Информатор - Джон Гришэм

– Что за сделка? – спросил Зик, соизволив наконец на нее посмотреть.

– Это сделка буквально ценой в жизнь. Своей откровенностью ты купишь себе освобождение. Ты рассказываешь нам все, что знаешь, называешь имена, телефоны, все-все – и мы снимаем обвинение. Ты попадешь под программу защиты свидетелей, получишь хорошее жилище где-нибудь подальше, скажем, в Калифорнии, новое имя, документы, работу – новую жизнь. Твое прошлое будет забыто, ты станешь свободным, как птица. В противном случае ты угодишь в камеру смертников и будешь там гнить лет десять-пятнадцать, пока все твои апелляции не будут отвергнуты. Результат один – игла.

Наконец-то Зик сгорбился и повесил голову.

– Сделка предлагается один-единственный раз – сейчас. Говоришь «нет» и выходишь отсюда – все, свободы тебе больше не видать.

– Думаю, мне нужен адвокат.

– Когда тебя судили в прошлый раз, твои интересы представлял назначенный судом защитник Паркер Логан. Помнишь такого?

– Типа того.

– Он ждет внизу. Хочешь с ним поговорить?

– Хочу.

Хан быстро привел Паркера Логана, ветерана, поднаторевшего в защите интересов неимущих Пенсаколы. Он представился присутствующим, они ему, затем пожал руку своему бывшему клиенту, сел с ним рядом и спросил:

– Что на этот раз?

Вэбб достала из папки бумаги.

– Магистрат назначил вас представителем мистера Формана. Вот документы, здесь же обвинительный акт.

Логан взял бумаги и приступил к чтению.

– Как я погляжу, – заметил он, переворачивая страницу, – вы здорово торопитесь.

– Скоро мы все объясним, – заверила его Вэбб.

Закончив чтение, Логан расписался и показал Форману, где поставить подпись.

Вэбб достала и вручила Логану новые бумаги.

– Это соглашение. По нему действие обвинительного акта будет приостановлено, пока мистер Форман не перестанет быть нужен обвинению.

– Защита свидетеля? – спросил Логан.

– Она самая. Начиная с сегодняшнего дня.

– Понятно. Мне надо побеседовать с клиентом.

Вэбб, Пачеко и Хан встали и направились к двери.

– Мне нужен ваш телефон, – сказал Пачеко, остановившись. – Никаких звонков!

Это Логану не понравилось, но, поколебавшись, он вынул телефон из кармана и отдал его агенту.

Спустя час Логан открыл дверь и объявил, что они с клиентом готовы. Вэбб, Пачеко и Хан вернулись на свои места. Логан, снявший пиджак и закатавший рукава рубашки, заговорил:

– Как защитник я обязан по меньшей мере узнать, какими доказательствами вины моего клиента располагает федеральное правительство.

– Не будем тратить время на спор об уликах, – предложил Пачеко. – Ограничимся тем, что в качестве доказательства мы располагаем результатом анализа ДНК образца крови, обнаруженного неподалеку от места происшествия. Ваш клиент там побывал.

Логан пожал плечами, как бы желая сказать: «Неплохо».

– Предположим, мой клиент согласится на сделку, – произнес он. – Что с ним произойдет, когда он покинет эту комнату?

– Как вам известно, – ответила Вэбб, – защитой свидетелей ведают федеральные маршалы. Они заберут его отсюда, вывезут из города и из Флориды и доставят в другое, далекое, хорошее место.

– Мой клиент беспокоится о матери и младшей сестре.

– У них будет возможность с ним воссоединиться. По программе защиты свидетелей часто перевозятся целые семьи.

– Добавлю к этому, – вмешался Пачеко, – что федеральные маршалы еще ни разу не теряли свидетелей. Через них прошло больше пяти тысяч человек. Они привыкли иметь дело с огромными, хорошо организованными преступными синдикатами общенационального масштаба. Местные ребята, за которыми мы сейчас охотимся, для них мелочь.

Логан покивал, немного поразмыслил и, глядя на клиента, сказал:

– Как ваш адвокат я рекомендую вам согласиться на эту сделку.

Форман вооружился ручкой.

– Тогда вперед!

Вэбб заняла место за маленькой видеокамерой на треноге и навела ее на Формана. Хан положил перед ним диктофон. Когда Форман и адвокат все подписали, Пачеко выложил на стол первую фотографию и, указав на водителя пикапа с поддельными номерами, спросил:

– Кто это?

– Клайд Уэстби.

– Хорошо. Теперь, Зик, расскажи нам все, что ты знаешь о Клайде Уэстби. Мы теперь по одну сторону, и мне нужно знать все. Все-все!

