Моя шоколадная беби - Ольга Степнова

– Заткнитесь! – во весь голос попросила его Катерина, Март Маркович вздрогнул, замолк, и уставился на гранату.

– Как обычно, бандиты вошли в помещение банка к концу рабочего дня, когда посетителей уже не было. Они без труда справились с охранниками, приковав их и сотрудников банка наручниками к тяжёлым столам. Одна из сотрудниц сказала грабителям, как открыть сейф. Грабители быстро покидали наличность в мешки, выбежали из здания и скрылись на иномарке.

– Катерина Ивановна, – прошептал Март Маркович, – ответьте мне только на один единственный вопрос: вы будете моей?!

– Я сейчас не могу, – пробормотала Катя. – Я прикована к батарее, а вы связаны и взрывоопасны. – Лишать надежды этого мальчика было опасно. Кто знает, как он поведёт себя, если упадёт духом?

– Значит, будете! – обрадовался Март Маркович и даже чуть-чуть приосанился. – Тогда скажите мне, кто этот тип, который меня связал?

– Помолчите минуточку, – взмолилась Катя и подёргала руку в наручнике, будто надеясь, что замок сам по себе мог открыться. – Помолчите!

– В результате подготовительной спецоперации, проведённой незадолго до ограбления, место, где бандиты должны были по своему обыкновению пересесть в другую машину, было хорошо известно оперативникам. Там преступников поджидала засада.

– Катерина Ивановна! – как сквозь вату услышала Катерина горячечный шёпот следователя.

– Завязалась перестрелка, в результате которой два бандита из пятерых были убиты, и ранен один оперативный работник.

– Не-ет!!! – заорала Катя.

– Тише! Я вас умоляю! – перепугался Март Маркович. – Мы же взорвёмся! А ведь у нас всё впереди!

– Оставшимся бандитам всё же удалось пересесть в джип, поджидавший их в условленном месте. Началось преследование, в котором был задействован вертолёт. Результат операции – просто блестящий. Банда Сизого взята с поличным, серия грабежей, будоражившая город своей безнаказанностью, наконец-то пресечена. А теперь послушайте, какой курьёзный случай произошёл в юго-западном районе столицы…

– Это конец, – прошептала Катя.

– Не отчаивайтесь, Катерина Ивановна, – зашептал Март Маркович, – мы обязательно выкрутимся из этой истории. Этот гад за всё ответит! Если я правильно понял, это тот самый тип, который переоделся в красное, чтобы подставить вас? Это он убил Пригожина! Что он от вас хочет?!

– Это конец, – повторила Катя.

– Это начало! Я так… так рад, что всё так получилось! Я даже этой гранате рад! – Он опять опасливо покосился на столик. – Если бы не эта граната, вы никогда бы не согласились… Я, конечно, не очень удачная партия, но… я человек хороший, а вы человек… богатый.

– Это конец, – опять повторила Катя и сильно топнула ногой в надежде, что граната взорвётся.

Наверное, она плохо топнула. Март Маркович зажмурился, но граната не взорвалась.

Зато на лестнице раздался топот и в гостиную вошёл огромный белый мужик, которого вёл под прицелом в спину «бухгалтер». Он тыкал его пистолетом чуть пониже лопаток и улыбался.

Мужик показался Катерине знаком. Если бы он был выше, стройнее и симпатичнее, если бы на нём не была одета яркая, цветастая, глупая, гавайская рубаха, он был бы похож на Сытова.

– Кэт! – крикнул мужик. – Кэт!!!

– Кто это? – спросил «бухгалтер», ткнув мужика пистолетом в бок.

– Не знаю, – пожала плечами Катя. – Я первый раз его вижу!

– Ну вот, – загоготал «бухгалтер», – а ты говорил, здесь твоя женщина и ты готов умереть за неё. Ну? – Он снова ткнул его пистолетом. – Ты кто?!

