Белое сияние - Кэролайн Карвер

— Это совсем другое. Ведь я при этом никого не обманывала!

— Не говори глупости, Эбби. Ну, совершил парень ошибку, и что теперь — всю жизнь мстить?

— Я не могу его простить — он слишком далеко зашел, поэтому никогда…

— И с тех пор платит по счетам, — перебила ее Лиза. — Он места себе не находил, когда ты сбежала. И прекрасно понимал, что натворил глупостей, но разве ты стала бы слушать! Конечно нет, ты ведь у нас…

— Говоришь, места не находил! — Эбби нервно засмеялась. — Не рассказывай сказки!

— ЗАТКНИСЬ! — заорала Лиза так, что и Эбби, и собаки подпрыгнули на месте. — Какого черта ты все время перебиваешь? Я четыре года над этим думала и пыталась разобраться, в чем дело, почему все пошло наперекосяк, так что теперь я не позволю тебе снова нести всякую чушь!

Сердце Эбби бешено заколотилось в груди.

— Я тогда наговорила тебе много обидных слов, — Лиза бесстрашно смотрела на нее, не отводя глаз, — да и ты не отставала: мне от тебя крепко досталось. И Кэлу. Скажи, а ты никогда не задумывалась, что и ты можешь делать слишком поспешные выводы?

Сигарета в ее пальцах догорела до фильтра, но Лиза этого словно не замечала.

— Ты в одну секунду потеряла двух любивших тебя людей из-за своего идиотского упрямства, из-за того, что думала только о себе. Остальные тебя не заботили.

Эбби наконец сумела что-то вставить:

— Кто бы говорил!

— Да, это говорю тебе я, — с удовлетворением в голосе сказала Лиза. — Ты когда-нибудь задумывалась о том, чего ты терпеть не можешь во мне? Почему ты это так ненавидишь?

Она по-прежнему смотрела ей прямо в глаза:

— Да потому, что ты точно такая же. И в себе ты это тоже ненавидишь. Я в себе терпеть не могу те же черты. — Лиза удовлетворенно закурила еще одну сигарету. — Знаешь, сколько я размышляла, чтобы наконец это понять!

— Мы разные, — упрямо повторила Эбби.

— Да, разные, — Лиза тяжело вздохнула. — Но ты не можешь отрицать очевидное.

Лиза молча докурила сигарету. Эбби мысленно возвращалась к ее словам, которые начали звучать в мозгу набатом: „Мне от тебя крепко досталось“.

— Прости, — услышала она звук собственного голоса. Это слово в ее устах прозвучало очень уж непривычно, она даже не сразу поняла, что сама его произнесла. Странное ощущение.

Лиза сделала движение рукой, будто заправляя за ухо выбившуюся прядку — жест, который остался у нее с детства, когда она носила длинные волосы. Эбби его прекрасно помнила.

— Я давным-давно тебя простила, — пробормотала она. — Теперь тебе, сестренка, осталось простить себя за собственный идиотизм.

Эбби почувствовала комок в горле. Лиза раскинула руки:

— Давай обнимемся, сестра.

Они обнялись: Лиза — маленький хрупкий воробышек, но у этого хрупкого создания были крепкие объятия. Волосы пахли дымом. Эбби почувствовала, что глаза наполняются слезами. Она тоже крепко-крепко обняла сестру.

— Итак, что мы делаем дальше? — спросила Эбби через некоторое время, высморкавшись и вытирая мокрые от слез глаза. Она ни разу не плакала с того самого дня, когда узнала, что сестра пропала, и теперь ей трудно было остановиться — будто прорвало плотину.

— Мы должны отвезти МЭГ в Патентное бюро. Это единственный способ заставить убийц прекратить охоту.

Эбби поделилась с Лизой планом действий, о котором она рассказала Большому Джо. У Лизы тут же загорелись глаза:

— И ты действительно ради меня готова это сделать? Да?

— А ты действительно готова доверить мне МЭГ? Да?

Лиза сначала посмотрела на нее в недоумении, а потом расхохоталась. У нее, как всегда, был заразительный веселый смех, а рот расплылся до ушей. Эбби тоже захохотала. Ничего не изменилось — она, как всегда, вторила смеху сестры.

— Да, — весело сказала Лиза, — я доверю тебе МЭГ.

Эбби вдруг страшно захотелось увидеть изобретение, которое вызвало такой переполох и из-за которого произошло столько трагических событий, но она не отважилась попросить Лизу показать его ей. Она начала вытирать следы слез салфетками, которые потом аккуратно сложила в корзину для мусора.

— Пошли? — спросила Лиза, сунув ноги в унты и готовясь выйти из дома.

— Конечно.

Они обошли сторожку, и Лиза протянула ей лопату, стоявшую у задней стены. Потом она показала в сторону огромной сосны за уборной.

— Хочешь увидеть МЭГ, придется рыть землю.

Опытный образец был величиной с коробку из-под обуви и весил не больше двух килограммов.

— Он не нуждается ни в каком особом уходе, — в голосе сестры звучала гордость, — он в состоянии обеспечивать энергией дом. На фабриках и заводах начнут использовать более крупные МЭГи. В будущем ими можно будет оснащать даже самолеты. У него нет никакого мотора — он просто использует энергию магнитного поля Земли.

Они пошли назад в сторожку, Моук и Роскоу снова начали радостно возиться в снегу, соревнуясь в силе и ловкости. Лиза бережно, как младенца, держала МЭГ в руках.

— Он не загрязняет ни воздух, ни воду — он безопасен экологически. — Лиза нежно похлопала рукой по свертку. — Дитя Томаса.

— И Питера Сантони, — добавила Эбби.

— Уж конечно! — фыркнула Лиза. — Сантони-Дерьмони. Он в состоянии додуматься только до этих своих ЭВентов — электронных вентилей, подумаешь! Только дерьмо всякое и способен создать. Кстати, представь себе — он назвал изобретение именем собственного кота! Клапан Куртиса — каково! Томас чуть живот не надорвал от смеха, когда об этом узнал.

Лиза постучала ногами о порожек, сбивая с унтов снег, вошла в сторожку и положила сверток на стол. Эбби провела рукой по холодной металлической поверхности.

— Сантони мертв, — сказала она. — Его убили. Лиза резко обернулась:

— Не может быть!

— Его сожгли заживо. Полиция говорит, преступник не хотел, чтобы тело опознали.

— Боже, какой ужас! Они нашли убийцу? Почерк тот же — наверное, теперь его будет легче поймать.

Эбби открыла было рот, чтобы рассказать о последнем разговоре с Демарко, но тут на улице залаял Моук.

Они тут же повернулись к двери.

Собака продолжала лаять — лай был низким, переходящим в рычание. Так Моук предупреждает об опасности.

Они тревожно переглянулись.

К Моуку подключился Роскоу.

— Черт, там что-то происходит. Они кого-то заметили! — В глазах Лизы плескалась тревога.

Она подхватила МЭГ и сунула его в рюкзак, стоявший у двери. Крепко затянула все узлы и затолкала под топчан. Приложив палец к губам, она на цыпочках подкралась к окну. Эбби подошла к другому. Из окна были хорошо видны их с сестрой следы, ведущие из леса, а потом вокруг сторожки к уборной. Она начала всматриваться в лес, пытаясь разглядеть хоть какое-то движение между деревьями и моля Бога, чтобы это был всего лишь какой-нибудь зверь, пусть даже волк.