Ранние дела Пуаро - Агата Кристи

— Вы сказали «нам»?

— Именно так. Мне необходима ваша помощь.

— Поэтому вы и пришли ко мне?

Пуаро снова пристально на него посмотрел, и снова что-тонеуловимое в его взгляде заставило Харрисона невольно вздрогнуть.

— Я пришел к вам, мосье Харрисон, потому.., ну, потому, чтовы мне симпатичны. — И добавил уже другим тоном:

— Я смотрю, мосье Харрисон, у вас тут завелось осиноегнездо. Вам бы следовало его уничтожить.

Этот неожиданный переход удивил Харрисона. Он недоуменнонаморщил лоб и, проследив за взглядом Пуаро, сказал озабоченно:

— Я как раз собирался это сделать. Точнее, не я, а молодойЛэнгтон. Помните Клода Лэнгтона? Он был на том обеде, где мы с вамипознакомились. Как раз сегодня вечером он хотел прийти и покончить с осами.Считает себя специалистом по этой части.

— Вот как, — заинтересовался Пуаро. — И как же он намеренизбавить вас от этой напасти?

— При помощи бензина и опрыскивателя. Опрыскиватель онпринесет с собой, у меня очень уж громоздкий.

— Существует ведь и другой способ борьбы с этими тварями, нетак ли? Например, цианистый калий?

Харрисон явно удивился.

— Но ведь это же сильный яд. Держать его дома рискованно.

— Вы правы, — согласился Пуаро, — это смертельный яд… — Имногозначительно повторил:

— Смертельный.

— Полезная вещь, если хочешь избавиться от своей тещи, нетак ли? — со смехом заметил Харрисон. Но Пуаро даже не улыбнулся в ответ на егошутку.

— А вы уверены, мосье Харрисон, что мосье Лэнгтонвоспользуется именно бензином?

— Конечно. А почему вы спрашиваете?

— Да есть одно обстоятельство. Днем я заходил в аптеку вБарчестере и купил там лекарство, за которое мне пришлось расписаться в книгерегистрации продажи ядов. Я обратил внимание на последнюю запись — о покупкецианистого калия, и там стояла подпись Клода Лэнгтона.

Харрисон не сводил с гостя ошеломленного взгляда.

— Как странно, — пробормотал он. — Буквально на днях Лэнгтонуверял меня, что ему и в голову бы не пришло уничтожать ос столь опаснымзельем, и добавил, что вообще запретил бы продажу цианистого калия для подобныхцелей.

Пуаро тем временем любовался розами. Он спросил совершенноспокойным и беспечным голосом:

— А вам нравится Лэнгтон?

Харрисон вздрогнул.

Он явно не ожидал такого вопроса.

— Я.., я хочу сказать, что конечно же он очень мнесимпатичен. Почему бы и нет?

— Я просто так спросил, — невозмутимо пояснил Пуаро. И таккак его собеседник ничего на это не ответил, он задал следующий вопрос:

— Мне бы также хотелось знать, нравитесь ли вы ему?

— На что вы намекаете, мосье Пуаро? Не пойму я, что у вас науме.

— Буду с вами совершенно откровенен. Вы помолвлены исобираетесь жениться, мосье Харрисон. Я знаком с мисс Молли Дин, на редкостьобаятельная и красивая девушка. Но раньше она была обручена с Клодом Лэнгтоном,а затем оставила его — ради вас.

Харрисон кивнул.

— Я не спрашиваю почему. Наверно, у нее были своисоображения. Но вот что я вам скажу: вряд ли стоит рассчитывать на то, чтоЛэнгтон все забыл и простил.

— Нет, вы ошибаетесь, мосье Пуаро. Клянусь, вы ошибаетесь!Лэнгтон повел себя как настоящий мужчина. Как истинный джентльмен, он сделалвсе возможное, чтобы сохранить дружеские отношения, проявив поразительноепонимание.

— А вам это не показалось странным? Вы употребили слово«поразительное», но сами-то вы, кажется, вовсе не поражены.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, — в голосе Пуаро зазвучали предостерегающиенотки, — что ненависть можно затаить до поры до времени.

— Ненависть? — Харрисон покачал головой и рассмеялся.

— Вы, англичане, удивительно наивный народ, — заметил Пуаро.— Вам кажется, что вы способны провести любого, а вас самих обманутьневозможно. «Истинный джентльмен, настоящий спортсмен и добрый малый», считаетевы, определенно не способен на низкий поступок. Вы отважны, но наивны и частоумираете даже тогда, когда смерти можно было бы избежать.

— Так вы меня предостерегаете? — Харрисон понизил голос. —Теперь я понимаю, что меня все это время смущало. Вы хотели меня предостеречьпротив Клода Лэнгтона. Вы для того и приехали, чтобы меня предостеречь.

Пуаро кивнул. Харрисон вдруг вскочил с кресла.

— Но вы просто сошли с ума, мосье Пуаро. Это же Англия!Здесь так не принято. Отвергнутые поклонники не избавляются от своих счастливыхсоперников с помощью ножа или яда. И насчет Лэнгтона вы заблуждаетесь — этотпарень мухи не обидит.

— Мухи меня не интересуют, — спокойно ответил Пуаро. —Кстати сказать, сегодня он собирается уничтожить несколько тысяч ос.

Харрисон не нашелся даже, что ответить. И тут вскочил, всвою очередь, сам Пуаро. Он подошел к Харрисону и положил ему руку на плечо. Несдержав эмоций, он начал его трясти, приговаривая громким свистящим шепотом:

— Очнитесь, друг мой, очнитесь! И взгляните-ка вон на тотхолмик, у корней дерева.. Видите? Осы возвращаются в свое гнездо, безмятежножужжа. Пройдет какой-нибудь час, и они будут уничтожены, но они об этом даже неподозревают. Никто не скажет им об этом. Ведь у них нет Эркюля Пуаро. Позвольтенапомнить вам, мосье Харрисон, что меня привело сюда! Род моих занятий вамизвестен. Мое дело — расследование убийства. И до того, как оно совершено, ипосле. Так в какое время должен прийти мосье Лэнгтон, чтобы уничтожить осиноегнездо?

— Лэнгтон никогда бы…

— В какое время?

— В девять часов. Но, уверяю вас, вы ошибаетесь. Лэнгтонникогда бы…

— Ох уж эти англичане! — сердито воскликнул Пуаро. Онсхватил свою шляпу и тросточку и двинулся вниз по дорожке, затем остановился ибросил через плечо:

— Я не собираюсь больше спорить с вами, это только выведетменя из себя. Но к девяти я обязательно вернусь, имейте это в виду.

Харрисон открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Пуаропредупредил его:

— Я знаю, что вы скажете: «Лэнгтон никогда бы не позволилсебе», и так далее. Но тем не менее я вернусь к девяти часам. Ну да, мне ведьинтересно посмотреть, как уничтожают осиные гнезда. Ведь это в некотором родетоже один из видов английского спорта и, наверное, забавное зрелище.