Фиговый листочек от кутюр - Дарья Донцова

– Что ты имеешь в виду? –хладнокровно поинтересовалась теледива.

– Не следовало предлагать деньги, теперья уверена: это ты убила Глеба Лукича.

– …совсем? – спросила Ольга. –Головой не стукнулась? Я убила Ларионова? Глупее и не придумаешь! Кстати, где ятебя видела? Лицо страшно знакомое. Ты принимала когда-нибудь участие в шоу?

– Я похожа на кретинку? На дуру, котораястанет плясать под твою дудку из-за денег?

Ведущая фыркнула:

– Ой, какие мы гордые! Имей в виду,покупаются все, вопрос лишь в сумме. Один за тысячу долларов голым по Тверскойпобежит, а другой и за миллион не согласится, но, уж поверь моему опыту, заполтора или два изменит свою позицию. Так сколько ты стоишь?

– Я не зарабатываю шантажом!

– Да ну? Кто бы мог подумать? Чемпромышляешь? Составлением гороскопов?

Я вытащила удостоверение. Ольга быстропрочитала мои данные. Ее лицо слегка изменилось, на губах вновь заигралаулыбка.

– Вы из милиции?

Отметив, что мадам решила стать на всякийслучай вежливой, я ухмыльнулась:

– Можешь не стараться изображать из себямармелад в шоколаде, к правоохранительным органам я не имею никакого отношения,я – частный детектив.

На лице дамы появилось выражение совершенноискреннего изумления.

– Кто?

– Частный детектив, только не говори, чтовпервые слышишь про такую профессию.

– Естественно, я знаю о платныхсыщиках, – брезгливо поморщилась собеседница, – просто не думала, чтоподобным делом может заниматься тетка твоей комплекции и внешнего вида.

– Ты сама отнюдь не ДжулияРобертс, – не осталась я в долгу, – и ничего, скачешь по сцене.

– Да у этой Робертс рот как уакулы, – подскочила Ольга, – жуткая уродина, продукт рекламы. Да еслина осла такие деньги потратить, он станет популярен, как Ален Делон!

Я кивнула:

– Точно подмечено.

Не ожидавшая, что наши взгляды по данномувопросу совпадут, Ольга замолчала, а я быстро спросила:

– Чем же тебя достал несчастный ГлебЛукич? Вроде не обижал, деньги небось давал и дочку воспитывал, за что ты еготак? Выстрелила в лицо…

– Не мели чушь, – рявкнулаОльга, – я его не трогала!

– Извини, не верю.

– Почему? – пожала плечами теледиваи принялась снимать накладные ногти кроваво-красного цвета.

Вот оно, телевидение, даже ногти у нихфальшивые, сплошной кастрюльный блеск и лживая позолота.

– Если ты его не убивала, кстати, похоже,ты была последней, кто видел несчастного мужика живым, зачем просила охранникамолчать, да еще заплатила ему огромную сумму?

Ольга скривила губы:

– Послушай, ты, Каменская, или как тамтебя, не пошла бы на…

– Только вместе с тобой, –улыбнулась я, – извини, не знаю туда дорогу, а ты, похоже, постоянно тамбываешь, поэтому, будь добра, укажи путь.

Ольга порозовела:

– Сейчас велю охране тебя вывести.

– Не стоит поднимать шум, самауйду. – Мирно сказав эту фразу, я двинулась к двери.

– Эй, – крикнула Ольга, – зачемприходила-то?

В ее голосе послышалось беспокойство.

– На тебя посмотреть.

– Ну и как, понравилась?

– Не слишком, не люблю женщин, которыеубивают отцов своих детей.

– Тьфу, пропасть, – взвиласьОльга, – иди сюда!

– Извини, тороплюсь.

– Куда же?

– В милицию хочу позвонить, а сама встануу двери, чтобы ты не удрала.

– Идиотка! – завопилаведущая. – Кретинка!..

– Вот на Петровке тебе покричать недадут, – сочувственно вздохнула я, – живо в зубы насуют, никакиетелевизионные заслуги не спасут. Да и в камере покоя не жди! Впрочем, наПетровке изолятор еще ничего, только там долго не держат, переведут вкакую-нибудь Капотню, вот тогда взвоешь! Сорок человек в десятиместной камере,крысы размером с кошку…

– Перестань, – поморщиласьОльга, – я Глеба Лукича никогда не трогала.

– Даже когда ложилась с ним в постель?

Неожиданно Ольга рассмеялась:

– Вспомнила, где тебя видела! В кабинетеу Глеба, когда завещание читали.

– Правильно. Меня нанял клиент, чтобы япомогла оправдать Раду.

– Кто?

– Коммерческая тайна.

Ольга вновь рассмеялась:

– Слушай, похоже, мы могли бы статьподругами. Две сильные женщины, самостоятельные, целеустремленные, выгодноотличающиеся от основной массы, состоящей из бесхребетных мямликов.

– Чем же тебе не угодил Ларионов?

– Да не убивала я его!

– Дорогая, ты сделала роковую ошибку.

– И какую же?

– В общем, конечно, сущая ерунда, но онабудет стоить тебе свободы.

– Что ты имеешь в виду?

– Да так! Ты ведь позвонила охраннику всторожку утром?

– Ну…

– Николай хорошо помнит, что это было ввосемь.

– И что? Правильно, я уже в девять должнабыть на месте. Думаешь, шоу – это только кривляние на сцене? Вылезла, поорала,и все? Нет, дорогая, требуется огромная подготовительная работа.

– Это мне неинтересно, важно другое.Значит, признаешь, что звонила в восемь?

– Кретинский охранник! – в сердцахвоскликнула Ольга. – Да, именно в восемь.

– Вот это-то и странно, –торжествующе закончила я.

– Почему?

– Потому что труп обнаружила я, и былотогда десять утра! До этого времени никто не подозревал, что хозяин мертв, шумподнялся спустя два часа после твоего звонка. А теперь объясни на милость,каким образом ты оказалась в курсе дела?

Секунду Ольга сидела молча, потомрасхохоталась.