Шоколад или жизнь? - Диана Мотт Дэвидсон

Я узнала его по волосам. Седые завитки вокруг головы напоминали русалочьи. Я узнала одежду и нисколько не сомневалась — он мертв. Кто-то внезапно закричал. На террасе появился генерал в халате. Подбежав, он схватил меня и, не прекращая трясти, вопрошал:

— Что такое? Что такое?

Кричала я.

Потом я громко потребовала, чтобы он позвонил в 911 и еще — напрямую Шульцу. А сама побежала в дом. Где Арч? В комнате его не было. У меня началась паника, я снова помчалась на первый этаж. Сын был на кухне. Склонившись над пиалой с кукурузными хлопьями, он прислушивался, как они, растворяясь в молоке, похрустывают, издавая такой характерный звук…

— Не выходи на улицу, — прерывисто выдохнула я. — Там кое-что случилось.

Он поднял голову и поправил очки.

— Ты жутко выглядишь, мам. А что случилось?

Я не успела ответить, зазвонил телефон. Полиция? Визи? Кто? Что мне говорить? Лампочка второй линии почему-то горела. Возможно, генерал уже говорил с кем-то.

— Это Джордж Петтигрю из компании «Фри беарс»…

— Перезвоните позже. У нас тут серьезные проблемы.

— Юная леди, а у нас проблема с нарушением авторских прав…

Я шлепнула трубку. Но телефон не унимался.

— Что? — крикнула я, подняв ее снова рывком.

— Сохраняй спокойствие. — Это был Шульц. — Генерал Фаркуар только что позвонил мне и все сказал. Слушай, ни с кем не разговаривай. Я хочу, чтобы ты что-нибудь придумала и приехала сегодня днем к нам в отделение. Будем разговаривать о людях, с кем ты живешь под одной крышей.

— Да-да, найду кого-нибудь, кто позаботится об Арче, и обязательно приеду.

— Мам! Что происходит?

И снова я не успела ответить — завизжали сирены. Самые быстрые в этом городе — пожарные. Они всегда здесь приезжают, если есть подозрение на утопление. Но сейчас было поздно. Со стороны ворот доносился гул.

На кухню зашел заспанный Джулиан.

— Я проспал, а когда пошел поплавать, генерал велел мне не приближаться к террасе. Что…

— Дайте мне сначала открыть ворота! А потом я вам все объясню.

Мальчики обменялись взглядами. Я нажала кнопку и впустила пожарный наряд. Как это могло произойти? Где-то в глубине сознания у меня шевельнулась мысль: мне опять учинят допрос…

Но я ничего не видела! Я просто вышла, и он был там. Даже не знаю, почему он полез одетым в бассейн.

— Мы едем завтракать в город, — объявила я Арчу.

Ребята снова переглянулись.

— Мам, я уже доедаю, — ответил сын своим взрослым тоном.

— Тебе придется поехать со мной в город.

— Да мне все равно.

— Кажется, ночью в нашем бассейне утонул Брайан Харрингтон, — произнесла наконец я и повернулась к Джулиану, добавляя чуть слышно: — Можешь поехать с нами, если хочешь.

Джулиан понимал: я не очень-то жажду его компании, поэтому промямлил свои сожаления и удалился, так ничего и не съев.

Арч быстро покончил с хлопьями: совал в рот ложку за ложкой и сучил под столом ногами. Что он чувствовал? Я пыталась представить, что почувствовала бы сама, если бы утонул мой сосед, а мне — всего одиннадцать. Арч долго озирался по сторонам, а потом остановил взгляд на мне. Я видела — ему было страшно.

— Мне надо поговорить с полицией, а ты одевайся.

На часах было восемь. Быстро соображать не получалось. Во сколько в школу прибывает начальство?

— Я позвоню в школу и скажу, что не приду сегодня, — ответил он на не заданный мною вопрос. — Только завтра тебе придется написать записку.

Арч встал, сполоснул пиалу и подошел ко мне. Его большие карие глаза пристально вглядывались в мое лицо. К моему огромному удивлению, он обнял меня.

— Мне жаль мистера Харрингтона. Мам, и доктора Миллера мне тоже жаль. Прости, что в последнее время я не очень хорошо себя вел.

Я прижала сына к себе. Мне захотелось, чтобы он снова стал маленьким, чтоб взять его на руки и качать…

— Ты хорошо себя ведешь, — ответила я. — Если ты хочешь жить с папой, ничего страшного.

Последние слова были ложью, но я хотела, чтобы он был свободен.

— Я люблю тебя, мам! — проскулил Арч.

— Я знаю.

После того как меня опросили, оставаться жить в доме было никак невозможно. Но куда ехать, я понятия не имела. В итоге я решила оставить записку, что забрала Арча в церковь. Из-за Брайана я чувствовала себя просто ужасно. Когда внезапно видишь мертвое тело, потом приходится долго восстанавливаться. В церкви мы с Арчем сели на последнюю скамью и начали перешептываться.

— Я хотела еще раз извиниться за то, что вытащила тебя из бассейна, — прошептала я. — Мысль о тебе в наручниках на дне была сильнее меня.

— Просто… это было так стыдно! — Голос его задрожал. Тема была опасная. — И прямо перед этим мы слышали, как вы с Брайаном Харрингтоном ругались.

— Мы не ругались!

— Но звучало именно так.

У меня внутри все упало. Еще не хватало быть под подозрением в убийстве. Надо срочно подумать о чем-то другом.

— Вчера ночью я прочитала один из рассказов По… — И только я начала излагать сюжет «Похищенного письма», как церковь наводнила толпа прихожан. В ожидании утренней мессы они стали рассаживаться по скамейкам.

— Ну, а какую поделку можно сделать с этим рассказом? — шепнул Арч. — Это не будет так же круто, как стук сердца или золотой жук.

— Мы подумаем, — пообещала я, открывая молитвенник и делая знак рукой, что начинается служба.

После случившегося с Филипом, а теперь вот и с Брайаном, я была очень подавлена. Откуда-то надо было получить покой и комфорт. Так что месса казалась спасительной.

Я перестала ходить в церковь, когда мой муж завел свою собственную песню с хорошенькой церковной хористкой. Интересен тот факт, что наш священник-епископал не видел ничего предосудительного в прелюбодеяниях Джерка и мисс Лучший Голос Церкви. Еще у меня была циничная мысль, что Джерк может позволить себе жертвовать денег больше, чем я. Но, в конечном счете, священник отправился на пастбище позеленее, и прелюбодеяния с хористкой сменились неудачной помолвкой с учительницей геометрии старших классов. Новая подружка Джона Ричарда, по рассказам Арча, была пресвитерианкой или вообще неверующей. Так что я снова начала ходить в свой приход. Новый священник приветствовал меня как полагается и, к моему удовольствию, в отличие от своего предшественника, не просил накрывать бесплатные обеды на собрания духовенства.