как сильно тебя люблю, как ты мне дорог, но боялась, что после всего ты уже не захочешь меня принять. И все эти дурацкие обиды. Вань, теперь я… теперь ты мне… ты вся моя жизнь.

– Раз так, с меня ужин, – Иван нежно обнял Ольгу.

* * *

«В.В.С.Б.» нажал на кнопку, и тут же раздался голос секретарши, всегда готовой выполнить любое его задание:

– Слушаю, Виктор Владимирович!

– Пусть эта краля зайдёт, – на всю приёмную по громкой связи раздались его унизительные, убивающие слова.

Тихо поздоровавшись, Кутовая, бледная, с покрасневшими глазами, враз постаревшая и осунувшаяся остановилась возле стола, не решаясь без приглашения присесть. Она напоминала школьницу, которую вызвали к доске и которая не выучила урока, а потому сгорает то ли от стыда, то ли от страха. На ней был строгий коричневый костюм, но губы ее были ярко накрашены.

– Чего стоишь, присаживайся, в ногах правды нет, а в твоих – уж точно, – Виктор Владимирович не считал нужным соблюдать учтивость и дал волю грубости и резкости, которые в его исполнении граничили с жестокостью и садизмом. Обращение на «ты» было невинным цветочком в потоке ожидающих Кутовую оскорблений и издёвок.

Кутовая молча присела и покорно приготовилась испить свою чашу, так и не в силах оторвать глаза от пола.

– Что ж ты сейчас такая робкая? – продолжал измываться «В.В.С.Б.». – Тоже мне, Анна Каренина выискалась. Кукла перемазанная! Вот выложит в социальных сетях твой возлюбленный записи ваших деловых встреч, а как потом сынку своему объяснишь, чем это мама на службе с дяденькой работала, если кто из его друзей узнает и спросит? Ах, не думала об этом. Все вы только одним местом и умеете думать!

Кутовая зарыдала и оттого стала ещё более жалкой. Природная красота, начавшая в последнее время уступать натиску нервов и сигарет, уже не спасала её.

– Ладно, не реви. Не у тебя одной такое. В жизни кино и похлеще случается, – неожиданно подобрел «В.В.С.Б.». – Твой муж, или бывший муж, Андрей Игоревич, говорят, один из лучших в столице специалистов в области компьютерных технологий?

Пытающаяся взять себя в руки Кутовая молча кивнула и впервые подняла глаза.

– Ты с ним поговори, объясни, что этот гад Семёнов гипнозом владел и против воли тебя околдовал. Покайся, попроси – он же добрый. И главное, пусть Андрей Игоревич срочно ко мне заедет. И возможно, у него получится нам помочь. Да и тебе, и себе тоже. Вот и лады. И забудется всё это, как сон дурной. Не исключено, кстати, что этот кадр и в самом деле владел некоторыми приёмами гипноза, вот ты и попалась.

Эльвира с благодарностью посмотрела на Виктора Владимировича, достала косметичку, наскоро привела лицо в порядок и, уходя, пообещала:

– Я всё сделаю.

– Вот и чудненько. На похороны идёшь? – «В.В.С.Б.» любил резко менять тему.

– Какие похороны, Виктор Владимирович? – Эльвира была рада хоть как-то отвлечься и справиться с эмоциями.

– Макарцев, коллега наш, разбился. То ли тормоза автомобиля отказали, то ли не затормозил почему-то. А я думаю, сердечко могло за рулём прихватить, – он без водителя раньше не ездил. Жаль, ответственный был малый. Хорошо хоть машина была по «КАСКО» застрахована, так что семья его компенсацию получит. Вот так-то бывает…

«Какие же они все подонки! Самовлюблённые хилые самцы. Болтуны, сплетники и завистники. И какое имеет право этот хамоватый, невесть что о себе возомнивший, чем-то похожий на крота «В.В.С.Б.» лезть в её личную жизнь? Можно подумать, он не спит со своей заносчивой секретаршей. А может, Сергея кто-то подставил? Подставил или не подставил – какая разница? И зачем только он появился на моем пути?!» – Кутовая даже не заметила, как спустилась лифтом, вышла из здания и села в машину. Спохватившись, она быстро набрала мужа.

– Андрюша, тут такое дело, мне нужна твоя по-о-мощь… – и Эльвира как-то по-детски искренне и по-женски обезоруживающе разревелась в трубку, отчего ей сразу стало легче.

* * *

– Очень приятно, Андрей Игоревич, что откликнулись и нашли возможность заглянуть, – «В.В.С.Б.», являвший собой верх дружелюбия и респектабельности, приветливо улыбаясь, встал из-за стола и крепко пожал гостю руку. – К сожалению, не могу уделить нашей беседе столько времени, сколько хотелось бы и должно. Через два часа у меня самолёт в столицу братского государства. Поэтому сразу к делу.

Виктор Владимирович несколько раз щёлкнул мышью и продолжил:

– Готов буду выполнить любую вашу просьбу, – «В.В.С.Б.» сделал акцент на слове «ЛЮБУЮ», – а наши возможности вы представляете. Теперь подсаживайтесь ближе. Вчера мне на почту пришло вот это. Сегодня – продолжение… Один подонок проник туда, куда ему проникать не следовало. Наши специалисты не могут отыскать носитель, на котором хранится информация. Это программа-призрак. Письма с прикреплёнными файлами откуда-то заходят на сервер, отправляются и самоуничтожаются. Мы ищем тех, кто мог это придумать, но пока безуспешно. Мои люди предоставят вам все его носители – дома, в рабочем кабинете – и выполнят любые ваши указания и просьбы. О конфиденциальности говорить не буду – вы человек серьёзный, сами всё понимаете. А пока придётся этого гадёныша вытягивать, иначе через двое суток три часа и сорок четыре минуты программа начнёт сливать информацию уже не на мою почту, а прямиком в информагентства и телекомпании.