Коукс и Бакстер - Дэниел Коул

Разорвал бы на куски.

«Нормальные» люди, вероятно, лучше контролируют свои эмоции. Хотя то, что он считал «нормальным», на самом деле могло таковым и не являться.

Плавное течение мыслей Волка нарушил высокий чернокожий мужчина лет двадцати пяти, который встал со своего места перед телевизором, подошел к окну и встал у его столика. Оказавшись в психиатрической лечебнице, детектив избегал любых контактов, за исключением тех случаев, когда это было невозможно. Это правило распространялось даже на Андреа, которая, отказавшись от попыток созвониться с больницей, приехала и просидела весь день, но так и не дождалась его — он категорически отказался выходить из палаты.

Этого человека Волк видел регулярно, он всегда ходил в ярко-красной пижаме и неизменно босиком. Он всегда поражал детектива своей сдержанностью и задумчивостью, поэтому тот очень удивился, когда незнакомец жестом попросил разрешения сесть и застыл в ожидании ответа.

Билл в знак согласия кивнул головой.

Мужчина аккуратно выдвинул из-за стола пластмассовый стул, сел и протянул обе руки, скованные наручниками, которые персонал надевал ему каждый раз, выпуская в коридор. Детектив ощутил слабый запах лекарств.

— Джоэл, — сказал он с ярко выраженным акцентом обитателя южного Лондона.

Волк показал на перевязанное запястье, и пожимать протянутую руку не стал. Несмотря на внешнее спокойствие, незнакомец, похоже, был не в состоянии усидеть на месте, и Билл слышал, как он нервно притопывает под столом ногой.

— Мне показалось, что я вас знаю, — когда Джоэл ткнул в Волка двумя своими руками, лицо его расплылось в ухмылке, — когда вы переступили порог, я так и сказал себе: «я его знаю».

Волк терпеливо ждал.

— Увидев, что вы сделали, я сказал себе: «А ведь парень не думает, он знает, что это Киллер-Крематор». Да? Вы ведь были уверены, что это тот самый псих, который убивал девочек. Да? А они взяли его и отпустили.

Волк кивнул.

Джоэл выругался и покачал головой.

— Вы сделали все что могли. И поступили правильно, когда на него набросились.

— Знаете, — начал Волк, заговорив впервые за несколько недель и с трудом узнав звук собственного голоса, — я, конечно, ценю ваше ко мне отношение, но оно значило бы для меня больше, если бы вы каждый день не бормотали что-то, склонившись над тарелкой с хлопьями.

Джоэла его слова, казалось, задели.

— Человек, у которого в душе есть Бог, понимает разницу между бормотанием и молитвой, — осуждающе ответил он.

— А человек, у которого все в порядке с головой, понимает разницу между божеством и тарелкой готового завтрака «Коко Попс», — съязвил Волк, ухмыляясь помимо своей воли, и вдруг осознал, как ему не хватает мимолетных перебранок с коллегами.

— Ладно, будь по-вашему, — сказал Джоэл и встал, — увидимся, детектив.

Потом, уже собираясь уходить, повернулся к Волку и сказал:

— Мой дедушка говорил: не иметь врагов может только человек без принципов.

— Золотые слова, — кивнул Волк, которого эта мимолетная беседа утомила, — но я подозреваю, что вы оказались здесь как раз благодаря подобному совету.

— Нет. Я здесь по собственной воле.

— Как это?

— Пока я здесь, я живу.

— Человек, у которого нет врагов… — задумчиво протянул Волк.

— У которого не осталось врагов, детектив, — сказал Джоэл и повернулся, чтобы уйти, — …вот в чем проблема.

Наши дни

Глава 24

Среда, 9 июля 2014 года

2 часа 59 минут ночи

В три часа на руке Эдмундса запиликал будильник. Он сидел в круге света, который отбрасывала жужжащая лампа, болтавшаяся под высоким потолком Центрального архива. Для молодого полицейского это был уже четвертый визит в хранилище, и он вдруг осознал, что с нетерпением ждет этих ночей полного одиночества.

Вечный полумрак казался ему спокойным и тихим, а постоянная температура приятной — в помещении было достаточно тепло, чтобы снять пиджак, но в то же время достаточно холодно, чтобы чувствовать себя бодро и не засыпать. Он глотнул воздуха, посмотрел на вращающиеся вокруг пылинки и почувствовал, что его поглотил без остатка похороненный здесь пласт истории.

Это напоминало ему бесконечную игру. В каждой из десяти тысяч совершенно одинаковых ячеек лежала головоломка, которую следовало проверить, а может быть даже решить. Эдмундсу было значительно легче сосредоточиться на брошенном ему вызове, чем задумываться над тем, что эти стандартные коробки, стоявшие аккуратными рядами и почтительно молчавшие, будто могилы в склепах, содержат в себе загубленные, порушенные жизни.

События минувшего дня с лихвой подтвердили все его подозрения. Киллер и на этот раз прекрасно знал, где искать свою жертву, якобы надежно спрятанную.

Бакстер была слишком наивна.

Да, о местонахождении Эндрю Форда мог сообщить и кто-нибудь из посольства, беда лишь в том, что это был не единичный инцидент, их предавали уже в четвертый раз. Хуже всего, что кроме него этого никто не хотел видеть.

Он опять солгал Тиа, сказав, что ему поручили выйти на внеочередное дежурство, и таким образом выторговал себе еще одну бесценную ночь, чтобы попытаться обнаружить в прошлом следы убийцы. Эдмундс был уверен, что именно здесь, где-то в этом огромном хранилище, нужно было искать первые, робкие и неуверенные шаги монстра, который сейчас несся на них на всех парах.

Вечером в понедельник он застрял на нераскрытом преступлении две тысячи восьмого года. Жертвой был доморощенный исламский фундаменталист, умерший в тщательно охраняемой камере. Эксперты определили приблизительное время его смерти, но в этот период никого из посторонних в здании замечено не было, что подтверждалось соответствующими записями камер видеонаблюдения. На теле двадцатитрехлетнего парня, до этого вполне здорового, виднелись следы удушения, но в отсутствие других улик его смерть решили списать на естественные причины.

Покопавшись в Интернете, он также наткнулся на подозрительную смерть моряка на одной военной базе. После того как Джо идентифицировал отпечаток ботинка, это направление показалось молодому полицейскому перспективным, и он послал коллегам из военной полиции официальный запрос с просьбой предоставить все материалы по этому делу, хотя ответа еще не получил.

Последние несколько часов он провел, изучая улики по делу об убийстве, совершенном в две тысячи десятом году. Наследник международной корпорации по производству электроники самым таинственным образом исчез из гостиничного люкса, несмотря на то, что в соседнем номере, в каких-то двадцати футах от него, дежурили два телохранителя. На месте преступления была обнаружена кровь