Олимпиец - Роман Буревой

Сулла поспешно отскочил в сторону – как раз вовремя, иначе ловкие пальцы стащили бы у него молекулярный резак, висевший на поясе.

Как выяснилось, пройти к Далию оказалось не так-то легко: дорогу в конце коридора заслонили два амбала в черной броне, покрытой многочисленными ожогами. Скорее всего, следы выстрелов были умело сымитированы, чтобы ни у кого не возникло сомнения в опытности стоявших на страже. За их спинами Корвин увидел шлюзовую дверь, сияющую платиновым блеском, украшенную накладкой опять же в виде римского орла, – перед ними был модуль «Сципиона Африканского», но не нынешнего флагмана Звездного флота Лация, а его предшественника, пришедшего в негодность около сотни лет назад. Помнится, тот «Сципион» разоружили, а корпус – якобы – распилили на куски и оставили на безжизненной планете. Теперь Корвин узнал – на какой.

Одно время предполагалось, что пираты попросту не могут существовать в их мире, напичканном системами слежения. А вот поди ж ты – существуют и чувствуют себя прекрасно.

Корвин попросил Суллу держаться в стороне, а сам принялся убеждать охрану. Однако, похоже, парни были слепы и глухи. Сулла даже оглянулся, прикидывая, нельзя ли где-нибудь присесть, как в приемной высокого государственного чиновника, дожидаясь, когда у высокопоставленного господина освободится минутка, но в этот момент шлюзовая дверь открылась.

– Пусть заходят! – раздался голос в динамике.

– Оба? – уточнил охранник.

– Оба!

– У них оружие.

– Ничего страшного.

Помещение, в которое их пропустили, мало напоминало рубку погибшего линкора. В центре просторной комнаты с гладкими серыми стенами и плавающими в воздухе светильниками стояло круглое ложе хозяина. Кроме этого ложа и грозди голограммных экранов, в комнате ничего не было. Когда гости вошли, дверь за их спиной слилась с остальными стенами. Существовали ли в этой норе другие выходы, сказать было трудно.

Далий выглядел довольно странно: на вид он был молод и хорош собой, но что-то подсказывало Марку, что перед ним человек не просто старый, а древний. Манерная мягкость движений, брезгливый излом губ, глаза холодные и неживые – казалось, этого человека мало что интересовало и уже ничто не могло удивить.

– Итак, по какому неприятному делу прибыли, господа? – спросил Далий, поигрывая шаром управляющей сферы, как мячом.

Корвин без всякого приглашения уселся на пол. Впрочем, сидел он так недолго: пол почти тут же поднялся и образовал адаптивный стул. Сулла последовал его примеру, но для него из пола стул не пожелал появиться.

– Приятных дел не бывает, – продолжал Далий. – Из-за того, что их надо кому-то делать. Либо самому, либо заставлять других. И то и другое утомительно, не правда ли?

– Мы собираемся на Олимп, – сказал Корвин.

– Вас ждут на Олимпе? Неужели?

– У нас есть для них информация. Я послал запрос. Стандартный срок, четыре дня…

– Тогда какое мне до этого дело?

– Что вы знаете об олимпийцах? – спросил Корвин.

– Они стараются не ворошить наше гнездо, – поведал Далий. – А мы никогда не трогаем олимпийцев. Они всесильны, как настоящие боги, а у богов лучше не становиться на пути – это старая истина. Пусть играются, пусть уничтожают миры или создают новые – это их забавляет.

– Они не боги, – возразил Марк.

– Я сказал «как». Меня не волнует их суть. Главное – их могущество, они могут уничтожить мою базу одним пальцем. Значит, я не буду их задирать или пытаться объяснить им, что они неправы. И не думай, что дешевые провокации заставят меня ляпнуть что-то не то или поступить опрометчиво. Олимпийцы очень обидчивы, об этом надо помнить, если имеешь с ними дело.

– Нам известно про игры в секторе Красного гиганта. Олимпийцы захватывают лацийские корабли и устраивают игрушечные сражения, в которых льется настоящая кровь.

– Они играют копиями. Настоящие корабли обычно ни на что не годны. Так же как и их экипажи. Сражаются и умирают клоны.

– По нашему законодательству клоны приравнены к людям. Это же не роботы, в конце концов! К тому же корабли Неронии – анималы. Олимпийцы тоже создают их копии? – усмехнулся Марк.

– Ну нет… этим олимпийцы не занимаются. Слишком хлопотно. Анималы настоящие.

– Им удается управлять анималами?

– Думаешь, я скажу – как они это делают? – передернул плечами Далий. – И не подумаю.

«Жратва, мой друг, жратва. За миску похлебки после нескольких месяцев голодания даже живой корабль согласится подставить шею под ярмо», – шепнул голос предков.

– Их заставляли сражаться и умирать, как гладиаторов! – воскликнул Корвин.

– Тебя как наследника Рима это должно вдохновлять. Гладиаторские сражения. Разве вы не пробовали устраивать нечто подобное у себя?

– Это больше походило на соревнования. В Новом Риме проходили бескровные бои. И потом они не пользовались успехом.

– Потому и не пользовались, что были бескровными. Мне лично нет дела, чем заняты олимпийцы, – лишь бы это не касалось меня и моих интересов. Анималы – порождение Неронии. Неужели тебя волнует судьба этих уродов? – холодно улыбнулся Далий. – Или беспокоят вопросы гуманизма? – Он вновь улыбнулся.

Видимо, слово «гуманизм» очень его смешило.

«Стервятники, – подумал Корвин. – Они кормятся тем, что найдут на поле битвы. Здесь, на своей базе, они ожидают, пока небожители натешатся вдосталь, разыгрывая „потешные бои“, а потом являются на поле боя мародеры, подбирают все ненужное и тащат в норы. Эти обломки кораблей, возможно, ненастоящие. Они просто скопированы ради потехи олимпийцев».

– Мне необходимо попасть на Олимп, – сказал Корвин сухо. – Ваша база оказалась у меня на пути. Так что именно у вас мне придется раздобыть гражданский звездолет для полета.

– На Олимпе нельзя находиться дольше четырех стандартных суток, только уроженцы Олимпа, так сказать природные олимпийцы, могут жить на этой планете.

– Я знаю об этом. Постараюсь уложиться в четыре дня со своей миссией.

– У тебя есть корабль, почему бы не полететь на нем?

– Это боевой корабль, эсминец, уж его точно не подпустят к Олимпу.

– Учти, тебе позволят взять лишь одного спутника.

– Большего мне и не нужно.

– И ты должен хорошо заплатить. А что ты можешь мне предложить? Учитывая, что с вашей планеты полным ходом идет эвакуация?

– Никакой эвакуации нет, это только слухи. И вам заплатят, не волнуйтесь. У Лация хватит средств, чтобы купить одного пирата. Акции Неронии вас устроят?

Упоминание о бумагах Неронии сразу сделало Далия сговорчивее. У пирата вспыхнули глаза.

– Звездолет класса «Алконост» подойдет? – спросил Далий.

– Это звездолет китежан, насколько я знаю. Вы их тоже захватываете?