В постели с Кинг-Конгом - Дарья Донцова

– Лучше говорите честно, – подхватила я, – вы полностью в курсе дела!

Рукин упал в кресло.

– Фирсова обезумела. Она в ультимативной форме потребовала от Алферова признаться во всем, хотела обелить память Вани. Господи, какая разница? Мальчик умер, зачем поднимать бучу, а?

Макс опустил взгляд, я тоже предпочла не реагировать, а Вадим продолжал:

– Зинаида знала паспортные данные Роберта, его адрес, где он учится, ну и так далее. Она пригрозила вывести Женю на чистую воду и даже сказала: «Даю тебе три дня на размышления. Даже не думайте спрятаться или смыться. Я слежу за тобой. Как? Не отвечу. Меня Ваня многому научил! Имей в виду, поедешь в аэропорт, я сразу это узнаю – и тогда грянет буря! Своего щенка спас, а моего мальчика на смерть отправил?! Расскажешь правду, кто задушил Риту, пожертвуешь свое состояние на благотворительность, я промолчу про Роберта. Иначе каюк твоему гаденышу».

– Как Фирсова могла наблюдать за Алферовым? – поразилась я.

Макс показал на ноутбук:

– Просто. Иван был гениальный математик, виртуозно владел компьютером. Фирсова беседовала с Антоном в его особняке, разговор подслушала горничная Тамара, она слышала, что бывшая кормилица приехала в машине Алферова. Следовательно, Зина могла оставить в иномарке «маячок», прикрепить в доме «жучок».

– Мы с боссом подумали так же, – согласился Вадим, – обыскали и джип, и особняк, но ничего не нашли. Я был уверен, Фирсова блефует, а Антон испугался по-настоящему. Он не мог подставить сына под удар и придумал план.

Алферов взял десять миллионов евро наличкой и велел своему порученцу Алексею Сметанину вывезти себя тайком из поселка.

Рукину эта затея показалась идиотской, о чем он и поспешил уведомить хозяина.

– Прямо тупой сериал какой-то! Покидать «Марков лес» в мешке под видом мусора? Увозить при себе десять миллионов евро?

– Зинаида за мной следит, – отбил мяч Алферов.

– Она врет, – отрезал Вадим.

– А если нет? – воскликнул шеф. – Можешь со стопроцентной уверенностью подтвердить, что Фирсова лжет?

Рукин замялся, нет, такого заявления он сделать не мог, все же был небольшой шанс, что бывшая кормилица ухитрилась установить слежку за бизнесменом.

Алферов легко считал колебания помощника.

– Отлично. Действую по разработанной версии. Я улетаю, как всегда, под фамилией Мурин на частном самолете. Увожу десять миллионов и кладу их за границей в банк на имя Роберта. Некоторое время поживу вместе с сыном, ну, недельку. Ты говори всем, что шеф подцепил грипп, и жди реакции Фирсовой. Если та поднимет бучу, помчится в газеты, находясь около сына, я смогу быстро купировать скандал. У меня с собой есть для него новые документы, но даже тебе я не сообщу ни имени, ни фамилии. Начнется кипеж, Роберт исчезнет, я перевезу его в другую страну. Десять миллионов я взял налом, их нельзя отследить. Устрою мальчика, вернусь, скажу, что лежал с температурой сорок, и дам бой Зинаиде. Пусть она говорит про Роберта, и где он? Нет такого! Это самый неприятный вариант. Есть, так сказать, лайт-версия. Я улетел, ты заявил Фирсовой про грипп, и она промолчала, значит, она тебе поверила, ждет, когда я выздоровею. В этом случае я вернусь быстро, главное, обеспечить Женьку деньгами.

– Ясно, почему Антон Евгеньевич сделал загадочное заявление Алексею Сметанину, – сказала я, – он ему дал денег, зарплату за большой срок вперед, просил ничему не удивляться, сидеть тихо.

– Алексей удивительный идиот, – с безнадежной тоской в голосе произнес Вадим, – из-за него беда приключилась. Но лучше я расскажу все по порядку.

Горничную Тамару Алферов срочно отправил отдыхать подальше. Вадим стал руководить делами, на фирме все знали, что в отсутствие шефа за главного остается Рукин, и не удивлялись. Антон Евгеньевич был скрытным, он мог улететь в Америку, в Германию, Китай за новым контрактом и никого не поставить в известность.

Алферов улетел ночью. Утром Вадим позвонил Зинаиде и сказал:

– Антон Евгеньевич сильно заболел, просил вас предупредить, что лежит с температурой сорок и не может даже сидеть в кровати.

Фирсова, не сказав ни слова, бросила трубку, на следующий день Вадима о ее кончине известила милиция. Когда в квартиру Фирсовой прибыла бригада, ее сотрудники проверили телефон покойной и обнаружили, что последний звонок Зинаиде был сделан Рукиным.

Вадик не растерялся и сказал:

– Верно. Зинаида Ефимовна была у сына Антона Евгеньевича кормилицей, ее собственного сына, Ивана Фирсова, убили в специнтернате некоторое время назад. Мы старались поддержать Зинаиду в горе, но, видно, она не смогла пережить кончину мальчика.

Более вопросов к Рукину не возникло, Вадик отправил Алферову эсэмэску: «Зина умерла. Я оплатил похороны».

– Стойте! – воскликнула я. – Ну и ну! Неужели Антон, так тщательно заметавший следы, оставил при себе мобильный?

На лице нынешнего хозяина «Альфа Бета» появилось снисходительное выражение.

– На «Горбушке» была куплена гора симок на разные имена. Антон получает одно сообщение, выбрасывает карту, вставляет другую. Понятно?

– Он вам ответил? – спросил Макс.

– Нет, и это меня насторожило, – вздохнул Вадим, – сначала я успокаивал себя, думал, что Антон решил побыть с сыном, он скоро прилетит в Москву, но время шло, Алферов словно исчез.

Вернулась из заграницы Тамара и начала приставать с вопросами к Вадиму, зашептались сотрудники в офисе, и в конце концов Рукину пришлось придумать историю с исчезновением. То, что Антон собирался улететь, никто не знал, истинную дату пропажи бизнесмена Рукин никому не сообщил, он соврал всем, милиции в том числе.

– Не очень хорошая идея, – хмыкнула я.

– Придумайте лучшую! – огрызнулся Рукин.

– Ладно, – спокойно произнес Макс, – пока более или менее все логично. Но зачем вы растрепали про десять миллионов евро?

– Это не я, – воскликнул Вадик, – а владелец банка! Следователь вскрыл навигатор в машине босса, увидел, что последняя поездка Алферова была в банк, наехал на финансиста, а тот заявил:

– Не имею права нарушать тайну вкладов, но раз речь идет об исчезновении, я обязан озвучить сумму, которую снял со своего личного счета Антон Евгеньевич.

И что мне оставалось делать, а?

– Здорово, – воскликнула я, – значит, ваш рассказ о том, что Антон отправился внезапно к врачу, ложь. Вы запутывали следы.

Вадим посмотрел на нас с Максом грустным взглядом.

– Я был уверен, что Антон жив и у него какие-то личные планы, о которых он не поставил меня в известность. Я обязан работать и ждать босса. Он вернется.

Я решила поймать Рукина на вранье:

– Вы не позвонили Сметанину?

– Естественно, звякнул, – скривился Рукин, – но этот идиот думал, что я не в курсе истории с мусоровозом, и ответил: «Ничего не знаю».