– Кэт! Прости меня! – Мужик, похожий на Сытова, грохнулся на колени и лбом ударился в пол, застыв в позе намаза.

Катерина равнодушно отметила, что руки у мужика связаны сзади резиновым шлангом-удавкой, а на затылке, пробиваясь сквозь белые волосы, возвышается огромная лиловая шишка.

Наверное, это всё-таки Сытов.

Он растолстел, постарел, утратил свой лоск и стал совсем не тем Сытовым, которого она знала.

Наверное, это всё-таки Сытов, но ей наплевать.

Скорее бы всё это закончилось – хорошо или плохо, плохо или хорошо. Лучше бы плохо, потому что Мат-Мат всё равно погиб в перестрелке. Нет, лучше бы хорошо, потому что вдруг он всё-таки жив и ему некому будет возить передачи на зону.

– Слушай, – веселился «бухгалтер», – а пожалуй, ты со своим весом гиппопотама сослужишь мне добрую службу. – Он сильно пнул Сытова в бок. Сытов хрюкнул, повалился на бок, но удержался, и, оторвавшись от пола, посмотрел на Катерину глазами раненого медведя. – Ты выбьешь для меня дверь а спальне! – захохотал «бухгалтер». Он снова пнул Сытова, но тот удар выдержал, тяжело поднялся с колен и почему-то тщательно осмотрел свои джинсы.

Катерина усмехнулась. Без всякого сомнения – это Сытов. Только он мог позаботиться о чистоте брюк, стоя под дулом пистолета.

– Я готов умереть за тебя, беби!

– Не надо, Сытов. Я не хочу, чтобы из-за меня умирали.

«Бухгалтер» с интересом на них посмотрел.

– Так всё-таки, господа, вы знакомы! И, кажется, очень давно не виделись. Но…

– Ты сможешь простить меня, Кэт?

Как он попал сюда? Как сказать ему, что ей не нужно его раскаянье, что ей всё равно?

– Ничего не было, Сытов! Всё сгорело. Красный петух, понимаешь?! – Она засмеялась.

– Кэт, я брошу свою жизнь к твоим ногам. Я уйду с телевидения, я начну всё с начала, я буду свободен, я буду только твоим!

– Катерина Ивановна уже согласилась жить со мной! – пискнул со своего стула-модерн Март Маркович.

– Кэт!

– Мне не нужна твоя жизнь, Сытов. И ты мне не нужен.

– Кэт!

– Катерина Ивановна согласилась…

– У-у-у! Да у вас тут любовный треугольник! Забавно. Но времени мало. Вниз, боров! Ты должен высадить дверь.

– Я никуда не пойду! Кэт!

– Сытов, делай то, что он говорит, и не дёргайся, на столе граната!

– Кэт! Мы же любим друг друга!

– Сытов, – захохотала Катя, – ты же слышал, я согласилась жить с Мартом Марковичем!!! Умоляю тебя, выбей дверь, ну что тебе стоит! Пусть этот ублюдок заберёт всё, что захочет!

«Бухгалтер» ткнул его в бок пистолетом, Сытов сморщился, как ребёнок, которому сделали больно, и который силится не заплакать. Он развернулся, ссутулился и начал спускаться.

– Сытов! – крикнула Катя. – Ты ни в чём не виноват, Сытов! Ты же думал, что я умерла. Живое живым, мёртвое мёртвым!

По радио заиграла весёлая музычка. В других квартирах под неё, наверное, пекли вкусные пироги.

Дверь оказалась крепкой. Сытов разбежался и снова ударил её плечом. Косяк затрещал, но выдержал. Предстоял последний, решающий удар. Эх, если бы только у него не были связаны руки! Он бы в последний момент отвернул от двери и всей своей стодвадцатикилограммовой тушей навалился бы на этого хлипкого Алексея Викторовича Антонова. Он не успел бы выстрелить. Сытов бы выхватил у него пистолет.