– Уэстби принадлежит пара отелей в Форт-Уолтон-Бич. Я…

– Как называются отели, Зик?

– «Блу Шато» и «Серфбрейкер». Я нанялся туда два года назад на неполный день: чистка бассейнов, стрижка кустов, всякое такое. Платили наличными, из рук в руки. Уэстби я видел редко, кто-то мне шепнул, что он владелец. Однажды он поймал меня на стоянке «Серфбрейкера» и спросил о моем криминальном прошлом. Мол, обычно они не берут на работу уголовников, так что я должен быть паинькой. Сначала он ко мне придирался, потом смягчился. Дразнил меня «арестантом», мне не нравилось, но я помалкивал. Он не из тех, кому можно огрызаться. У него хорошие отели, лучше многих других, народу полно. Мне нравилось, вокруг бассейнов толпа девчонок, красота!

– Мы здесь не для болтовни про девчонок, – напомнил Пачеко. – Кто еще работал в его отелях? Я не про мелкую сошку вроде тебя. Кто менеджер, заместитель менеджера, люди этого пошиба?

Форман почесал в затылке, назвал несколько имен, стал вспоминать другие. Хан барабанил по клавиатуре, два агента в отделении ФБР в Таллахасси, наблюдая за Форманом на мониторе, не отлипали от лэптопов. Они в считаные минуты выяснили, что «Блу Шато» и «Серфбрейкер» принадлежат компании «Старр С», зарегистрированной в Белизе. Ей же принадлежал торговый комплекс в округе Брансуик. В тумане, окутывавшем империю Дьюбоза, появился первый просвет.

– Что ты знаешь о самом Уэстби? – спросил Пачеко.

– Вообще-то немного. После пары месяцев работы до меня дошли слухи, что он связан с людьми, владеющими землями, полями для гольфа, барами и стриптиз-клубами, но все это рассказывалось под большим секретом. Только слухи, ничего конкретного. Хотя что с меня взять, с мелкой сошки, как вы сами говорите…

– Расскажи о понедельнике 22 августа.

– Днем раньше Уэстби отвел меня в сторонку и сказал, что у него есть для меня одна работенка, опасная и секретная, за пять тысяч наличными. Спросил, интересно ли мне это. А как же, говорю! Я не считал, что могу ему отказать. Хотелось быть у Уэстби на хорошем счету, и потом, с него сталось бы меня выгнать, если бы я его разозлил отказом. Пойди, найди потом работу с моими судимостями! Так что в понедельник днем я был как штык в «Блу Шато». Пришлось ждать дотемна, потом мы с ним сели в пикап и приехали сюда, в Пенсаколу. Остановились у бара на востоке города, он велел мне ждать в машине. Уэстби провел в баре полчаса, потом выходит и сует мне ключи от «додж-рама», тоже стоявшего перед баром. Я заметил алабамские знаки, но мне было невдомек, что пикап угнанный. Я сел за руль и поехал за ним. Мы припарковались за казино. Уэстби сел ко мне и объяснил план: оказалось, нам надо было устроить аварию. Мы попетляли по резервации, и он указал мне место, где все произойдет. Я должен был столкнуться с маленькой «тойотой» и вылезти, чтобы он меня увез. Честно говорю, мне захотелось удрать, но куда было податься? Мы вернулись к казино, он сел в свой пикап. Мы вернулись в резервацию, на ту дорогу, и долго ждали в лесу. Уэстби бродил вокруг моего пикапа, психовал, орал в телефон. Потом говорит: «Едем». Дал мне черный мотоциклетный шлем, толстые перчатки и наколенники, как у мотоциклистов, гоняющих по грязи. Видим – фары приближаются. Он говорит: «Это та машина». Разгонись, мол, на всю катушку и вильни на ее полосу. Пикап был вдвое тяжелее, и Уэстби меня убедил, что я останусь невредимым. Страшно, конечно, но машина ехала не очень быстро. Я разогнался до пятидесяти миль в час и в самый последний момент переехал осевую. Чертова подушка вышибла из меня дух, оглушила на секунду-другую. Когда я вылез, Уэстби уже был там. Я снял шлем, перчатки и наколенники и отдал ему. Он увидел, что у меня из носа идет кровь, и проверил, нет ли крови на подушке в пикапе. Ничего там не было. Нос оказался не сломан, сначала крови было мало, это потом хлынуло. Мы обошли машину. Девушка, водитель, шевелилась и что-то лепетала, но была плоха. Черный парень застрял в ветровом стекле, он был весь изрезанный, крови море… – В этом месте Форман поперхнулся и судорожно сглотнул.