Жизнь под обрез - Николай Иванович Леонов

— В том и дело, что нет! — воскликнула вдова. В волнении она даже встала с кресла, чувства распирали ее. — Мне этот капитан, когда сюда приходил, все твердил: «Вы, наверное, не помните или отвлеклись, а Алексей Викторович наверняка возвращался домой…» Как же я могла отвлечься? Я всегда знаю, что у меня дома происходит. Не приезжал Леша в тот день и вечером не приехал. И не позвонил, как всегда делал. Это мне уже потом, часов около девяти, позвонили из милиции, сказали: так, мол, и так…

— Но как же он мог поехать на охоту без ружья? — удивился Гуров. — Можно не переодеться, в деловом костюме по кустам ходить, хотя это неудобно. Но без ружья никак нельзя! После того как вам сказали о смерти мужа, вы искали в доме его ружье?

— Нет, ничего я не искала, даже не подумала об этом, — призналась вдова. — Не до того мне было. Я никак не могла осознать, как же это: вот утром ушел — и все… Уже на другой день, когда полиция пришла, стала все смотреть, я им открыла шкаф, где Леша ружье держал…

— И что же? — ожидая ответа на этот крайне важный вопрос, Гуров даже подался вперед. — Ружье было в шкафу?

— Нет, не было его там, — отвечала вдова. — Я сама этому удивилась. Решила, что Леша его заранее в машину положил, только мне не сказал. Может, еще вчера… то есть накануне, в четверг, положил. И тогда же решил ехать на охоту. Но почему он мне ничего не сказал? Никогда такого не было…

— Значит, вы открыли оружейный шкаф вместе с полицейскими и увидели, что он пуст?

— Да, я… хотя нет, погодите: я открыла, и тут капитан сказал, что мне срочно нужно показать им кабинет. Я отвлеклась, ушла в кабинет. А уже потом вернулась к шкафу.

— Значит, вы этот момент не видели… — задумчиво произнес сыщик. — А теперь я хочу спросить о другом. Скажите, если ваш муж обедал не дома, то где?

— Обычно он ехал в ресторан «Ермак», — отвечала вдова. — Там ему готовили именно то, что он любил. Вообще-то у Леши были самые простые вкусы, ему всякие суши и роллы были не нужны. Борщ, котлеты, картошка жареная…

— Значит, поздно вечером 16 сентября вам позвонил капитан Теребякин и сказал, что ваш муж погиб. Правильно?

— Да, так оно и было. Сперва я никак не могла в это поверить…

— И вам предложили проехать в морг и опознать тело?

— Да, верно. За мной приехал наш водитель, Толя, и мы поехали в морг.

— Теперь скажите мне вот какую вещь, Надежда Прокофьевна, — попросил сыщик. — Когда вы увидели мужа в морге, он был в том же самом костюме, в котором утром ушел из дома?

— Да, в том же самом, — подтвердила вдова. — А что могло измениться? Ведь он домой не заезжал, не переодевался… Только вся грудь у него была разворочена, и пиджак весь в крови. Когда хоронить будем, надо будет ему другой костюм подобрать.

— Так он был в одном костюме? А разве ваш муж не надевал утром какой-то плащ или куртку? Ведь у вас по утрам уже довольно прохладно, я сам это сегодня заметил…

Вдова задумалась.

— А ведь правда! — сказала она. — Леша утром плащ надел, светлый такой. А в морге он был без плаща. Я как-то про плащ и забыла. Наверное, он на работе остался. Или в машине… Хотя нет — ведь я в этой самой машине и ехала, и Толя мне про плащ ничего не говорил…

— Скажите, у вас есть дети?

— Конечно, две дочери есть, Ирина и Катя. Обе уже взрослые. Ирина, старшая, окончила художественное училище по специальности дизайнер, потом еще училась в Италии, там вышла замуж, а сейчас они с мужем живут во Франции. А младшая, Катя, еще студентка, учится в Москве.

— И еще один вопрос, Надежда Прокофьевна, — сказал Гуров. — Вы уж не обижайтесь, но я должен об этом спросить. Скажите, у вашего мужа не было от вас тайн? Например, связанных с женщинами…

Вопреки опасениям сыщика, его собеседница вовсе не обиделась на этот вопрос.

— Наверное, были, — отвечала она. — Леша не всегда говорил мне, куда уезжает, что за «деловую встречу» проводит. Пару раз, когда он поздно возвращался домой, я замечала, что от него пахнет духами. Но в целом он этим не злоупотреблял, а я закрывала на это глаза. Я знала, что он любит и ценит меня, что в главном он мне верен. Ну а это… Это я рассматривала как маленькие мужские слабости.

— Что ж, спасибо за то, что согласились со мной побеседовать, — сказал сыщик, вставая. — Возможно, мне придется еще разок вас побеспокоить.

Глава 3

Следующим пунктом в программе Гурова значилась кондитерская фабрика. Он не стал заранее звонить заместителю погибшего директора, Рустаму Халилову, — решил, что руководитель предприятия в любом случае будет находиться на месте и побеседовать с ним не будет большой проблемой. К тому же он собирался вначале беседовать вовсе не с заместителем Кашкина, а с его водителем.

Охранник у ворот предприятия вначале отказывался пропустить машину Гурова, требовал, чтобы тот согласовал свой визит с новым руководителем предприятия. Тогда сыщик поманил охранника поближе и, когда тот подошел вплотную, негромко спросил:

— А хочешь, я сейчас позвоню в управление? Позвоню полковнику Черкасову, и…

— Ладно, не надо, — поспешно ответил страж ворот и пошел открывать.

Гуров еще раз обратился к его помощи — надо было узнать, где находится гараж. После чего он поехал прямо туда. В гараже было пусто — все машины, принадлежавшие фабрике, выехали по заданию. Здесь стояла только знакомая Гурову марка — «Волга», когда-то любимая машина любого советского руководителя. Машина была в идеальном состоянии, кузов сверкал, словно лакированный.

— Это, что ли, машина директора? — спросил сыщик у слесаря, который возился в стороне возле старого грузовика.

— Да, его машина, — отвечал рабочий. — Алексей Викторович иномарок не признавал…

— А Толя, водитель, где сейчас находится? — поинтересовался сыщик.

— Он обычно в приемной у директора сидит, — объяснил слесарь. — Чтобы, если потребуется, всегда был под рукой.

«Значит, все равно придется в приемную подниматься, — подумал Гуров. — А если идти в приемную, надо будет к новому директору заглянуть. А не хочется…»

Дело в том, что у сыщика было гораздо больше вопросов к водителю погибшего директора, чем к его заместителю. Он решил действовать по обстановке, направился к входу в