Шаги по воде - Инна Бачинская

– Что? – не понял Александр.

– Он сказал: ночью. Он придет, Саша. Он убьет меня ночью…

– Не понимаю, зачем так рисковать, – пробормотал Урбан. – Он же должен понимать, что вокруг полно людей.

– Он назвал меня… анапелис! Ему нужно было увидеть меня, как ты не понимаешь! Увидеть и дать понять, что… он рядом.

– Ксенечка, успокойся, – произнес Урбан, протягивая мне бокал с вином. – Он ничего не посмеет тебе сделать. Я думаю… если бы он собирался убить, то убил бы! Он просто пугает.

– Пойди скажи им, пусть отпустят того человека. Это не он, – я даже не сочла нужным отвечать ему. Хорошо ему рассуждать – убьют, не убьют… Уже не первый раз меня кольнуло чувство, что главное действующее лицо в происходящем – Белоглазый, а я – просто статист. Пешка. И меня не колеблясь разменяют при необходимости…

Александр только рукой махнул.

Капитан Астахов отвез нас домой. Был он недоволен, даже зол. Урбан молчал, подавленный. Обо мне и говорить нечего – я чувствовала себя выпотрошенной.

– Послушайте, – я положила руку на плечо капитана. Он кивнул, давая понять, что слышит и готов общаться. – Этот человек… когда он обещал наказать за ложь… Он что, действительно убил? Он говорил… среди деревьев?

Астахов помолчал и неохотно ответил:

– Мы не знаем точно.

– Что значит «не знаем точно»? – я стала заводиться.

– Это значит, что не знаем. Был найден… найдена девушка, студентка торгового техникума… задушена, как и ваша коллега Диана. Но если с женщиной из «Магнолии» все понятно, так как на вашем ноже есть следы ее крови, то в случае с Дианой и студенткой все неясно. Хотя… есть основания предполагать, что убийца продавщицы из «Магнолии» и студентки… одно и то же лицо.

– Какие основания? – Я хотела спросить, не было ли у одной из жертв длинного украшения с камешками, но не решилась. Я, как страус, зарывала голову в песок, убеждая себя, что мой проклятый дар… исчез! И женщина из «Магнолии» последняя, кого я увидела… Глупость, конечно, и трусость, но уж очень мне было плохо…

Капитан оставил мой вопрос без ответа, поехал на красный свет и тут же резко затормозил, уворачиваясь от вылетевшей из боковой улицы машины. Урбан дотронулся до моей руки, но промолчал.

– А вы хоть ищете его? – не унималась я.

– Ищем, Ксения Валентиновна, – ответил Астахов терпеливо. – Можете мне поверить. Мы, можно сказать, уже… – Тут он осекся, видимо, решив не выдавать мне свои оперативные тайны. – Поимка преступника – дело одного-двух дней.

– Как вы будете его ловить? – спросила я. – По моему описанию? – Мне хотелось противоречить капитану. Он снова стал вызывать у меня раздражение, усиленное пережитым страхом. – Вы ищете человека с белыми глазами? В нашем большом городе? И вот-вот его поймаете?

– Ну… примерно, – отозвался он после небольшой паузы.

Казалось, Астахов стиснул зубы и сдерживается изо всех сил, чтобы не нагрубить мне. Я тоже ему не нравилась.

– А может, у вас есть его фоторобот?

Капитан не отвечал.

– А что с убийцей Стеллы? Вам удалось арестовать его? Или он пришел с повинной?

– С ним все в порядке, Ксения Валентиновна, – буркнул капитан. – Ему предъявлено обвинение и… Справедливость торжествует.

– Это… тот врач?

– Да, – кратко ответил он.

– А как насчет состояния аффекта, убийства в порыве страсти и… так далее? – я не могла остановиться. – С хорошим адвокатом, сами знаете…

– Дело передано в суд, – сообщил Астахов бесцветным голосом.

