Спасатель - Павел Алексеевич Астахов

Бергман откинулся в кресле, уставившись на скованные руки. Да, теперь они долго не увидят скрипку…

– Как вы нашли меня? – помрачнев, спросил он.

– Я же сказал. Вы слишком увлеклись Вероникой, – напомнил Артем. – Если бы не это, все было бы сложнее. Я понял, что только вы могли ее похитить и шантажировать меня. Больше некому. Ну, в дополнение ко всему немалую роль сыграло легкомыслие ваших наемников. Тогда, когда они пытались забить меня в парке насмерть. Один из них постоянно названивал вам, и последующий биллинг звонков показал, что адресатом этих вызовов являлись вы.

– Да плевать мне на звонки. Вы говорили о Веронике. Получается, меня погубила любовь, – резюмировал Бергман.

Павлов покачал головой:

– Это была не любовь. Вы были одержимы девушкой. Вами двигала слепая жажда овладеть ею, подчинить себе. И ее отказ привел вас в бешенство. Скажите спасибо, что она жива.

У Иосифа Яковлевича перехватило дыхание.

– Жива?! – переспросил он, испытывая противоречивые чувства. – Я… я очень рад.

– Не сомневаюсь. Надеюсь, вы понимаете, что кроме ваших мутных схем со строительством, которые вы проворачивали с Чадовым, вам придется отвечать за похищение человека и организацию убийства? Ладно я, вы всегда видели во мне соперника. Зачем-то придумали байку про женщину и ребенка… Это еще можно понять – насолить конкуренту. Но вы едва не сожгли заживо девушку, в которую были влюблены!

– Не лезьте ко мне в душу, – болезненно поморщившись, отозвался Бергман. – Я вырос из возраста, когда мне читали морали. Мне вообще на все плевать. И никакой тюрьмой вы меня не испугаете. Один звонок Чадову, и меня отпустят под залог.

Артем посмотрел на него с брезгливой жалостью:

– Боюсь, Олег Викторович вам не поможет. У него своих проблем вагон и тележка.

Бергман заставил себя широко улыбнуться:

– Проблемы? Бросьте. Его завтра лично Президент будет награждать! За героические заслуги, так сказать!

– Посмотрим, – не стал возражать Павлов. – С моей точки зрения, Чадову, как и вам, светит тюремная камера. Там у бывшего мэра будет время рассказать о своих героических заслугах.

– Если вы думаете, что я дам против него показания, то ошибаетесь, – предупредил Иосиф Яковлевич.

– Это очень благородно с вашей стороны – выгораживать погрязшего в коррупции чиновника. Но ваши показания мало на что повлияют. Дела, касающиеся незаконных застроек, совершенно отдельная тема. Но и она не останется без внимания, это я вам гарантирую.

– Я вам не верю.

– Это неважно, – сказал адвокат. – Но я могу принести вам утреннюю газету завтра в СИЗО. И тогда вы все узнаете сами. Потому что телефона с Интернетом у вас не будет.

Бергман погрузился в угрюмое молчание. Только сейчас до него постепенно стало доходить, насколько критическим стало его положение.

– А кофе там есть? – тихо спросил он.

– Насчет кофе не уверен. Но чай точно будет. В любом случае, вам придется привыкать к новой жизни, господин Бергман.

Больше никто из них не проронил и слова.

Случайностей нет

Судебное заседание, на скамье – серийный убийца. Улики неопровержимые, доказательная база – железобетонная. Адвокат поворачивается к подсудимому и тихонько говорит:

«Извините, но я даже не знаю, что еще можно сделать в вашем случае… я использовал все, что только было можно. Скорее всего, мы проиграли».

Подсудимый смотрит на адвоката и спрашивает с надеждой:

«Слушай, дружище, а может, ты на себя вину возьмешь?!»

Как только Павлов закончил, Шамиль раскати– сто рассмеялся. Вероника тоже прыснула от сме– ха, в вечернем сумраке блеснула белая полоска зубов.

Этим теплым июльским вечером друзья собрались в загородном доме Шамиля, расположившись в уютной резной беседке. В воздухе витала приятная прохлада, мерно стрекотали сверчки, ноздри щекотал дразнящий запах жарящегося шашлыка.

– Не думала, что про адвокатов столько анекдотов есть, – улыбаясь, сказала Вероника. – Мне казалось, куда больше про полицию…

– Тема, ты думаешь, я не заметил, как ты все время на часы смотришь? – спросил Шамиль, делано хмуря брови. – Надеюсь, сегодня ты никого спасать не планируешь? Сколько собирались, чтобы вот так просто посидеть у меня!

– Нет, сегодня отдыхаем, – успокоил Павлов друга. – Просто не хочу пропустить одно небольшое событие, которое будет вам интересно. Но для этого придется включить новости. Еще буквально три минуты.

Он положил перед собой телефон.

– Ты как всегда, полон тайн, – сказал Шамиль. – Но я все равно безмерно рад, что вы у меня в гостях. Не прошло и месяца, как Артемий Андреевич соизволил заглянуть на огонек…

– Ты забываешь о том, что произошло за этот месяц, – сказал Павлов.

– И самое интересное, началось все с землетрясения, – проговорила Вероника, задумчиво глядя на мотылька, бестолково кружившегося вокруг лампы. – Если бы не оно… Мы никогда бы не познакомились. И все шло бы своим чередом. Я часто проигрывала эту ситуацию вновь и вновь. Ведь ты мог просто проехать мимо разрушенного дома. И тогда Чадов до сих пор сидел бы в кресле, прокручивая свои делишки с Бергманом.

Она посмотрела на Артема и взгляд девушки потеплел.

– В нашей жизни нет случайностей, – сказал адвокат. – В конце концов, я ведь не проехал мимо.

Вероника улыбнулась:

– На свете есть невидимый закон, – неожиданно заговорила она. – И нет случайностей, во всем – закономерность. Обманутым останется сам вор, все тайное всплывает на поверхность…[4]

– И не поспоришь, – кивнул Шамиль.

– Да, что там насчет Чадова? – спросила Вероника. – Неужели его правда будут награждать?! Мне кажется, в городе уже все догадываются, что он вор и взяточник!

– Имейте терпение, друзья, – произнес Артем и многозначительно улыбнулся. – До новостей осталась всего минута. И тогда вы получите ответы на свои вопросы.

Он подключился к Интернету и, выбрав нужную закладку, поставил телефон так, чтобы всем был виден экран. Вспыхнула заставка первого канала.

– … новости последнего часа… Как сообщили в пресс-службе Следственного комитета, буквально два часа назад в аэропорту задержан мэр г. Южноморска Олег