Правозащитник - Артур Строгов

— Я также мечтаю съехать от родных, можем поселиться вместе.

— Но ты тоже не сахар, — отвечала Ива, — у тебя неуживчивый темперамент!

Агата ласково погладила подругу по щеке.

— Какая ты откровенная… Слушай, расскажи про невесту твоего дяди. Какая она?

— Приезжай к нам и увидишь. Похожа на общипанную курицу с тонкой шеей.

— Слушай, но ведь твой дядя еще молод.

— Ему сорок два года.

— Когда она появилась у вас в доме?

— Не более двух месяцев.

— Может, и мне стоило пожить у вас?

Ива не оценила шутку и почти вырвала кальян у подруги.

— Что ты говоришь? Я посмотрела бы на тебя, если бы с тобой такое случилось…

— Не обижайся.

— Он почти подарил весь наш особняк этой…

Тут Ива произнесла совсем уж бранное слово, которое никак не шло к ее ангельскому личику.

— Я так понимаю, что Новый год из-за этого «пропал»?

— Нет, просто дома я не останусь, я уже решила… Я уеду и не спрошу разрешения дяди. Вообще, это будет первый раз, когда я поступаю подобным образом!

— Конечно, если с тобой не считаются, — заметила Агата, тряхнув своей золотой головой, — почему ты должна это терпеть? Хотя, надо признаться, что эта девчонка молодец… твой дядя очень даже симпатичный…

Ива слегка ударила Агату по щеке.

— Еще одно слово и мы поссоримся.

— Я пошутила… Как ты все-таки хочешь провести Новый год? Может, Париж? Или Лондон? Может, Рим?

— Мне уже все равно, только подальше. Когда я вернусь обратно, надеюсь, ее уже не будет.

— Ты хочешь сказать, что твой дядя бросит ее?

— Конечно. Так всегда было. Мы всегда жили только втроем: я, Милош и дядя. Иногда, правда, он навещал свою жену Елену. Но в конце концов он нашел способ от нее избавиться.

— Как это?

— Неважно, — отмахнулась Ива.

— А ты уверена, что и на этот раз все будет именно так?

— Очень надеюсь на это. Точнее, я уверена в этом!

Агата внимательно посмотрела на Иву.

— Что-то я не чувствую уверенности в твоем тоне. Она, наверно, очень красивая.

— Хватит о других, мы еще не наметили себе план на Новый год.

— А что Алла и другие девочки делают?

— Они укатили в Лондон, кстати, можем к ним присоединиться.

— Я подумаю.

— Кстати, как у тебя с Максом? — внезапно спросила Агата.

— Не понимаю твоего вопроса, — произнесла надменно Ива, — ты намекаешь на нашу ссору? Мы давно помирились. У нас все прекрасно.

— Его часто видят в клубе с какими-то подозрительными людьми.

— Меня это мало волнует.

— Он танцует стриптиз.

— Я без предрассудков.

— Ну смотри, я тебя предупредила.

— Благодарю за заботу, но я прекрасно сама справляюсь со своими проблемами.

— Одолжишь мне свою машину? — внезапно попросила Агата. — Ведь у тебя спорткар последней модели!

— От нее мало толку, я на ней больше восьмидесяти разогнаться не могу.

— Почему?

— Дядя велел поставить блокировку. Я с ним чуть не поссорилась из-за этого.

— Хочешь, я попрошу, чтобы он снял ее?

— Не получится. Ты не знаешь моего дядю… Он пытается полностью меня контролировать, точно я все еще маленькая.

— Раз он сейчас занят малолеткой, самое время улизнуть от его надзора, — посоветовала Агата.

— Ненавижу его надзор… и эту недоразвитую гусыню… она меня так раздражает… Ты не представляешь, что значит терпеть ее в своем доме!

— Ничего не поделаешь, но раз твой дядя отличается непостоянством…

— Я уже не знаю, что и думать. Дядя просто от нее без ума. Даже Самина меня меньше бесит чем…

— Кто это — Самина?

— Телохранительница дяди. Ты ее видела в доме, такая маленькая, но мускулистая как амазонка.

— Над костюмом которой мы в тот раз смеялись?

— Да.

— Мы хотели с ней еще какую-то шутку сыграть, но не получилось.

— Лучше не надо. Самина юмора не понимает и тут же берется за свой пистолет. Не понимаю, почему дядя ее так любит. Мне иногда кажется, что она ему тоже нравится.

— Да я вижу, твой дядя настоящий «плейбой»… А ему нравятся блондинки?

— Только тебя не хватало, — заметила Ива. — Меня уже тошнит от кальяна, пойдем отсюда.

— Согласна, — заключила Агата, — только заплати за меня сегодня, деньги я тебе верну завтра.

Ива промолчала. Она знала, что у Агаты никогда нет при себе наличных и что она всегда использует своих друзей в личных целях.

Но сейчас ей не хотелось ссор и пререканий. На душе было невесело и тревожно. Намерения дяди, поведение брата, все внушало подозрение.