– И теперь вы умываете руки?

Я понимала, что не следует разговаривать с ним в таком тоне, но меня как черт за язык дергал.

Он промолчал.

– Ксенечка… – Александр снова положил руку на мое плечо, успокаивая. Мне показалось, он боится меня.

Мы поднялись ко мне в квартиру все вместе. Капитан Астахов прошелся по комнатам, заглянул на кухню, в кладовку и ванную.

– Кофе? – предложил Урбан фальшиво-бодрым голосом.

– Поздно, Саша. Мне еще работать. Не бойтесь, Ксения Валентиновна, везде наши люди. Во дворе, в подъезде. Все будет тип-топ.

Капитан сжал мне локоть на прощание. Ненавижу, когда говорят «тип-топ».

– Коля, подожди! – Урбан дернулся за ним. – Я сейчас! – бросил он мне.

Дверь захлопнулась, щелкнул замок. Мужчины и их секреты! Я испытывала желание броситься на кровать и зарыдать. Или нет, не зарыдать, а выкричаться. От бессилия, злобы и страха. Уткнуться в подушку и выкричаться до полного… отруба, как говорит Кира. И потерять сознание до утра. Или до следующего вечера. Или вообще… Запереть дверь и не пустить Урбана. Пусть помучается под дверью, не зная, что случилось. Пусть зовет своего друга капитана и… Тут мне пришло в голову, что Астахов без долгих раздумий высадит дверь. Идиотская мысль!

…Я стояла на пороге спальни, с трудом соображая, что должна сделать. Кажется, раздеться… Мне показалось, я слышу легкий шелест… едва уловимый холодный сквознячок коснулся щеки… Беззвучные шаги в прихожей набатом прозвучали в ушах… На пороге комнаты появился мужчина… словно из воздуха… У меня не было сил даже закричать. Он смотрел на меня белыми глазами на странно-багровом лице… Чтобы не упасть, я с силой вцепилась в дверную ручку и почувствовала боль – кажется, сломался ноготь. Это привело меня в чувство, и я метнулась через гостиную к балкону. Мужчина издал какой-то звук… похоже, сказал что-то. Я рвала на себя балконную дверь, задыхаясь от собственного крика – голос наконец прорезался. Дверь поддалась, и я выскочила на балкон. Мои крики штопором врезались в ночь… Я свесилась с балконных перил, стараясь рассмотреть людей внизу. Я не помню, что кричала, кажется, звала Сашу. Я вообще ничего не помню. Меня уже не было. Осталась бессмысленная плоть, ведомая инстинктом, из последних сил цепляющаяся за жизнь…

…Белоглазый сзади, совсем близко, бормотал какие-то слова, которых я не понимала. В голове моей вертелся огненный шар, готовый взорваться. Я резко повернулась – мне пришло в голову, что, если удастся проскочить назад в комнату, я захлопну балконную дверь и…

Я уперлась руками ему в грудь и изо всех сил толкнула. Он перехватил мои руки… Его пальцы были холодны, как лед. Я попыталась вывернуться, но он держал крепко и тянул меня к себе… В это время раздался звонок в дверь. Еще и еще… Белоглазый дернулся и застыл, прислушиваясь. Он отпустил мои руки, и я метнулась к двери. В голове билась невнятная мысль – скорее, скорее… если удастся… выскочить, он останется на балконе…

Мне почти удалось достичь двери, но тут я споткнулась, налетела на стену плечом и закричала от боли. В этот миг Белоглазый вцепился в мое ушибленное плечо и рванул к себе. Он не рассчитал силы. Полуживая от боли и ужаса, я стремительно отлетела назад и ударилась спиной о его грудь. Пытаясь освободить плечо, извернулась и оказалась лицом к лицу с моим мучителем. В следующий момент я с силой отпихнула его от себя. Кажется, я что-то кричала… Он покачнулся, взмахнул руками и тяжело осел на хлипкие ажурные перила…